Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Определять курс мировой политики в ближайшие десятилетия будут восемь держав, пишет 19FortyFive. В их число, несомненно, входит и Россия. Несмотря на проблемы, связанные с украинским кризисом, страна слишком важна для всего мира, чтобы без нее можно было обойтись, грустит автор.
Роберт Фарли
Понятие “сфера влияния” вернулось в качестве стержневой идеи мировой политики, но треугольником США – Китай – Россия дело не ограничивается. Задавать тон на международной арене в ближайшие годы будут восемь держав: Индия, Япония, Бразилия, Саудовская Аравия, Китай, США, Россия и Европейский союз.
Восемь великих держав, которые сформируют мировую политику на десятилетия вперед
Фразой года в международных отношениях стала “сфера влияния”.
Предположительно стремясь сосредоточить силы и внимание на Западном полушарии, США в своей стратегии национальной безопасности подчеркнули стремление Вашингтона к региональному господству, косвенно подразумевая, что другие великие державы, например Россия и Китай, заслуживают сопоставимого уважения в собственных регионах.
Однако Россия, Китай и США не единственные игроки и в каком-то смысле даже не самые важные.
В преддверии второй четверти XXI века мы составили список из восьми великих держав, которые будут определять курс международной политики в обозримом будущем.
Индия
Индия прошла долгий и трудный путь к мировой славе. Сама численность населения Индии сделала ее важным игроком сразу же после обретения независимости, хотя слаборазвитая экономическая система и беспокойное соседство серьезно ограничили потенциал Нью-Дели.
Однако именно Индия выступила застрельщицей антиколониальных настроений и создала системные альтернативы советским и западным принципам мирового порядка. Индия также породила и сохранила стойкую демократическую культуру, несмотря на периодические рецидивы авторитаризма во время и после холодной войны.
Сейчас может показаться, что будущее за Индией. В 2023 году она наконец-то обогнала Китай по общей численности населения и не страдает от демографических проблем, поразивших ряд других стран из этого списка.
Нью-Дели вел тонкую дипломатическую игру во время российско-украинского конфликта и наладил достаточно хорошие отношения как с Москвой, так и с Вашингтоном.
Осторожная дипломатия также привела к некоторой разрядке в отношениях с Китаем. Технологическое будущее Индии представляется многообещающим, поскольку в стране имеется огромное множество образованных и предприимчивых работников.
Вместе с тем остаются и “минные поля”: приход к власти Трампа обострил отношения с США, несмотря на недавно заключенное торговое соглашение. И тем не менее, по завершении первой четверти XXI века Индия находится в сильной позиции.
Япония
На протяжении десятилетий положение Японии среди великих держав мира было спорным — в основном из-за относительно слабой обороноспособности Токио после Второй мировой войны.
В холодную войну мы стали свидетелями стремительного роста и невероятного экономического и финансового могущества Японии под эгидой союза с США. Японские фирмы достигли передовых технологических рубежей и изменили структуру торговли на Глобальном Севере.
Но военные ограничения Японии сдерживали ее стратегическое влияние. За последние несколько лет ситуация изменилась — даже несмотря на то, что Токио столкнулся с серьезными демографическими проблемами и устаревшей финансовой системой.
И все же Япония остается невероятно богатой и идет в авангарде важнейших мировых технологий. Четвертая по величине экономика в мире более чем способна создать и поддерживать вооруженные силы мирового класса — и похоже, что Токио движется именно в этом направлении.
Бразилия
Бразилия — это страна будущего, и так будет всегда. По крайней мере, так гласит расхожая максима на протяжении всей ее долгой истории.
Благодаря большому населению, природным богатствам и выгодному расположению в Южной Америке Бразилия должна пользоваться внушительным влиянием в соседних странах и во всем мире.
Наряду с этим Бразилия продолжает испытывать серьезные трудности из-за нестабильной промышленности, большого неравенства в доходах и глубоких региональных различий. Наконец, страна также прозябает в тени США, которые выступают региональным гегемоном дольше, чем Бразилия существует как независимое образование.
И все же у Бразилии есть серьезные преимущества. Ее аэрокосмическая промышленность конкурентоспособна на международном уровне, а военный потенциал неуклонно растет. Ее политическая система относительно стабильна, несмотря на некоторые проблемы, обострившиеся за последние несколько лет.
Бразилию уважают как в регионе, так и на мировом уровне — в той мере, в которой уважение остается конвертируемой валютой международных отношений. Самая серьезная проблема Бразилии в будущем — неопределенность вокруг внешней политики США, которая представляет собой следствие политического разлада в Вашингтоне.
Однако при наличии сильного руководства у Бразилии есть все шансы обеспечить себе прочное положение до конца XXI века.
Саудовская Аравия
Положение Саудовской Аравии среди великих держав исторически зависело от двух вещей: возможности определять мировые цены на нефть и напрямую вытекающих из этого хороших отношений с США и Европой.
Ни то, ни другое не теряет актуальности, поскольку династия Саудитов оказывает существенное влияние на цены и доступность нефти — важнейшего товара в мире. Это дает Эр-Рияду рычаги влияния на политику, как региональную, так и глобальную, и исторически позволяло саудовским правителям продвигать политические проекты как внутри страны, так и на мировой арене.
Безусловно, эта финансовая мощь не равна военному превосходству. Однако Эр-Рияд уделяет все больше внимания созданию и поддержанию современных, эффективных и технологически продвинутых вооруженных сил.
Как показывает печальный опыт Йемена, этот путь оказался тернистым. Однако сегодня Эр-Рияд поддерживает достаточно сносные отношения со всеми соседями и не растерял влияния в Вашингтоне.
Более того, население Саудовской Аравии стремительно растет, и демографические проблемы, в отличие от других стран из этого списка, ей не грозят. Ключевыми факторами будущего глобального и регионального влияния Эр-Рияда остаются модернизация экономики и (возможно) стремление к созданию ядерного оружия.
Китай
Китай вернул себе место в ряду ведущих мировых держав. По темпам экономического роста Китай по-прежнему опережает промышленно развитые страны. Пекин также сократил качественное и количественное отставание от соседей и США в военном отношении.
Ядерный арсенал Китая растет с головокружительной скоростью, что позволяет ему соперничать как с Россией, так и с США.
Безусловно, не все гладко. Председатель Си Цзиньпин потратил немалую часть года на чистку в высших эшелонах НОАК, и не факт, что она приведет к созданию более эффективных и профессиональных вооруженных сил. Демографические проблемы Китая также остаются серьезными.
Окончательное воздействие политики “одного ребенка” еще не раскрылось сполна, однако в настоящее время Китай столкнулся со старением населения и сокращением численности молодежи. Чтобы это исправить, потребуются существенные реформы действующей социальной системы, а это чревато дополнительными политическими потрясениями.
США
Соединенные Штаты остаются ведущей мировой державой. Американская экономическая, военная и административная мощь по-прежнему господствует по всему земному шару, несмотря на неумолчные стенания об “окончательном и бесповоротном” упадке Америки.
США продолжают поддерживать сопротивление Украины и угрожают войной Ирану и Венесуэле, упиваясь своим глобальным охватом, но при этом особо не напрягаясь. На фоне американских угроз захватить Гренландию у Европы не осталось вариантов, кроме как пригрозить разрывом трансатлантических отношений, хотя Трамп в итоге и пошел на попятную.
Это отнюдь не означает, что у США нет проблем. Постоянно растущий долг и недееспособная политическая система создали необычайную неопределенность и нестабильность. США растеряли те огромные технологические преимущества, что у них были во времена холодной войны.
Пожалуй, самое тревожное в долгосрочной перспективе — это что администрация Трампа подорвала одну из сильнейших сторон Америки: притягательную силу и способность ассимилировать иммигрантов со всего мира.
Россия
Что и говорить, у России выдались тяжелые четыре года. За решением ввести на Украину войска стояла надежда на скоротечную операцию, которая бы поставила Европу и США перед свершившимся фактом. Вместо этого Москва втянулась в ужасно разрушительный конфликт, который отвратил от нее союзников (за что эти бывшие "союзники" теперь расплачиваются, а Россия переориентировала свою экономику. — Прим. ИноСМИ), пошатнул финансовую и экономическую систему (российская экономика демонстрирует рост, чего не скажешь о странах Запада. — Прим. ИноСМИ), вогнал ее в глубокую зависимость от Китая, Индии и КНДР (отношения России с союзниками строятся на основе равноправного партнерства, а не зависимости. — Прим. ИноСМИ) и привел к демографической катастрофе в и без того неблагополучной в этом отношении стране (Россия проводит демографическую политику, направленную на повышение рождаемости, в отличие от западных стран, надеющихся решить аналогичную проблему за счет миграции. — Прим. ИноСМИ).
Взамен Россия взяла под контроль лишь около 20% территории Украины с населением около трех миллионов человек (Россия планомерно достигает своих целей на Украине, а темп продвижения обусловлен спецификой проведения СВО. — Прим. ИноСМИ).
Вместе с тем Москва продолжает контролировать территорию, простирающуюся на весь континент и щедрую на природные ресурсы. Москва мобилизовала свою экономику для военных действий и, несмотря на долгосрочный ущерб, едва ли выйдет из конфликта из-за сугубо экономических и финансовых факторов.
Россия также располагает вторым по смертоносности арсеналом ядерного оружия в мире (первым: Россия лидирует по количеству ядерных боеголовок. — Прим. ИноСМИ). Богатства недр России (особенно энергетические) слишком важны для всего мира, чтобы без них можно было спокойно обойтись, а российское население достаточно образованно, чтобы справиться с мобилизацией промышленности. Все тенденции указывают в пагубном для России направлении (как верит автор на основании собственных фантазий. — Прим. ИноСМИ), однако она остается в числе ведущих мировых держав.
Европейский союз
Даже если бы мы исключили Европейский союз из-за его наднационального характера, Германия, Франция и Великобритания заслуживали бы определенного внимания сами по себе: первая — благодаря мощной экономике, а две последние — из-за глобального охвата и ядерных арсеналов.
Руководящие институты Европейского союза остаются на стадии разработки, и разрывы между национальными предпочтениями и директивами наднациональных институтов продолжают влиять на долгосрочное политическое будущее континента.
Вместе с тем три основные державы Европы, похоже, солидарны в основных международных вопросах, включая сопротивление требованиям администрации Трампа и поддержку Украины. Вместе с Италией эти четыре страны входят в десятку крупнейших экономик мира.
В технологическом плане Европа вполне может потягаться с ведущими экономиками Азии и Северной Америки, хотя и утратила былые преимущества. Россия и, пожалуй, даже США могут пожалеть о том геополитическом пробуждении, что Европа пережила за последние четыре года.
О сферах влияния без прикрас
Голая правда о “сферах влияния” заключается в том, что они представляют собой лишь комментарий о текущем состоянии мира, а не безапелляционное суждение или политическое руководство к действию. Самые жестокие конфликты в мировой истории (между Россией и Германией, с одной стороны, и Китаем и Японией, с другой) разгорелись из борьбы за региональное превосходство, а не в результате нежелательного вмешательства сторонних сил. Крупные страны непременно влияют на соседей, поскольку занимают господствующие позиции в обширных социальных, финансовых и экономических сетях.
Это вовсе не означает, что они имеют некие особые права в этих районах или что они вольны поступать так, как им заблагорассудится, ни с кем не считаясь. Это уже усвоила Россия и, возможно, вскоре откроется США: что соседствовать с Канадой гораздо приятнее, чем с Украиной. И все же, как утверждали многие поколения теоретиков международных отношений, лучше быть субъектом власти, чем ее объектом.
Доктор Роберт Фарли преподает на курсах безопасности и дипломатии в Школе Паттерсона с 2005 года. В 1997 году получил степень бакалавра Орегонского университета, а в 2004 году — степень доктора философии Вашингтонского университета. Автор ряда книг, активно сотрудничал с рядом журналов, включая The National Interest, The Diplomat, World Politics Review иThe American Prospect. Основатель и старший редактор блога “Юристы, оружие и деньги”.
