Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Если бы сегодня кому-нибудь пришло в голову организовать референдум на тему Полексита, явное большинство поляков высказалось бы против, пишет Polityka. Однако есть нюансы, указывающие на неоднозначность поддержки ЕС. Ощущение пользы от присутствия в Евросоюзе среди поляков явно слабеет.
Михал Данелевский (Michał Danielewski)
Полексит нам сегодня не грозит, но на этом хорошие новости заканчиваются. Приученный враждебно относиться к Евросоюзу электорат быстро заставит "Право и справедливость" (ПиС) и Навроцкого продолжить движение по пути радикализации. Первые симптомы уже заметны.
Сигнал к атаке дал кандидат на пост премьер-министра Пшемыслав Чарнек (Przemysław Czarnek), который во время партийного съезда в Кракове представил Европейский союз в образе некоего вредного кособокого уродца. По словам оратора, лишь под его, Чарнека предводительством у поляков появится шанс выправить имеющиеся перегибы и привести ЕС в норму, чтобы он больше не вредил Польше своими возобновляемыми источниками энергии и не продвигал в качестве обязательной модели семьи опцию "четыре танкиста и их псын Шарик".
Что делать, если ЕС не захочет "выправляться", Чарнек не уточнил, но слушателям уже было некогда разбираться в таких нюансах, потому что следом за ним выступил президент Кароль Навроцкий, который обосновал свое вето против закона о программе кредитования польского ВПК SAFE. Причем приправил это свое обоснование изрядной порцией антиевропейского соуса, доказывая, что Брюссель предлагает Варшаве деньги не для того, чтобы ей помочь, а чтобы коварно ее поработить. Ну, а потом уже пошло-поехало…
Убедить избирателей Брауна
"Мы хотим быть членом Европейского союза и извлекать из этого членства экономическую выгоду. Мы открыты для этого, но процесс централизации ЕС должен иметь определенные границы. Их определяет система и Конституция", — заявил на митинге в Хмельнике Навроцкий. "Мы хотим быть в Европейском союзе, но мы не можем считать его своей родиной, а Брюссель ее столицей, мы видим в нем исключительно пространство для свободной торговли и экономического развития в интересах польского государства", – отчеканил в эфире телеканала Republika Чарнек.
Затем посыпались высказывания прочих политиков "Права и справедливости", все по той же схеме: "Мы хотим быть в Европейском союзе, но...". Что ж, как верно заметил Джон Сноу в "Игре престолов", ничто, сказанное до слова "но", не имеет ни малейшего значения.
Понятно, что сегодня Навроцкий с Чарнекем натравливают электорат на Евросоюз не просто так, а исходя из сугубо прагматичных соображений, стараясь совместными усилиями убедить избирателей "Конфедерации Польской Короны" Гжегожа Брауна (Grzegorz Braun) в том, что они могут благополучно вернуться в лоно своей родной партии ПиС, из которой когда-то ушли к "конфедератам". Избиратели Брауна сегодня являются наиболее антиевропейской группой граждан, единственной, в которой, по оценке Центра изучения общественного мнения, евроскептики преобладают над сторонниками членства Польши в ЕС.
Каковы личные взгляды католика-фундаменталиста, выступающего в роли кандидата в премьер-министры, и радикального националиста на посту президента Польши, сказать сложно — они оба вроде бы люди неглупые, поэтому должны понимать, насколько большой геополитической и экономической катастрофой был бы выход Польши из ЕС. Однако это понимание не меняет того факта, что их нарратив выглядит продуманной, основанной на исследованиях общественного мнения попыткой поляризовать политические дебаты вокруг темы членства Польши в ЕС. Цель состоит в том, чтобы перевести обсуждение этой темы с макроуровня – где можно оперировать объективно проверяемыми фактами, которые позволяют реально оценивать преимущества евроинтеграции – на микроуровень, где решающим является субъективное восприятие того, что дает Евросоюз стране в целом и ее гражданину в частности.
Проще говоря, Навроцкий и ПиС сначала хотят создать у избирателей чувство утраты неких выгод и слишком высокой цены, которую якобы полякам приходится платить за членство в "европейском клубе", а затем спровоцировать вокруг этого субъективного чувства политический конфликт. К сожалению, эта стратегия может оказаться эффективной.
Хорошо, но почему не лучше?
Актуальные данные о социальных настроениях вроде-бы обнадеживают: результаты проведенного в феврале этого года опроса показали, что 82% респондентов считают себя сторонниками Европейского союза, и лишь 14% противниками. По данным польского ЦИОМ, который проводил этот опрос, количество последних в течение двух лет оставалось двузначным и оказалось немногим больше, чем фиксировалось в период 2014-2024 гг. Так что тревожиться вроде бы не о чем.
Если бы сегодня кому-нибудь пришло в голову организовать референдум на тему Полексита, явное большинство поляков высказалось бы против. Однако есть нюансы, в которых можно разглядеть причины для беспокойства.
Число респондентов, которые считают, что членство в ЕС приносит им лично больше вреда, чем выгод, сегодня составляет 17% — и это самый высокий показатель с 2005 года. Более того, всего 47% опрошенных видят плюсы такого членства как для страны и для себя, зато до 41% респондентов отмечают те или иные минусы или же не могут однозначно оценить, положительно или негативно сказалось вхождение в ЕС на ситуации в Польше.
К тому же 38% опрошенных согласны с мнением, что членство в ЕС слишком сильно ограничивает суверенитет, независимость Польши, а в декабрьском опросе для издания Рolityka 56% респондентов согласились с тезисом о том, что мы слишком зависимы от крупнейших стран Евросоюза, особенно от Германии.
Именно этот электорат хотят взять в оборот ПиС и Навроцкий. Они планируют использовать субъективное чувство негативного влияния ЕС на нашу жизнь. Да, мы живем хорошо, но разве мы не могли бы жить лучше, если бы не европейские нормы, если бы налоги, не бюрократия и бесконечные экологические придумки? Разве мы не должны быть гордым народом, независимым от опасных фрицев и противных лягушатников?
Полексит, или Плод коллективной фантазии
Хотим мы того или нет, но с годами ощущение пользы от присутствия в ЕС явно слабеет: в опросе, проведенном ЦИОМ, большинство его участников (73%) назвало только одно явное преимущество — это открытые границы и свобода передвижения. Даже такую, казалось бы, очевидную выгоду, как возможность использования средств ЕС, отметили лишь 47% респондентов.
Вывод? Чем с успешнее правые будут оспаривать общепринятый до сих пор тезис о Европейском союзе как историческом шансе для обеспечения безопасности и процветания Польши, а вместо этого навязать полякам бухгалтерское отношение к Брюсселю и символические нарративы, в рамках которых мы будем подсчитывать наши предполагаемые личные потери и лелеять свое оскорбленное национальное достоинство, тем больший политический вес будут набирать антиевропейские силы. И тогда даже радикализированный ПиС покажется недостаточно радикальным. Чтобы бороться за голоса с "Короной" Брауна и "Конфедерацией", этой партии придется взять еще правее, вплоть до черты, за которой уже начинается откровенная поддержка Полексита.
В своей книге о причинах Брексита журналист Иан Дант (Ian Dunt) писал, что концепция выхода Великобритании из Европейского союза на самом деле не содержала какой-либо конкретной политической или экономической программы, а представляла собой скорее пустое пространство, на которое люди из разных социальных слоев могли проецировать свои собственные надежды, амбиции и фрустрации. В результате они объединились в одной коллективной фантазии, где каждый мог видеть то, что пожелает. И проголосовать за выход из ЕС. Процесс Полексита будет выглядеть аналогично.
