Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Президенты США постоянно ввязываются в обреченные на провал кампании, пишет Иван Эланд на страницах The American Conservative. Дональд Трамп — не исключение. При этом полностью перекладывать вину на президента нельзя — источник проблем кроется в американском бизнесе.
Иван Эланд
Нажим изнутри толкает их на авантюры за рубежом.
За последние три четверти века, начиная с 1950 года и до нынешней войны с Ираном, президенты США неоднократно встревали в конфликты, которые превращались в безвылазное болото и заканчивались сплошным разочарованием. Почему же президенты продолжают наступать на одни и те же грабли во имя “национальной безопасности”?
К 1950 году правительство США вывело бедную на тот момент Южную Корею за пределы своего оборонного периметра. Тогда Объединенный комитет начальников штабов смирился с фактом, что “нестратегическая” Южная Корея рано или поздно подпадет под влияние Советского Союза из-за своей близости к враждебной сверхдержаве и вывел войска из страны. Северная Корея сочла это решение “отмашкой” — и вторглась на юг. Президент Гарри Трумэн запаниковал и, не добившись ни формального объявления войны, ни даже одобрения Конгресса, бросил на помощь южнокорейцам ВВС и ВМС США, а позднее и крупные сухопутные войска. Американы и южнокорейцы остановили вторжение и отбросили противника примерно на 38-ю параллель — изначальную границу между Севером и Югом. Но затем произошел худший провал в американской военной истории.
Ослепленный успехом, Трумэн согласился с планом генерала Дугласа Макартура двинуться за 38-ю параллель, чтобы “избавить” Северную Корею от коммунизма — несмотря на предостережения Пекина не приближаться к реке Ялуцзян, границе между Китаем и Северной Кореей. Поскольку американские военные проигнорировали недвусмысленные сигналы, китайцы, почуяв угрозу, вторглись в Корею и оттеснили войска союзников. После двух долгих лет непрекращающейся бойни Трумэн не придумал, как из этого выпутаться, и решил просто не баллотироваться на второй срок — настолько непопулярной была война. Это “смоляное чучелко” он передал вместе с президентским постом генералу Дуайту Эйзенхауэру, который мудро решил с ним покончить.
© AP Photo
Американские солдаты везут пленных северокорейцев в госпиталь
Военные неурядицы во Вьетнаме в 1960-х и начале 1970-х, растянутое на два десятилетие поражение от талибов в Афганистане и катастрофа в Ираке все еще свежи в памяти общественности. Из-за яростного антикоммунизма — воцарившегося с тех пор, как Китай перешел под власть коммунистов в 1949 году, и лишь усугубившегося после Корейской войны — Демократическая партия испугалась, что лишится Вьетнама, поскольку Трумэна в свое время уже обвиняли в “сдаче” Китая. Президент Линдон Джонсон развязал войну в экономической и стратегической глуши, хотя знал заранее, что она наверняка кончится плохо. И снова политическая карьера президента пострадала от затянувшейся и изначально бессмысленной бойни. Придя к власти, Ричард Никсон даже отложил обещание вывести войска до переизбрания, потому что не хотел, чтобы его обвинили в первой проигранной США войне. За эти четыре года погибли десятки тысяч американцев и вьетнамцев.
Затяжные неудачи в Афганистане и Ираке в памяти еще свежее. Вместо того, чтобы после 11 сентября просто выследить Усаму бен Ладена и уничтожить “Аль-Каиду”*, президент Джордж Буш-младший, презрев горькие уроки Великобритании, а позднее и Советского Союза, пытавшихся переделать “кладбище империй” военной силой, ввязался в афганскую войну с прицелом на государственное строительство — якобы против всякого желания. Мало того — он педалировал ложь о том, что иракский лидер Саддам Хусейн так или иначе причастен к 11 сентября и намерен передать свой (как оказалось, вымышленный) арсенал оружия массового уничтожения террористам, — все это послужило предлогом для вторжения. Операция обернулась сущим кошмаром, а борьба с повстанцами породила еще больше террористов — в том числе еще более опасную группировку ИГИЛ*, свирепствующую по всему региону. Повторюсь, последующим президентам было очень трудно выкарабкаться из военных ям, где завязли американские военные.
© AP Photo / Hoshang Hashimi
Военнослужащие США в Шинданде, Афганистан
Таким образом, урок для президентов США таится в том, чтобы не лезть туда, где уже назрела угроза эскалации — иными словами туда, где президенту предстоит пойти на обострение, чтобы его не обвинили в проигранной войне, если события пойдут не по плану.
Хотя мы не знаем наверняка, похоже, что президента Дональда Трампа оглушили стремительное похищение президента Венесуэлы Николаса Мадуро и шумиха вокруг войны с наркокартелями. Причем настолько, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху без труда убедил его, что массированная воздушная кампания против Ирана станет расплатой за якобы имевшие место попытки покушения со стороны Ирана, а обезглавленный режим рухнет сам.
То-то Трамп удивился, когда существующий уже 47 лет и пустивший корни режим оказался прочнее, чем он думал. Почувствовав угрозу самому своему существованию, Тегеран пригрозил поставкам нефти по всему миру через Ормузский пролив и принялся атаковать Израиль и арабские государства Персидского залива беспилотниками и ракетами. Теперь Трамп в очередной раз идет на эскалацию, отправив тысячи морских пехотинцев и солдат сухопутных войск в дополнение к тем 50 тысячам, что уже находятся в регионе. Кроме того, он пригрозил захватить иранские нефтяные объекты на острове Харк, чтобы надавить на Тегеран и заставить его снять блокаду пролива — или же задействовать стянутые силы непосредственно на побережье.
Трамп угодил в капкан эскалации. Он не сможет убедительно заявить, что выиграл войну, пока пролив не будет открыт. Но попытки обезопасить артерию и не допустить ее блокады у берегов враждебного Ирана чреваты длительной войной — и без того непопулярной, сопряженной с большими потерями и риском ответного удара проиранских марионеток по объектам США, в том числе на американской территории.
Но это не вина одного лишь Трампа. Проблемы начались после Второй мировой войны. В те годы оборонное производство значительно выросло и достигло невиданных прежде масштабов. После окончания войны военные предприятия в провинции продавили продолжение производства в мирное время, впервые в американской истории слившись в единый и бессменный военно-промышленный комплекс. Затем, после Корейской войны, большая армия сохранилась даже в мирное время — что стало еще одной вехой в истории США. Это не только раскрыло широкие возможности перед ВПК, но и позволило президенту затевать войны без одобрения Конгресса, как того по-прежнему требует Конституция. ВПК и неослабное давление на президента, вынуждающее его вмешиваться повсюду и везде и отправлять войска в любую точку мира (с негласного одобрения самих военных) — вот корень всех бед со времен Второй мировой войны.
Иван Эланд — старший научный сотрудник Независимого института и автор книг “Война и президент-изгой” и “Равновесие титанов: мир и свобода в новом многополярном мире”
* Запрещенная в России террористическая организация.
