Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Трамп поставил Ирану ультиматум, но в последний момент дал задний ход и отложил удары на две недели, пишет The Spectator. По мнению автора, президент отступил не из миролюбия, а по совершенно другим причинам. Но это лишь пауза — а не конец кризиса.
Дэниел Депетрис (Daniel DePetris)
В 17:00 по вашингтонскому времени пошли слухи о том, что заключение "сделки" между США и Ираном идет успешно. Премьер-министр Пакистана Шехбаз Шариф умолял Трампа отложить на две недели крайний срок своего ультиматума, истекавшего в 20 часов вечера (после чего американский президент пригрозил разрушить все мосты и электростанции в Иране), и дать дипломатам больше времени для работы. Однако газета The New York Times сообщила, что иранские официальные лица прекратили прямые контакты с американскими коллегами. А Белый дом не давал однозначных ответов о том, к чему склоняется Трамп — к эскалации или прекращению огня.
Наконец, менее чем за полтора часа до истечения ультиматума, Трамп сделал заявление: США приостановят бомбардировки Ирана на две недели, если Тегеран согласится вновь открыть Ормузский пролив. "Мы получили предложение из десяти пунктов от Ирана и считаем, что это действенная основа для переговоров, — написал Трамп. — Почти все различные спорные моменты прошлого между США и Ираном были согласованы, но двухнедельный срок позволит окончательно уладить договоренности и претворить их в жизнь". Иранцы подтвердили эту новость менее чем через час, а министр иностранных дел Аббас Аракчи заявил, что Трамп согласился с общими контурами иранского плана из десяти пунктов.
Как и следовало ожидать, и США, и Иран провозгласили победу. Высший совет национальной безопасности Ирана похвастался, что Тегеран навязал так называемому "Великому шайтану" свои требования на переговорах — контроль над Ормузским проливом, гарантии, что США и Израиль не возобновят войну, и полную отмену санкций с иранской экономики. Трамп и его советники же в ближайшие часы и дни будут утверждать, что почти полтора месяца ударов и дальнейших угроз, наконец-то, вынудили иранцев начать серьезные переговоры. Как бы то ни было, на результат это не повлияет: как минимум на две недели боевые действия прекратятся, больше судов будет проходить по водным путям региона, а официальные лица США и Ирана попытаются прийти к взаимоприемлемому урегулированию. Израилю также придется воздерживаться от дальнейших действий.
Лучшего момента для обеих сторон и представить себе нельзя. Несмотря на всю свою решимость, иранцы потеряли десятки высокопоставленных чиновников и военных офицеров, их военно-морской флот фактически потоплен, их военно-воздушные силы выведены из строя, а значительная части их арсеналов баллистических ракет израсходована или уничтожена. Масштабные бомбардировки мостов, атомных электростанций и энергетических объектов Ирана, которыми грозился Трамп, если Тегеран продолжит артачиться, не позволила бы ему вести войну нынешними темпами. И, несмотря на всю ненависть иранцев к режиму, многим из них не помешала бы передышка от войны, которая еще больше осложнила повседневную жизнь.
Передышка нужна была и Трампу. Война глубоко непопулярна среди американцев: 60% выступают против. Мартовский опрос исследовательского центра Пью оказался еще более суровым по отношению к президенту: 64% процента опрошенных усомнились в верности решений Трампа по Ирану. Американцы не приняли его доводы о необходимости этой войны, отчасти потому, что администрация не уделила этому вопросу должного внимания и пренебрегла работой с общественностью. Конгресс также никогда не давал согласия на военные действия, а это значит, что их без большой натяжки можно назвать неконституционными.
Война также бьет по карманам американцев и напрямую сказывается на ценах по всему миру от Европы до Азии. В США бензин перевалил за 4 доллара за галлон. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года, это почти на 90 центов больше — и это еще один непрошеный раздражитель для американских семей, чьи расходы и так подскочили по всем направлениям. В Японии энергетическая ситуация становилась настолько шаткой, что официальные лица задумались о прямых переговорах с Ираном, чтобы заручиться поставками сырой нефти через Персидский залив. Даже отдаленные страны — от Египта до Филиппин — вынуждены экономить электроэнергию, чтобы справиться с сокращением поставок топлива. В Великобритании война обострила давние споры насчет энергетической политики. Само собой разумеется, это пагубно сказывается как на рейтинге правительств, так и на экономическом росте.
Заманчиво думать, что поспешное заявление Трампа, сделанное в последнюю минуту, — и есть начало конца. Но это неуместный оптимизм. Мы имеем лишь паузу в войне и возможность дипломатического урегулирования. Это потребует от Вашингтона и Тегерана необычайно напряженной работы и готовности идти друг другу навстречу. Трамп же к этому в принципе не склонен: уступки для него — даже не издержки ведения бизнеса, а признак слабости. К тому же он не отличается ангельским терпением. Иран, тем временем, будет по-прежнему настороженно относиться к любому его предложению — зная, что оно может быть отозвано в тот же день. Это также не лишено оснований: уже дважды Трамп отметал дипломатию, предпочитая ей военную силу. Даже если следующие две недели пройдут без происшествий, к концу этого месяца мы можем оказаться на просмотре того же самого фильма.
Дэниел Депетрис — научный сотрудник аналитического центра "Приоритеты обороны", международный обозреватель The Chicago Tribune и Newsweek
