Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Угроза глобального топливного коллапса заставила западные страны пойти на компромисс с собственными санкциями, пишет Asharq Al-Awsat. Лондон и Вашингтон начали смягчать ограничения на ввоз российских нефтепродуктов из третьих стран, чтобы спасти мировые рынки от взрывного роста логистических издержек и транспортной инфляции.
Валид Хаддури (وليد خدوري)
Британское правительство смягчило ограничения на импорт российских нефтепродуктов, в частности авиационного и дизельного топлива, переработанных на нефтеперерабатывающих заводах в третьих странах. Это эмбарго было введено несколькими западными странами после начала российско-украинского конфликта.
Решение Великобритании объясняется стремлением восстановить стабильность на мировых нефтяных рынках на фоне сохраняющихся перебоев и ограничений свободы судоходства в Ормузском проливе. Последним из таких инцидентов стало введение США санкций против "Управления по контролю судоходства в Ормузском проливе" — структуры, недавно созданной иранским правительством для регулирования прохода судов через пролив. Это произошло после того, как Тегеран объявил о намерении рассмотреть возможность введения сборов для танкеров из ряда стран, проходящих транзитом через пролив, за исключением неназванных "дружественных" государств. Эта инициатива вызвала широкое международное осуждение.
Вашингтон предпринял аналогичный шаг, смягчив эмбарго на отдельные российские нефтепродукты, перерабатываемые на заводах третьих стран. Соединенные Штаты, являясь крупным производителем нефти и располагая значительными мощностями по ее переработке, импортируют относительно небольшие объемы российской нефти. Однако Вашингтон ввел эмбарго в 2022 году, последовав примеру других западных стран и членов НАТО. Сегодня же Соединенные Штаты, как и Великобритания, незаметно смягчили санкционный режим, стремясь снизить давление на нефтяные рынки в ожидании окончательного соглашения о прекращении конфликта с Ираном.
Значение частичного ослабления эмбарго заключается в том, что это первый шаг некоторых западных промышленно развитых стран к признанию необходимости решать проблему дефицита нефти, возникшего в результате американо-израильского конфликта с Ираном. Это направлено на смягчение дефицита нефти и потенциальное повышение доступности нефтепродуктов по более приемлемым ценам. Особенно важно учитывать влияние высоких цен на топливо на общую инфляцию, прежде всего в сфере транспортных и авиаперевозок, а также рост логистических издержек и стоимости потребительских и промышленных товаров, который наблюдается на мировых рынках с начала войны с Ираном.
Решение британского парламента учитывало последствия и общественное мнение, связанные с закрытием и политизацией Ормузского пролива, который Тегеран использовал как инструмент давления на мировые нефтеперевозки. Ормузский пролив считается одним из ключевых узлов в глобальной цепочке поставок нефти. Рост напряженности и закрытие пролива привели к задержкам и сбоям в регулярном транзите десятков танкеров через Персидский залив.
С самого первого дня войны представители нефтяной отрасли четко осознавали риски и последствия закрытия Ормузского пролива, учитывая огромный объем танкерного трафика, проходящего через него. Ряд арабских нефтяных чиновников также подчеркнул серьезность сохраняющейся напряженности и угрозы перекрытия пролива.
Это также было очевидно и иранским чиновникам, хотя изначально они не затрагивали вопрос вмешательства в транзит танкеров через пролив. Иранское правительство объявило о своей позиции по этому вопросу на второй неделе войны. К этому моменту оно уже укрепило свой контроль над ситуацией. Это произошло, несмотря на заявления американо-израильского альянса о намерении добиться смены режима в Тегеране как одной из ключевых целей войны.
Тегеран начал поднимать вопросы и ставить под сомнение свободу судоходства в Ормузском проливе, и на второй неделе войны движение через него было фактически приостановлено. Это вызвало удивление во многих международных и нефтяных кругах, поскольку в начале военной кампании американо-израильский альянс публично не акцентировал внимание на этой теме.
Иран использовал свой главный козырь в переговорах, которые позже состоялись в Пакистане. Чем больше военного и политического давления оказывалось на Тегеран, тем более непримиримыми и сложными становились переговоры с Вашингтоном. Иран опирался на свой "ключевой козырь" — Ормузский пролив. Все прекрасно понимали его геостратегическое значение и связанные с ним риски. Соединенные Штаты предложили сопровождать танкеры военными кораблями. Позже Великобритания, при поддержке международной коалиции из примерно 40 стран, заявила о готовности обеспечить защиту танкеров, следующих через пролив.
Этот этап сопровождался серией официальных заявлений США на самом высоком уровне, которые иранская сторона либо ставила под сомнение, либо отвергала по различным причинам. Это привело к неопределенности на рынке и ожидаемым колебаниям цен на нефть — как в сторону роста, так и падения — на фоне противоречивых сигналов: за позитивными заявлениями о возможности достижения соглашения следовали опровержения с противоположной стороны. Ормузский пролив остается главным рычагом давления Тегерана, который он использует против мировой нефтяной отрасли и мировой экономики, уже страдающей от высокой инфляции.
Таким образом, решения Великобритании и США можно считать первым шагом к смягчению ситуации на мировых нефтяных рынках и пересмотру порядка, сложившегося после ударов по Ирану. Дополнительным фактором давления на рынок стало масштабное эмбарго на российские нефтепродукты, введенное после начала военного конфликта на Украине.
