Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
У США почти не осталось хороших способов выхода из войны с Ираном, пишет Der Spiegel. Тегеран укрепил позиции, контролирует Ормузский пролив и диктует свои условия. Штаты же теперь могут рассчитывать лишь на минимизацию ущерба.
Максимилиан Попп (Maximilian Popp)
У Дональда Трампа почти не осталось хороших вариантов в отношениях с Ираном.
На этой неделе Дональд Трамп снова попытался выдать желаемое за действительное. По словам президента США, Ормузский пролив разминирован, а Соединенные Штаты контролируют этот важный проход в Персидском заливе "на 100%". Это стратегия, которую Трамп регулярно использовал на протяжении своей карьеры, и не всегда безуспешно: он подгоняет реальность под собственные представления.
Проблема заключается в том, что в конфликте с Ираном эта стратегия не работает.
С начала войны в конце февраля Трамп сделал множество заявлений, которые либо не соответствовали действительности, либо прямо противоречили друг другу: "Сегодня ночью погибнет целая цивилизация", "Мы вот-вот заключим сделку". Неудивительно, что то же самое происходит и с Ормузским проливом. Иранцы по-прежнему почти не пропускают суда, а США далеки от контроля над этой водной артерией.
Для Трампа это не просто политическая и экономическая проблема из-за сохраняющихся высоких цен на энергоносители. Ближневосточное фиаско одновременно подрывает его внешнеполитический авторитет. Его уже почти никто не воспринимает всерьез. Не воспринимают даже его международные союзники, что показал недавний отказ премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху от плана по Газе. Не воспринимают и многие его сограждане, большинство которых и без того выступает против войны с Ираном. И меньше всех его воспринимают всерьез сами иранцы.
В Тегеране убедились, что Трамп редко приводит свои угрозы в исполнение. Поэтому иранский режим пока практически не сдвинулся с места на переговорах с США.
Есть только плохой и очень плохой способ выйти из конфликта
Администрации в Вашингтоне придется признать простую, но неприятную истину: Иран выиграл эту войну. Трамп не достиг почти ни одной из поставленных целей. Исламисты по-прежнему остаются у власти, они все еще способны создать ядерное оружие. Теперь они также знают, насколько серьезный ущерб мировой экономике может нанести закрытие Ормузского пролива.
Трамп по-прежнему может продолжать наносить удары, даже если, по сообщениям СМИ, запасы боеприпасов у американских военных постепенно сокращаются. Однако принципиально изменить ход конфликта без отправки сухопутных войск ему вряд ли удастся. Такой шаг был бы крайне рискованным.
Американскому обществу трудно объяснить необходимость еще одной, кажущейся бесконечной войны на Ближнем Востоке. Поэтому Трампу, по сути, остается только отступить. И здесь есть лишь плохой и очень плохой вариант.
Очень плохим вариантом для американской администрации стал бы вывод войск с Ближнего Востока и желание забыть обо всем, что связано с Ираном. Прежде всего это обернулось бы катастрофой для жителей страны. Они остались бы один на один с жестоким, радикализированным режимом без каких-либо надежд на улучшение ситуации. Но и для всего региона, прежде всего Израиля, Иран оставался бы постоянной угрозой. К сожалению, именно такой путь вполне соответствует характеру Трампа.
Новая версия соглашения Обамы
Было бы лучше, если бы Трамп сохранил хотя бы некоторую вовлеченность в дела Ближнего Востока и согласился на переговоры с Ираном. Однако без уступок это невозможно реализовать.
В краткосрочной перспективе это означает, что США должны одобрить договоренности, которые Иран и Оман, по всей видимости, уже в основном согласовали. В соответствии с ними обе страны смогут взимать плату за проход через Ормузский пролив. Горькая ирония заключается в том, что иранский режим будет ежедневно получать миллионы долларов за то, что держит открытым торговый маршрут, который до февраля и так был открыт. Хуже было бы только одно: если Ормузский пролив останется закрытым надолго.
В среднесрочной перспективе Западу следует попытаться заключить с руководством в Тегеране соглашение по ядерной программе. Для этого также придется пойти навстречу иранскому режиму, например смягчив американские и европейские санкции.
По сути, это означало бы возвращение к соглашению, которое в 2015 году заключил бывший президент США Барак Обама и из которого Трамп вышел еще во время своего первого президентского срока. Только теперь Западу придется пойти на более существенные экономические уступки, поскольку позиции Ирана на переговорах теперь сильнее, чем 11 лет назад.
Все это вряд ли внушит жителям Ирана оптимизм. И это точно не тот результат, на который рассчитывал сам Трамп в начале атаки. Но теперь в этом конфликте речь прежде всего идет о минимизации ущерба.
