Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
После израильского удара по Сирии и обмена угрозами между лидерами Турция и Израиль очень близко подошли к прямому столкновению, пишет Israel Hayom. Ограничения и барьеры, которые годами сдерживали эскалацию отношений, ослабли. Военного конфликта из-за просчета или недопонимания уже нельзя исключать.
Эяль Зиссер (Eyal Zisser
Напряженность в отношениях с Анкарой достигла беспрецедентного уровня после удара по Сирии и публичного обмена угрозами. После событий 7 октября 2023 г. (Тогда произошла резня на музыкальном фестивале в Реиме. – Прим. ИноСМИ) Эрдоган отказался от прежних ограничений. Теперь, когда Турция проявляет интерес к Сирии и израильским газовым месторождениям, военное столкновение из-за просчета или недопонимания уже нельзя исключать.
Две недели назад Израиль нанес авиаудар по территории Сирии, стремясь не допустить размещения турецких войск на авиабазе Абу-эд-Духур на севере страны. Этот шаг, а также последовавшие за ним резкие публичные заявления и угрозы со стороны лидеров Турции и Израиля свидетельствуют о беспрецедентном обострении отношений между двумя странами. После событий 7 октября противостояние между двумя странами только усиливалось, чему способствовала крайне безответственная позиция турецкого руководства.
Может ли это противостояние – дипломатическое, информационное и даже экономическое – перерасти в военный конфликт между Израилем и Турцией? Логика и здравый смысл подсказывают, что нет. Но на Ближнем Востоке тон часто задают эмоции, уязвленная гордость или мессианские убеждения.
Проблема в том, что отношения между двумя странами практически некуда развивать. Более того, многие ограничения и барьеры, которые годами сдерживали дальнейшее ухудшение отношений и их эскалацию, постепенно ослабевают. Поэтому военное столкновение уже нельзя исключать, особенно если оно станет результатом просчета, потери контроля над ситуацией или неправильной оценки действий другой стороны.
За последние восемь десятилетий отношения между двумя странами прошли долгий путь. Турция стала первой страной с мусульманским большинством, признавшей Израиль в 1949 году. В конце 1950-х годов она также вошла вместе с Израилем, Эфиопией и Ираном в секретный "Периферийный альянс", созданный для противодействия угрозе со стороны президента Египта Гамаля Абдель Насера.
В 1990-е годы отношения между Турцией и Израилем значительно улучшились. Страны активно сотрудничали в дипломатической, экономической и сфере безопасности. В частности, СМИ сообщали, что Израиль помог Турции задержать Абдуллу Оджалана, лидера курдского повстанческого движения, которое Анкара считала террористической организацией.
Все изменилось после прихода к власти Реджепа Тайипа Эрдогана в 2003 году. Поначалу это казалось лишь временной проблемой. Многие считали, что турецкие военные вмешаются и отстранят его от власти. Кроме того, Эрдогана воспринимали как прагматичного политика, который вряд ли станет рисковать отношениями с Израилем, поскольку Турция могла получить от них значительные выгоды.
Однако при Эрдогане Турция сильно изменилась: из западной, современной и светской страны она постепенно превратилась в государство, ориентированное на свое прошлое, ислам и традиционные ценности. Вместо стремления к Европе и тесной интеграции с ней Турция все больше обращается к арабскому и мусульманскому миру и стремится играть в нем ведущую роль.
Поэтому неудивительно, что Израиль стал препятствием для реализации многих целей Эрдогана, а также удобной мишенью для критики. Благодаря такой позиции он смог увеличить поддержку и укрепить свою легитимность как внутри страны, так и за ее пределами.
Фактически с приходом Эрдогана к власти отношения между Турцией и Израилем неуклонно ухудшались – иногда резко, иногда постепенно. Каждый раз казалось, что существует определенная граница, за которую стороны не смогут зайти, поскольку их общие интересы должны были сдерживать дальнейшее обострение. Но эти ожидания раз за разом не оправдывались.
Затем произошли события 7 октября. Анкара показала свое истинное лицо, отношения резко ухудшились, и между странами установилось почти полное отчуждение. Тем не менее географическая удаленность и отсутствие общей границы помогали сдерживать прямую конфронтацию. Однако сейчас Турция все ближе подходит к прямому противостоянию с Израилем.
Во-первых, речь идет о Средиземноморье, где Турция уже давно проявляет интерес к газовым месторождениям. В последнее время напряженность усилилась и в Сирии, где Анкара стремится использовать зависимость президента Ахмеда аш-Шараа от Турции. Эрдоган также хочет решить курдский вопрос в Сирии, рассматривая его как серьезную стратегическую угрозу, и использовать Дамаск для расширения своего влияния в арабском мире. Однако интересы Турции здесь сталкиваются с интересами Израиля.
Тем временем администрация США, которая традиционно старалась сдерживать противостояние между Турцией и Израилем, все меньше интересуется этим спором. Более того, некоторые американские представители даже подстрекают Эрдогана.
Обе стороны получают выгоду от громких публичных споров. До сих пор они старались не переходить от слов к действиям, поскольку это противоречило бы их рациональным расчетам и национальным интересам. Однако нынешние события все больше ведут к возможному столкновению. Остается надеяться, что кто-нибудь вовремя остановится, пока не стало слишком поздно.
