Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Десятки жителей Портсмута бросились в море, чтобы не допустить прибытия мигрантов, пишет Spectator. Пока граждане защищали свою страну от "захватчиков", пограничная служба сопроводила судно и высадила мигрантов на берег. При этом попытки защитить свою страну власти назвали "бандитским поведением".
Брендан О’Нил (Brendan O’Neill)
То, что произошло вчера вечером в Портсмуте, было поистине экстраординарным. Граждане бросились в ледяное море, пытаясь не допустить прибытия иностранцев, которых власти фактически переправили на паромах.
Обычные люди оказались в роли невольных, неоплачиваемых пограничников, в то время как настоящие пограничники расстелили красную ковровую дорожку перед сотней мужчин, неизвестно откуда прибывших. Обычные британцы стояли на страже наших берегов, в то время как государство распахнуло их настежь перед всеми желающими.
Как нам вообще это определить? Как это назвать? СМИ ухватились за это маленькое, знакомое слово — "протест", — словно речь шла всего лишь о всплеске общественного недовольства политикой правительства.
Но это было нечто гораздо большее, чем просто протест. Это были обычные мужчины и женщины, заполнившие брешь, образовавшуюся после того, как государство оставило без защиты наши границы. Это была самоорганизация рабочего класса, вставшего на защиту национального суверенитета. Это беспрецедентно.
Я с трудом могу поверить в то, что читаю о Портсмуте. Десятки протестующих вошли в бурные воды у пляжа Истни, когда к берегу подошла огромная лодка со 140 людьми на борту. "Остановите лодки!" — кричала эта армия добровольцев-пограничников.
Позже протестующие перекрыли дороги, пытаясь не допустить доставки автобусов с мигрантами в центры обработки и, по сути, просто их въезда в страну. И что же допустила пограничная служба? Лодку сопроводили в британские воды, а ее пассажиров-преступников высадили на берег.
Только подумайте об этом. Буквально единственное сопротивление этой огромной лодке, нарушившей закон, исходило от протестующих на пляже Истни, не побоявшихся броситься в море. Единственным криком протеста, который услышали мужчины на борту, были возгласы разгневанных британцев, бежавших по пляжу и требовавших: "Хватит! С нас довольно!"
После выхода из бухты Сены лодку "около десяти часов сопровождали" французские суда — "на случай, если она попадет в беду". Затем ее сопровождала пограничная служба уже в британских водах. И только услышав вдалеке рев "Остановите лодки!", люди на борту поняли, что их действия незаконны и аморальны. Лишь тогда они осознали, что Великобритания — суверенное государство, народ которой — ну, по крайней мере некоторые из нас — осуждает столь грубое вторжение на нашу территорию.
Другими словами, единственным препятствием на пути этих людей из далеких, регрессивных стран оказалась горстка разгневанных жителей на пляже в Портсмуте. Французы ничего не сделали, чтобы их остановить.
Британское государство, похоже, либо неспособно разворачивать такие суда, либо не желает быстро депортировать тех, кому удается добраться до наших берегов. Это поистине завораживает: последним рубежом с таким трудом завоеванного суверенитета нашего королевства оказывается разрозненная вереница разъяренных жителей Портсмута.
И какова же их награда за попытку защитить Великобританию от захватчиков? Их называют бандитами. Их клеймят как крайне правых. Правительство осудило "запугивающее и бандитское поведение" протестующих в Портсмуте. Но что в действительности более бандитское: участие в шумной акции протеста или допущение разрушения границ нашего королевства?
Если бы я руководил страной, пережившей историческое посягательство на территориальную целостность и вторжение на ее земли людей, совершивших чудовищные преступления против женщин и детей, я бы был поосторожнее, разбрасываясь словом "бандит".
Правительство обречено на провал, если продолжит игнорировать гнев рабочего класса по поводу разрушения наших границ. Ведь всего неделю назад гражданину Ирака было предъявлено обвинение в изнасиловании 14-летнего мальчика в Портсмуте. В таких обстоятельствах разве вас не тревожило бы — а возможно, даже не пугало — прибытие еще большего числа непроверенных иностранцев?
Протесты, подобные тем, что прошли в Портсмуте, движимы не "фанатизмом", а стремлением защитить людей и целые общины от непроверенных чужаков, прибывающих издалека. В основе растущего общественного недовольства стремительно растущими и неустойчивыми масштабами иммиграции лежит любовь к Британии, а не ненависть к иностранцам.
То, что мы увидели в Портсмуте, стало публичным проявлением глубочайшего раскола в британском обществе. С одной стороны — государство, отказавшееся от своей главной обязанности: защищать территорию и народ Британии от внешних сил.
С другой — простые граждане, возмущенные этим сознательным самоубийством британской государственности, принесением нашего суверенитета в жертву на алтарь фальшивой глобалистской добродетели, провозглашающей, что границы — это проявление нетерпимости, а миграция — нечто безусловно прекрасное.
Информатор из Министерства внутренних дел подтвердил то, о чем многие из нас подозревали уже давно: подавляющее большинство заявлений о предоставлении убежища — ложные. По его словам, на самом деле подлинными являются лишь около одного процента.
Для государства продолжать навязывать общинам, которые не хотят их видеть, крепких, подтянутых мужчин, заявляющих, что подвергались преследованию, а затем кричать: "Это просители убежища, вы расисты!" — подло и нелепо. Если государство хочет положить конец подобному самосуду, который мы наблюдали в Портсмуте, ему нужно сделать всего одну простую вещь: выполнять свою работу.
