Целью было полное разрушение: осенью 1943 года началось отступление немецких войск с территории СССР. То, что не поддавалось транспортировке, должно было быть уничтожено. В 1945 году был издан приказ «Нерон».

Конечно, термин «меры РОПР» звучит бюрократично и сложно. Только когда расшифровывается аббревиатура, становится ясно, о чем идет речь. «Разрежение, очистка, парализация, разрушение». Другими словами — выжженная земля.

В начале сентября 1943 года «руководитель по хозяйственной деятельности группы армий «Юг»» генерал-майор Ганс Нагель в особо секретном документе обнародовал однозначный приказ: «Во всех последующих мерах исходить из того, что весь Донецкий бассейн к востоку от черепашьей позиции должен быть зачищен от инфраструктуры и разрушен без остатка. Экономические задачи в этой области исключают будущее для всех».

Так называемая «черепашья позиция» представляла собой практически не расширенную оборонительную линию на западном берегу реки Кальмиус к югу от сегодняшнего Донецка (тогда — Сталино), на востоке Украины. Во второй половине августа немецкие войска здесь отступили в южную часть Восточной Украины позади этой реки.

Нагель исходил из того, что «черепашью позицию» можно удерживать на протяжении долгого времени. Отсюда должна была быть разрушена вся инфраструктура на восточном берегу. Для этого необходимо было оперативно остановить все производство и вывести всю передвижную технику.

Затем последовал запрет: «Все, что невозможно зачистить, нужно разрушить, в особенности гидро- и электростанции, вообще любые силовые и преобразовательные установки, шахты, заводы, производственные средства любого типа, урожай, который невозможно вывезти, деревни и дома». Другими словами, южная часть Восточной Украины должна превратиться в безлюдное поле руин.

Это был не первый подобный приказ. Еще когда в начале 1941 года началось первое советское зимнее наступление, Гитлер дал указание группам войск «ликвидировать все возможности для размещения на освободившейся для зачистки территории». Войска должны были знать, что «любое уважение положения населения отразится на интересах ведения боя».

Этот приказ был действительно реализован, как, например, показали действия 253-й пехотной дивизии, которая вела подготовку к созданию впереди укреплений зоны «пустыни» глубиной, как минимум 20 км, а по возможности, 30 км. Проживающие там местные жители считались всего лишь «человеческим препятствием» перед наступающей Красной армией.

В своем приказе Гитлер ссылался на схожие указания своего противника Сталина. Действительно, советский диктатор в своем радиообращении от 3 июля 1941 года призвал к отводу техники, а при необходимости — и к уничтожению всей инфраструктуры на территориях, находившихся под угрозой наступления вермахта.

Спустя 3,5 месяца был издан приказ Ставки Верховного Главнокомандующего, в котором говорилось: «Все населенные пункты в тылу немецких войск должны быть полностью разрушены и сожжены на глубине от 40 до 60 км и от 20 до 30 км по левую и от 40 до 60 км по правую сторону от дорог».

Военный историк Бернд Вегнер в работе «Германский рейх и Вторая мировая война» приходит к выводу, что эти указания «в меньшей степени за счет своих разрушений, чем из-за массовой эвакуации инфраструктуры внесли решающий вклад в выживание Советского Союза во Второй мировой войне».

В действительности Красная армия при отступлении 1941-1942 годов разрушила не все населенные пункты — иначе что же тогда пришлось бы уничтожать в соответствии с приказами Нагеля и других офицеров, отвечавших за хозяйственные вопросы?

И все же Гитлер после поражения в Сталинградской битве явно ссылался на приказ Сталина: «Русский продемонстрировал нам это». В действительности немецкие указания были явно более обширные, чем советские, но также предусматривали и задействование «массы гражданского населения» позднее для принудительных работ.

При этом «разрежение» означало вывоз ценного материала и разрушение всех материально-технических складов. Второй этап заключался в «парализации» — демонтаже важных объектов из еще существующего промышленного оборудования, не разрушая его тут же, для сохранения возможности его последующего отвоевания.

«Зачистка» была третьим шагом и означала, что нужно освободить территорию от техники, поддающейся транспортировке, и гражданского населения, при необходимости при помощи жесткой силы. И, наконец, этап «разрушения» — реализация плана опустошения, о котором объявил Гитлер.

Символом «выжженной земли» стал «железнодорожный плуг» — специальный вагон, разрушавший железнодорожные пути. Он состоял из опускаемого зацепа, который по путям тащил локомотив. Он зацеплял и вырывал из земли шпалы и скручивал рельсы. Обработанные таким образом пути требовали ремонта, длившегося порой неделями.

Меры по разрушению достигли наивысшей точки 19 марта 1945 года в печально известном приказе «Нерон» Гитлера, в котором говорилось: «Борьба за существование нашего народа принуждает и в рамках территории рейха к использованию всех средств, которые ослабляют силу нашего врага и препятствуют его дальнейшему продвижению. Поэтому должны быть использованы все возможности, которые наносят дополнительный прямой или косвенный ущерб врагу». «Заблуждением» является то, что лишь «краткосрочно парализованную» инфраструктуру можно снова ввести в эксплуатацию для собственных целей.

Поэтому диктатор издал приказ из своего бункера в Берлине: «Все военные сооружения, сооружения транспорта, связи, промышленности и снабжения, продовольственные склады, а также вещественные ценности на территории рейха, которые враг может использовать незамедлительно или в обозримом будущем, надлежит разрушить».

К счастью, лишь некоторые командиры вермахта сумели реализовать этот приказ. В противном случае Германия действительно превратилась бы в пустыню по личному поручению Гитлера.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.