80 лет назад немцы атаковали Кольский полуостров с баз в Норвегии. Нарвикский герой столкнулся с ожесточенным сопротивлением — и вошел в историю как трагический дилетант.

Нарвикский герой

В 1940 году, после двух месяцев непрерывных боев в Нарвике и его окрестностях, немецкая пропаганда превозносила генерала Эдуарда Дитля (Eduard Dietl) как великого военачальника. Немецких читателей, однако, смущало то, что Дитль под Нарвиком вообще-то проигрывал. Его в последний момент спасло лишь то, что британцы и французы отступили и повернули на юг.

Таким образом, вместо поражения и уже спланированного побега через шведскую границу Эдуарду Дитлю внезапно обзавелся статусом победителя, хотя битву за портовый город на самом деле так и не выиграл.

Гитлер, однако, был вне себя от радости из-за этого «триумфа» и тут же приказал осыпать «народного генерала» медалями и другими знаками отличия за храбрость.

Дитль нападает

После Первой мировой войны Эдуард Дитль, еще молодой офицер, познакомился в Мюнхене с амбициозным начинающим политиком Адольфом Гитлером. Когда нацисты пришли к власти, Дитль через некоторое время получил звание генерала, не имея ни теоретических знаний, ни подходящего военного образования, ни опыта работы в генеральном штабе.

Именно он командовал немецкими войсками в Норвегии и Финляндии, когда нацистская Германия 22 июня 1941 года напала на Советский Союз.

Для начала 70 тысяч его солдат пересекли финскую границу и оккупировали область Петсамо, а также поселок Лиинахамари с незамерзающим портом.

Мурманск предполагалось захватить быстро

Вслед за этим 29 июня началось большое наступление, во время которого две дивизии горных стрелков Дитля попытались форсировать реку Лица. Разные этапы операции имели кодовые названия, такие как «Серебряный лис» и «Платиновый лис». Дитль сам присутствовал на месте событий, когда его войска пересекали границу.

Он пообещал своему великому фюреру в Берлине быстро завоевать Мурманск, чтобы помешать конвоям союзников с поставками из Великобритании и США добраться до Красной Армии. Далее оружие и снаряжение поездами отправляли на юг Советского Союза, и это надо было прекратить любой ценой.

В районе Мурманска также находились шахты, где добывали медь и никель. Оба эти металла были очень нужны немцам для их военной промышленности.

На карте все выглядело просто. Но реальность оказалась совершенно иной.

Совершенно непроходимая местность

Там, где немцы предполагали пройти дорогами или тропами, им в лучшем случае приходилось пробираться по совершенно непроходимой местности. А в худшем солдаты вязли в болотах и топях, перед ними внезапно вздымались скалы, они оказывались на краю отвесных обрывов.

Хуже всего было то, что Советам хватило времени, чтобы успеть подготовиться к надвигающимся событиям. В последние недели перед нападением немцев все пригодные к этому люди были привлечены на службу. Они хорошо окопались и к тому же отлично знали местность и были привычны к климату.

Огромные расстояния тоже не способствовали своевременным поставкам еды и амуниции у немцев. Было много раненых, и товарищам приходилось нести их в лазареты по несколько дней.

Потерял всякое доверие и уважение

Целые полки приходилось выводить из боевых действий, чтобы было кому строить дороги в тылу. А те, кого отправляли в атаку, сталкивались с таким сопротивлением, что потери оказывались гораздо больше предполагаемых.

Всегда улыбающийся — такой близкий к народу! — генерал Дитль быстро потерял доверие и уважение своих подчиненных. Теперь в их устах он был не Нарвикский герой, а Мурманский мясник. Генерал требовал от людей невозможного, и они гибли как мухи.

Целые батальоны СС были практически истреблены превосходящими их по силам советскими войсками.

Обстановка для генерала не стала проще и от того, что британцы со свежими силами атаковали грузовые суда немцев у норвежского побережья. Это привело к таким большим человеческим и материальным потерям, что движение судов остановилось. Вместо этого поставки теперь шли через Балтийское море и Финляндию, что замедлило реализацию плана на несколько месяцев.

Герой Арктики

Драматические попытки немцев пробраться дальше, к Мурманску, были жестко пресечены Красной Армией. Ближе к концу осени Гитлер решил, что Дитль больше не должен тратить на это силы. Вместо этого следовало удерживать уже оккупированные квадратные километры. Потери и так были огромными, как и количество раненых и пропавших без вести.

В Берлине министр пропаганды Йозеф Геббельс заранее подготовил для прессы набор материалов о триумфах немцев на Северном фронте. Дитля называли уже не Нарвикским героем — он теперь дорос до Героя Арктики. Рассматривалось также прозвище «Герой в снегу». Но ни одно из них не пригодилось, поскольку Дитль никакими успехами больше похвастаться не мог.

Жителям Киркенеса приходилось мириться с тем, что их постоянно бомбили советские самолеты — ведь город был важным узловым пунктом для немцев.

Раньше Гитлер любил долгие беседы с Эдуардом Дитлем, когда тот приходил в штаб с докладом. Сейчас «народный генерал» постепенно становился все менее желанным гостем. Дитль все время скатывался в многочасовые настойчивые объяснения, почему на Крайнем Севере все пошло наперекосяк, доказывая, что причина вовсе не в его решениях, а в более могущественных, чем он, генералах и нехватке людей.

Огромные людские потери

В последующие два года немцы осуществили несколько неудачных атак на Мурманск, и причиной провала, вероятно, была некомпетентность Дитля в военной стратегии. Атаки ни к чему не привели, кроме огромных людских потерь с обеих сторон.

Сегодняшние историки отмечают, что Дитль был опасным человеком для собственных подчиненных. Как «типичный нацистский генерал» он стремился проявить удаль и силу, совершенно не считаясь с человеческими потерями, которыми за это приходилось платить. Даже в откровенно безнадежных ситуациях он не позволял отступать — мыслить тактически не было его коньком.

Держал пленных в смертельно опасных условиях

Также генерал был главным начальником лагерей для военнопленных на севере Норвегии, где содержались в том числе многие немецкие социал-демократы и коммунисты. Из этих лагерей заключенных отправляли на принудительные работы на фронт — строить дороги и копать траншеи в смертельно опасных условиях. Многие там погибли.

Сотни людей погибали на «маршах смерти», преодолевая бесчисленные километры по снегу и льду без теплой одежды, лекарств и достаточного питания.

Также Дитль приказывал своим людям убивать советских офицеров — либо передавать комиссаров и евреев в гестапо, что было равносильно смерти.

Вера в «окончательную победу» и убеждение, что Адольф Гитлер — величайший в истории полководец, всегда занимали центральное место в обращениях генерала к подчиненным. Его непоколебимая вера в «Дело» не осталась незамеченной в главном штабе фюрера.

Ругая самых высокопоставленных генералов за некомпетентность, фюрер часто ставил им в пример Дитля как талантливого полководца. Он без особого образования якобы добился гораздо большего, чем коллеги с многолетним опытом службы в штабе. Потрясенные генералы после этого спрашивали друг у друга, чем же именно так хорош Дитль.

Встреча Дитля с Гитлером

23 июня 1944 года Эдуард Дитль и трое его генералов с севера прибыли в резиденцию Гитлера Бергхоф под Оберзальцбергом. Было ясно, что финские союзники сыты войной по горло, а потому немцы опасались, что те в любой момент могут попросить Советский Союз о перемирии.

Говорят, Гитлер приказал Дитлю использовать все свое влияние на финскую верхушку, в особенности на главнокомандующего генерала Карла Густава Маннергейма (Carl Gustav Mannerheim, 1867-1951), чтобы уговорить Финляндию продолжить воевать на стороне немцев.

Есть несколько версий того, как прошла встреча. Одна гласит, что Эдуард Дитль впервые за 25 лет был откровенен с Гитлером и прямо сказал, что война проиграна и пора попытаться спасти то, что еще можно спасти. Идея была воспринята неблагосклонно.

На следующее утро Дитль со своими людьми должен был лететь обратно в Финляндию на «Юнкерсе-52». По неизвестной причине самолет потерпел крушение в Альпах, и все, кто был на борту, погибли. Гитлер лично произнес речь на похоронах генерала. Он говорил о потере храброго воина и верного друга.

Его имя убрали

В Баварии и Австрии, откуда были родом большинство горных стрелков, Дитля чествовали еще долгие годы после войны. Его именем называли дороги и казармы. Но в 1990-е годы казармы, на которых красовалось имя нацистского генерала, наконец-то переименовали.

Дорог, названных в честь Дитля, в Германии тоже больше нет, а его родной город исключил его из списка почетных граждан.

Если бы ему удалось захватить Мурманск, это скорее всего изменило бы весь ход войны, ведь тогда Советский Союз не смог бы получать поставки с Запада. Но Эдуард Дитль не смог войти в историю как завоеватель. Ему удалось попасть в учебники лишь под именем Мурманского мясника.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.