27 июля исполнилось ровно 65 лет с момента подписания в 1953 году соглашения о перемирии, которое положило конец Корейской войне. Однако многое из того, как именно началась та война и каким образом стороны договорились о перемирии, до сих пор остается мало кому известным, — особенно если речь заходит о мотивах коммунистов.

Как показывают исследования, три крупные коммунистические державы, вовлеченные в ту войну, — Китай, Северная Корея и Советский Союз — придерживались разных позиций. Российский историк Александр Панцов изучил огромное количество материалов из Центрального партийного архива Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза, — теперь это Российский государственный архив социально-политической истории, — и в 2012 году издал книгу под названием «Мао Цзэдун: реальная история». Он особо тщательно изучил вопрос о том, почему та война затянулась на два года, хотя с самого начала было понятно, что коммунисты не смогут победить.

Классическая книга Т.Р. Ференбаха (T. R. Fehrenbach) 1963 года под названием «Такая война» (This Kind of War) рассказывает о том, что привело к началу войны, тогда как в книге Шейлы Миоши Джагер (Sheila Miyoshi Jager) «Братья на войне» (Brothers at War), изданной в 2013 году, описывается, как Китай и Северная Корея использовали различные хитрости и пропаганду, чтобы затянуть переговоры по вопросу о перемирии.

Противоречивые мотивы

Война «официально» началась с вторжения Северной Кореи 25 июня 1950 года, однако столкновения начались гораздо раньше. На Юге прокатились жестоко подавляемые мятежи, и, по данным армии США, «за первую половину 1950 года у 38-й параллели произошло несколько сотен мелких столкновений». Инициаторами этих столкновений были как Сеул, так и Пхеньян.

Президент Южной Кореи Ли Сын Ман (Syngman Rhee) несколько раз обращался к Вашингтону за разрешением вторгнуться на Север и объединить страну. Однако после окончания Второй мировой войны США вывели большую часть своих солдат с Юга. Заявления о том, что Сеул не готов к выполнению такой задачи, были верными — и удобными для Вашингтона.

Однако по ту сторону границы Ким Ир Сен — лидер Северной Кореи, выбранный СССР, — был полон решимости начать войну. С 1948 года Ким регулярно отправлял телеграммы — за два последующих года он отправил 48 таких телеграмм — лидеру СССР Иосифу Сталину с просьбой дать разрешение на захват Юга и оказать поддержку.

В душе Сталин стремился ослабить позиции США, но он был очень осторожен, поэтому не хотел бросать Вашингтону вызов напрямую. Увидев в Киме удобную марионетку, Сталин стал манипулировать им — а также Мао Цзэдуном, лидером Китайской Народной Республики, — пытаясь заставить их вести опосредованную войну с США.

Во время встречи с Мао в январе 1950 года Сталин поднял тему оказания помощи Северной Корее в обороне, если возникнет такая необходимость, однако он ни словом не обмолвился о намерении Кима атаковать Юг.

Сталин убедил Кима держать его намерения в тайне, но в 1949 году Мао узнал о планах Кима, и ему не понравилось, что Ким скрыл это от него. Тем не менее, он пообещал предоставить Северной Корее своих военных — после того, как закончилась гражданская война в Китае. Коммунистическая Корея могла помочь удерживать Америку подальше от границ Китая.

В марте 1950 года Сталин сообщил Киму, что Мао пообещал предоставить военных «в случае чрезвычайных обстоятельств». Ким был убежден, что ему потребуется всего 27 дней, чтобы подчинить Юг, и что США не станут вмешиваться. Между тем Сталин понимал, что США не захотят оставаться в стороне.

Ким попросил у Мао три корейские дивизии Народно-освободительной армии Китая. Мао согласился и предложил также оправить китайских солдат в случае необходимости.

В середине марта 1950 года Сталин проинформировал Мао о планах Кима вторгнуться на Юг. Мао пообещал оказать полную поддержку, понимая, что планы военных действий были составлены советскими экспертами, но предупредил Кима о том, что США могут вмешаться. Ким напал на Юг в воскресенье, 25 июня, в 4 утра.

Когда было объявлено о заседании Совбеза ООН, Сталин приказал своим представителям бойкотировать это заседание, чтобы продемонстрировать солидарность с Мао, чей оппонент Чан Кайши (Chiang Kai-shek) занимал там место Китая.

Действия Сталина гарантировали, что США обязательно вмешаются, в результате чего Вашингтон окажется втянутым в сухопутную войну в Азии. Какова была цель? «Истощить США в экономическом смысле и заставить американцев смягчить их позиции в Европе, где Сталин планировал совершить прорыв», — сказал Панцов.

Война началась довольно хорошо для Севера. Но несмотря на то, что их оттеснили практически до самого побережья на юго-востоке Кореи, возглавляемые США силы ООН выстояли. Благодаря действиям генерала Дугласа Макартура (Douglas MacArthur) войска ООН высадились в тылу северокорейцев. Линии снабжения были разрушены, и в сентябре-октябре северокорейские войска отступили за 38-ю параллель. Настало время для вмешательства Китая.

В игру вступает Китай

Мао собрал 120 тысяч «добровольцев» — три армии — рядом с китайской границей с Северной Кореей. Однако его посещали сомнения. Он отправил Сталину послание, в котором сообщил о том, что его солдаты плохо вооружены, что, если он вмешается, то это спровоцирует конфликт между США и Китаем и что его собственные советники выступают против вмешательства.

Сталин объяснил, что он с самого начала хотел, чтобы китайские силы выступили против США, и проинформировал Мао, что он не может обеспечить поддержку с воздуха. Мао сообщил Сталину, что он не может выступить немедленно. Сталин сообщил Киму, что Пекин отказался поддерживать Северную Корею, и посоветовал Киму отступить и приготовиться к партизанской войне у границы.

Это подтолкнуло Мао к действию. Он отправил войска на помощь Северной Корее, — Сталин предвидел это, потому что Мао боялся присутствия американских военных у реки Ялу, откуда до северо-востока Китая было рукой подать.

19 октября 1950 года четыре полевых армии и три артиллерийских дивизии «добровольцев» тайно вступили на территорию Северной Кореи. Шокированные войска ООН отступили на Юг. Но к весне 1951 года силы ООН снова оттеснили коммунистов туда, где сегодня находится демилитаризованная зона.

Переговоры и бои

В течение следующих двух лет ни та, ни другая сторона не начинала масштабных наступлений. Вместо этого обе стороны боролись за те или иные тактические преимущества.

К лету 1951 года Ким признал, что война больше не может продолжаться. При поддержке высокопоставленных китайских чиновников приехавший в Москву Ким сумел убедить Сталина в необходимости начать переговоры с ООН. Однако Сталин отказался дать разрешение на окончание войны.

Мао пожаловался, что эта война оборачивается для Китая серьезными финансовыми проблемами, и в январе 1952 года Сталину стало известно о голоде и тяжелом положении людей в Северной Корее, которую американские самолеты фактически превратили в руины. Сталин не обратил на это никакого внимания. В августе 1952 года Сталин проинформировал китайскую делегацию о том, что эта война выгодна всем, потому что она «действует на нервы Америке. Северокорейцы ничего не потеряли, если не считать людские потери».

Только после смерти Сталина в марте 1953 года Мао удалось убедить совет министров СССР начать серьезные переговоры по вопросу об окончании войны, после чего Ким тоже получил соответствующие инструкции от СССР.

Соглашение о перемирии, в котором устанавливалась граница между двумя Кореями, было подписано 27 июля 1953 года. В соответствии с ним была создана демилитаризованная зона, и военная демаркационная линия — фактическая граница — проходила в середине этой буферной зоны шириной в 4 километра.

Неожиданные факты и вопросы, оставшиеся без ответа.

Одно из главных заблуждений касательно Корейской войны заключается в том, что ответственность за ее начало лежит на Киме. Хотя Ким действительно вторгся на территорию Юга, ситуацию контролировал Сталин. Сталин заставил Кима начать войну, в которую обязательно должны были вмешаться США. Он также втянул в нее Мао. Именно Сталин несет ответственность за тактику затягивания войны, которая отсрочила мирные переговоры на целых два года.

Заявления коммунистов о том, что США применяли бактериологическое оружие, в конечном счете были опровергнуты. Совет министров СССР был обеспокоен тем, что вся эта ложь негативно сказывалась на репутации СССР, поэтому заявил, что его ввели в заблуждение.

Однако множество вопросов так и осталось без ответа. Нет никаких записей переговоров Сталина и Мао, а также переговоров Сталина и Кима, которые проходили в Москве. Где эти записи? Причины, по которым Мао вмешался в эту войну вопреки советам своих подчиненных, тоже остаются загадкой. Кроме того, мы до сих пор не знаем, понимали ли Мао и Ким, до какой степени Сталин использует их ради достижения своих целей.

Возможно, мы никогда не найдем ответы на эти вопросы. Но ясно одно: Корейская война не окончена, — несмотря на нынешнее потепление в отношениях, — и Корейский полуостров до сих пор остается очень опасным местом.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.