Через 67 лет после вступления в НАТО Турция, один из самых стратегически значимых членов альянса (обладает второй по величине армией и принимает на своей территории несколько военных баз, в том числе «Инджирлик», где хранится американское ядерное оружие), отказывается выполнять лежащие на ней обязательства и сближается с заклятым врагом блока, то есть Россией. Несмотря на все протесты США, а также нескольких представителей и стран НАТО, Минобороны Турции подтвердило получение первой партии российских ракетных комплексов С-400, поставки которых должны продолжиться в ближайшее время. Вашингтон сразу же пригрозил введением санкций и приостановкой оборонных соглашений по истребителям F-35.

Давние споры

Меньшее, что можно сказать, это то, что договор на поставку С-400 (первое соглашение подобного рода со страной-членом НАТО) едва ли можно рассматривать как «антиамериканский» сдвиг во внешней политике президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. После неудачного военного переворота 15 июля 2016 года тот на самом деле проявляет все большую склонность к сближению с Россией, чтобы «сбалансировать» неудовлетворительные с его точки зрения отношения с США. Стоит вспомнить, что новый султан Эрдоган тогда возложил на американцев ответственность за путч, который, по его мнению, готовило движение имама Фетхуллаха Гюлена (этот заклятый враг Эрдогана сейчас живет в Пенсильвании, а Вашингтон категорически отказывается экстрадировать его в Турцию). То, что первая партия С-400 была доставлена на борту трех самолетов на авиабазу Мюртед, тоже не является случайностью: эта недавно переименованная база была одним из трех центров, где готовился несостоявшийся военный переворот…

На самом деле, разногласия между Анкарой и США уходят корнями в 2003 год (кто-то говорит даже о войне в Персидском заливе в 1990 году), когда англосаксонская агрессия против Ирака Саддама Хусейна и возникший после развала государства вакуум позволили реваншистски настроенным курдам сформировать де факто независимое государство у самых турецких границ. Позднее США пошли еще дальше и сформировали военный альянс с курдскими сепаратистами в Сирии, которые поддерживают еще более тесные связи с Рабочей партией Курдистана (главный враг не только Эрдогана и стоящих у власти в Анкаре исламо-националистов, но и всех турецких националистов, в том числе светских политиков и военных). Все они восприняли курдско-американский альянс в Сирии и Ираке как casus belli. Именно с этим связана та помощь, которую Турция до недавнего времени предоставляла связанным с «Аль-Каидой» и даже «Исламским государством» (обе террористические организации запрещены в РФ — прим.ред.) исламистским мятежникам, врагам курдов.

Так что же, стоит ждать разрыва связей с турецкими союзниками и их исключения из НАТО? Едва ли. При этом поставку С-400 Турции нельзя назвать удивительной: ее ждали уже не первый месяц, и в ней нет ничего незаконного, поскольку ее не запрещает какой-либо американо-турецкий договор. В любом случае, в НАТО сейчас наблюдается сильная напряженность. Вашингтон неоднократно предупреждал Анкару о том, что приобретение комплексов С-400 (сделка на сумму около 2 миллиардов долларов) совершенно несовместимо с сотрудничеством между членами НАТО и, в частности, странами, которые используют связанные с F-35 оборонные системы. США, как и ожидалось, предупредили Турцию, что будущие поставки по программе F-35 будут приостановлены, и что для Анкары будет закрыто дальнейшее участие в разработке истребителя-бомбардировщика. Отметим также, что Вашингтон уже остановил программу подготовки турецких пилотов и до сих пор не поставил уже оплаченные Анкарой 100 самолетов.

Кроме того, США грозят в любой момент применить против (бывших) турецких союзников санкции в рамках принятого в 2017 году закона «О противостоянии противникам Америки посредством санкций», который уже послужил основанием для мер против Ирана, России и КНДР. В свою защиту турецкое правительство заявило, что выбор оборонной техники направлен на защиту национального суверенитета, и что США в любом случае отказались поставить ракетные комплексы Patriot. Вашингтон впоследствии изменил позицию, но Анкара посчитала, что его предложение не соответствует затребованным ей условиям.

Умная стратегия, блокирующая кольцо вокруг путинской России

В этих условиях подход путинской России оказался тем более эффективным, что Турция (она все более враждебно настроена по отношению к Западу и разочарована в американских союзниках из-за их близости к ненавистным курдам) долгое время рассматривалась как средство блокировки доступа к теплым морям царской, а затем и советской России. Несмотря на похолодание в отношениях с Анкарой, которое было заметно после двух англо-американских войн против Ирака и предоставления существенной поддержки курдским сепаратистам, Вашингтон всегда стремился задобрить ее. В частности, это касается призыва к Европейскому союзу принять ее в свои ряды, отказа от помощи части курдских сил в Сирии (к западу от Евфрата) с 2018 года и нежелания принимать против Турции меры в ответ на ее поддержку исламистско-террористических организаций в Сирии и Газе (ИГ, «Аль-Каида» и ХАМАС).

Несмотря на все это, особенно с учетом до недавнего времени общей неприязни Вашингтона и Анкары к режиму Башара Асада и оказанной ими поддержки суннитским исламистам в Сирии, нынешний российско-турецкий альянс казался чем-то совершенно невозможным еще в конце 2015 года, когда турецкие ВВС сбили российский военный самолет. Как бы то ни было, хватило одного года, чтобы кардинально изменить облик сильнейшего регионального альянса. Весьма циничное и, возможно, временное потепление в отношениях России и Турции, которое очень грамотно провел Владимир Путин, опиралось на Астанинский процесс (российско-турецко-иранское соглашение по военной деэскалации в Сирии, соперничающее с ооновской и западной схемами) и сирийский «мирный процесс» (скорее, политический), который организовало в Сочи то же трио Тегерана, Москвы и Анкары. Кстати говоря, именно после этих трехсторонних договоров и сближения Турции с ШОС (своего рода анти-НАТО, сформировавшая российско-китайский тандем в 2001 году) Эрдоган решил перейти геостратегический Рубикон, закупая С-400 и отказываясь от американских ракет. Хотя, по заявлениям НАТО, только эти ракеты совместимы с оборонными системами альянса.

Турция Эрдогана — участник многополярного мира и головная боль НАТО и США

Некоторые посчитали стратегической разворот нового османского султана геополитическим безумием, результатом «мракобесия» и «гигантомании» «тирана», который, наконец, показал свою антизападную и авторитарную сущность. Отсюда сближение с Россией, авангардом нового, многополярного и неевропеизированного мира, с Венесуэлой, Ираном, Китаем, Катаром. На самом деле, разработанная Эрдоганом и его советниками политика глобального влияния далеко не так двузначна и глупа, как кажется. Ее цель в том, чтобы вновь сделать Турцию «вратами Востока», многовекторной в геополитическом плане страной, которая обладает полным суверенитетом и может позволить себе смотреть одновременно в сторону Москвы и НАТО, не делая окончательный выбор в пользу той или другой в силу своей исключительной геостратегической позиции.

Если у страны есть не просто региональные, а международные планы, она не может быть заложницей одного альянса и одного пути. При всем этом американские санкции (они могут варьироваться от ограничения экспорта до исключения из американской финансовой системы) могут обострить ситуацию в Турции, которая вот уже год переживает серьезный экономический кризис. Такие меры могут сделать Анкару еще менее привлекательной для иностранных инвесторов. На самом деле, Турция и ее национал-исламистско-неоосманское руководство обладают сильнейшим оружием стратегического шантажа в силу присутствия на территории страны натовских баз. Идея в том, что само по себе нахождение этих баз, особенно с ядерным оружием, делает Турцию неизбежным партнером (тем более что она умеет не переступать границы). Таким образом, расчет Эрдогана не в том, что порвать отношения с США, а в том, чтобы играть одновременно сразу на нескольких антагонистических площадках, получая в результате выгоду с каждой стороны. Напомним также, что Турция Эрдогана официально состоит в альянсе с Израилем и сотрудничает с его армией, хотя одновременно финансирует ХАМАС в Газе и предоставляет движению дипломатическую защиту… Турецкий министр промышленности объяснил сближение с Москвой экономическими соображениями, а на недавнем форуме в Екатеринбурге поставил целью довести товарообмен двух стран до отметки в 100 миллиардов евро в год. Его российский коллега в свою очередь объявил скорое появление в Турции существенных долгосрочных инвестиций. В числе серьезных козырей Анкары, кстати, стоит отметить газопровод «Турецкий поток» и АЭС «Аккую». Что конкретно могут сделать США против страны, которую они в любом случае потеряют частично (в рамках ее «геостратегической и экономической диверсификации») или полностью (если администрация Трампа введет жесткие экономические санкции или, что крайне маловероятно, потребует исключения Турции из НАТО)? Почти ничего. Если, конечно, Трамп не пойдет на блеф и не сделает Эрдогану «предложение, от которого тот не сможет отказаться».

Заключение

Отметим, что похолодание наметилось в отношениях Турции не только с США, но и с Европейским союзом. ЕС в настоящий момент обсуждает возможность введения санкций против Анкары в связи с «незаконной деятельностью» по бурению нефтяных скважин в водах Кипра после возникшего в 2018 году острого кризиса в связи с противостоянием турецкого флота с кипрским правительством и танкером итальянской компании ENI. В любом случае, со стороны ЕС пока была видна исключительно робкая реакция на действия Турции, которая с 1974 года оккупирует 37% территории Кипра и регулярно нарушает воздушные и морские границы Греции. У Турции и ЕС также есть разногласия по поводу политических прав курдского политика Селахаттина Демирташа, которого безосновательно отправили за решетку по обвинению в «терроризме». ЕСПЧ вынес постановление с осуждением заключения курдского политика. В индексе демократии Freedom House Турция оказалась в группе «несвободных» государств, которые «хуже справляются с этими задачами, чем частично свободные страны», наравне с Мали, Никарагуа и Кенией. После авторитарного поворота в политике Эрдогана и массовых чисток во власти в ответ на неудавшийся путч, европейские граждане, что неудивительно, все меньше поддерживают вступление Турции в ЕС: всего 8% во Франции, 5% в Германии, 8% в Великобритании, 5% в Дании, 7% в Швеции, 5% в Финляндии. Вооружившись такой информаций, канцлер Ангела Меркель, которой уже надоели нескончаемые угрозы и оскорбления Эрдогана в адрес Германии (в частности из-за поддержки курдских оппозиционеров в Турции) заявила в сентябре 2017 года, что постарается положить конец переговорам о вступлении Анкары. Недавно бывший еврокомиссар по вопросам расширения Йоханнес Хан (Johannes Kahn) заявил следующее в интервью «Вельт»: «Думаю, в долгосрочной перспективе было бы честнее, чтобы Турция и Европейский союз нашли новые пути и остановили переговоры о вступлении (…). Вступление Турции в ЕС нереально в ближайшем будущем». Позволим себе слегка подкорректировать фразу: оно в принципе нереально и к тому же не отвечает интересам национал-исламистской Турции и Европы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.