Первого февраля 1906 года в Национальном театре Финляндии состоялся вечер в честь писателя Максима Горького, эмигрировавшего из России. Горького превозносили, в том числе, писатели Майла Талвио (Maila Talvio) и Эйно Лейно (Eino Leino), которых сейчас тяжело представить певцами революции. В конце мероприятия играли Марсельезу. Через несколько дней Горького уже расхваливали социалисты на площади Раутатиентори в здании Станции добровольной пожарной охраны Хельсинки. Писатель гостил и у финских художников Аксели Галлен-Каллела (Akseli Gallen-Kallela) и Ээро Ярнефельта (Eero Järnefelt). Выручка от этих вечеров шла, как сообщалось в газетах, «в пользу нуждающихся русских». Под этим подразумевались нуждающиеся большевики. Выручка от продажи входных билетов на вечер в Национальном театре Финляндии составила по нынешнему курсу около 17 тысяч евро.

Финская помощь русским революционерам ограничивалась не только финансовой помощью. Финские политики укрывали русских товарищей, помогали им в пересечении границы, переправляли почту, предоставляли помещения для беглецов из России и для организации заводов по изготовлению бомб.

Доктор общественных наук Эркки Веттенниеми (Erkki Vettenniemi) рассказывает в своей книге «Финляндия — база террора: как Ленин с товарищами уничтожил Россию с благосклонной помощью финнов» (Suomi terrorin tukikohtana — kuinka Lenin tovereineen tuhosi Venäjän suomalaisten suosiollisella avustuksella), о том, как Финляндия — и особенно Карельский перешеек — стали в начале XX века базой русских террористов и изготовителей бомб.

Доктор философии Ира Янис-Исокангас (Ira Jänis-Isokangas) исследует деятельность революционных активистов. Сейчас она изучает биографию финского активиста Конрада Циллиакуса (Konrad Zilliacus), одного из тех, кто был готов к сотрудничеству с русскими революционерами. Как считает Янис-Исокангас, в книге Эркки Веттенниеми, которая носит скорее полемический характер, особый интерес представляет описание периода кульминации террористического движения. Оно опирается на источники того времени и воспоминания современников. Автор книги задается вопросом: понимали ли финны, что они делают?

Пик террористической деятельности пришелся на 1905-1906 годы

После неудавшейся революции 1905 года многие русские революционные и террористические группы начали перемещать свою деятельность и заводы по изготовлению бомб на территорию Великого княжества Финляндского, на которое не распространялись полномочия российской полиции. В Финляндии у русских революционеров имелись сторонники: им помогали в первую очередь активисты, которые хотели свергнуть российского самодержца, и социалисты, которых с русскими объединяла идеология. Социал-демократическая партия, которой важнее всего было не подвергать опасности финскую автономию и парламент, отдалилась от революционеров, применявших в своей деятельности насильственные методы.

До начала XX века у финнов не было непосредственных связей с русскими революционерами, и в Финляндии не существовало такого революционного движения, имеющего почти столетнюю историю, как в России. Однако сейчас у всех появился общий враг — «кровавый Николай».

«Николая II сильно ненавидели и в России, и в Финляндии, и обе стороны старались свергнуть общего врага. Конечно, все считали, что речь идет только о временном союзе, о последствиях никто не думал», — говорит Веттенниеми.

Однако Эркки Веттенниеми подчеркивает, что годы правления Николая II не были в долгой истории России самыми кровавыми.

Теракты обычно осуществляли в Санкт-Петербурге и Москве. Деньги на террористическую деятельность получали и из Финляндии, в том числе и не самыми законными методами. Самый известный теракт связан с ограблением отделения Государственного банка Российской империи в Хельсинки в феврале 1906 года. Группа латышских большевиков украла из отделения банка на улице Эспланада около 170 тысяч рублей, по нынешнему курсу — около двух миллионов евро. В ограблении и во время дальнейшего расследования погибли в общей сложности пять человек и семь человек были ранены. Возглавлявший нападение на банк Ян Чокке (Jan Tšokke) был задержан, но все же успел передать большую часть денег организатору преступления пианисту Николаю Буренину. Чокке скончался в том же году от пневмонии в больнице города Турку. Буренин, в свою очередь, успел сбежать с деньгами и перед своим отъездом в Америку передал по крайней мере часть своей «добычи» большевикам. Вероятно, ограбление в Финляндии было одобрено Лениным, хотя официально он о нем ничего не знал, рассказывает Эркки Веттенниеми.

В те времена многие революционные группы, включая большевиков, грабили банки и поезда, чтобы найти средства для своей деятельности и существования.

«Ограбления использовались для того, чтобы передовые революционные отряды могли продолжать комфортно жить в эмиграции», — пишет Веттенниеми.

Ира Янис-Исокангас говорит, что в пособничестве русским революционерам финны играли значительную роль, однако не уникальную. Многие революционеры долгое время вели свою деятельность в других странах Европы, напоминает Янис-Исокангас. Интересно, что в Финляндии им помогали разные политические силы.

Ира Янис-Исокангас подчеркивает, что образ Финляндии как очага терроризма был в первую очередь создан российской литературой, и его определенно стоит рассматривать подробнее в более широком контексте.

Столыпин нанес ущерб Финляндии или спас Россию?

Конец работе заводов по изготовлению бомб и оружия в Финляндии положил российский либеральный премьер-министр Петр Столыпин. Финны знают его как человека, который начал в Великом княжестве Финляндском «второй период угнетения». В своей книге Эркки Веттенниеми рассматривает Столыпина в первую очередь как талантливого российского премьер-министра, обеспокоенного тем, что в 30 километрах от Санкт-Петербурга, столицы Российской империи, террористы могли свободно заниматься своими делами.

В августе Столыпин сам стал объектом покушения, организованного эсэрами-максималистами. Ему удалось выжить — но десятки человек погибли и многие пострадали, в том числе и двое детей премьер-министра. В тот же день лидер социалистов-революционеров максималистов Михаил Соколов ускользнул в Хельсинки.

Столыпин неоднократно пытался заставить финских чиновников вмешаться в деятельность террористов, обосновавшихся в Финляндии. Финские чиновники выступали против попыток ограничить автономию Финляндии и не соглашались на присутствие жандармов или Охранного отделения на территории княжества. Полиция Финляндии выразила нежелание искать объявленных в розыск революционеров. Некоторые полицейские им даже помогали. Финские чиновники согласились сотрудничать только тогда, когда Столыпин пригрозил ввести в Выборгской губернии военное положение. В террористических группировках и на заводах, производивших бомбы, были проведены обыски, и террористов передали российским властям.

Эркки Веттенниеми подчеркивает, что обе стороны понесли примерно равные потери.

«Революционеры, особенно максималисты, не очень-то беспокоились о жертвах среди гражданского населения. Всех этих людей они считали пособниками царя. Столыпин же пытался отдавать под суд только тех, кто был замешан в кровавых преступлениях. Правда, караться это должно было смертной казнью», — говорит Веттенниеми.

В итоге за пару лет Столыпину удалось изменить ситуацию, рассказывает Веттенниеми.

«Он получил признание на Западе. В Великобритании Столыпина считали выдающимся человеком, который направлял развитие России в более либеральное русло», — напоминает Эркки Веттенниеми.

Столыпин, который был главным объектом покушений того периода, погиб в 1911 году от пуль террориста в Киевском оперном театре на глазах Николая II.

Смог бы Ленин совершить революцию без помощи финнов?

Самым известным революционером, которому помогали финны, был Владимир Ленин. С 1906 по1907 год он побывал в Финляндии целых 26 раз. В это время он был рядовым революционером, который ничем не выделялся среди других. Как известно, будущий лидер революции вернулся на средства Германии в Россию в 1917 году из Швейцарии в пломбированном вагоне.

«Спустя десять лет его ругали товарищи-социалисты и говорили, что не считают его социалистом. В этом есть определенная ирония, ведь в Финляндии его скрывали именно умеренные социалисты, сейчас уже забытые Карл Виик (Karl Wiik) и Эверт Хуттунен (Evert Huttunen). Агрессивность Ленина была всем известна, но при этом его считали сторонником независимости Финляндии. Полагали, что он может разжечь в России гражданскую войну. Говорили, что он как-нибудь сможет помочь Финляндии в вопросе обретения независимого статуса. Позже финны поняли, что произошло в России, и ужаснулись», — рассказывает Эркки Веттенниеми.

«Многие из тех, кто помогал Владимиру Ленину, позже не хотели вспоминать эти времена и даже отрицали свое знакомство с Лениным. После войн информация о поездках Ленина в Финляндию начала поступать и из Советского Союза».

История не любит сослагательного наклонения, но Веттенниеми иногда задумывается о том, какой была бы история России и Финляндии, если бы финны не помогли Ленину в 1917 году, или если бы он утонул в море в 1907 году, когда пытался попасть в Швецию по тонкому льду у архипелага Турку. Удалось бы Ленину реализовать свои планы без помощи и благосклонности финнов?

«Успех Ленина был результатом множества совпадений. Конечно, если бы его задержали в Финляндии, революции бы не было. Но ведь у него были сторонники во многих других странах. Тут нельзя сказать точно».

Ира Янис-Исокангас считает, что возможная гибель Ленина в 1907 году вряд ли остановила бы революционную деятельность в России.

«Ленин действительно играл решающую роль в событиях 1917 года, но он был не единственным революционером в России, который обещал финнам бόльшую автономию или возможность получить независимость в обмен на сотрудничество и оказание помощи».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.