23 августа 1942 года, за несколько часов до немецкой бомбардировки Сталинграда, Роза Харитонова в последний раз пришла домой. Она работала на танковом заводе в северной части города, где занималась шлифовкой коленвалов для русских танков Т-34. Обычно она оставалась ночевать в заводском общежитии. Ей было 15 лет.

Ее мать, как она рассказала по телефону 78 лет спустя, сидела в своей двухкомнатной квартире на площади Возрождения за швейной машинкой «Зингер» и шила маскировочные костюмы для Красной Армии. 14-летняя сестра Юлия собиралась на работу, на телеграф, — она знала азбуку Морзе. Всего их было четверо — три сестры и брат. Сестра-двойняшка Розы болела и лежала в постели, брат был на фронте. Отец ушел из семьи еще до войны. Роза в этот день ненадолго заглянула домой, рассказала об одном коллеге по цеху — испанском коммунисте, который ухаживал за ней, а потом побежала на трамвайную остановку.

В тот вечер 600 немецких самолетов сбросили на Сталинград тысячи и тысячи фугасных и зажигательных бомб. От завода, на котором трудилась Роза, осталась лишь одна гигантская воронка, в которой перемешались тонны стали, бетона и запчастей. На следующее утро к этому кратеру пришли ее мать и сестры. Им оставалось лишь попрощаться с ней.

Она отказалась есть черепах

Юлия, работавшая на телеграфе, пережила войну. Вместе с матерью и больной сестрой ей удалось бежать в Узбекистан. Там сестра скончалась от тифа, а мать умерла от голода посреди степи, отказавшись есть черепах.

Юлия черепах ела. Она выжила и стала хранительницей семейной реликвии — девяти фотографий, сохранившихся за годы войны. На одной из них — три улыбающиеся сестры в школьной форме. Роза на ней с косичками. На обратной стороне Юлия написала синими чернилами: «Погибла в конце августа 1942 года, Харитонова Роза».

На другом фото изображены все четверо — три сестры и брат, который что-то зачитывает им из книги. На обратной стороне Юлия нарисовала гроб и цветы и записала две даты: «19 ноября 1942 года, сестра умерла от тифа. 15 октября 1944 года, мама умерла от голода».

Она думала, что выжила единственная в семье, и оставила девичью фамилию, даже выйдя замуж. Она родила четверых детей и назвала дочь в честь матери, а сына — в честь брата.

Брат не вернулся с войны. Когда она виделась с ним в последний раз, ему было 19 лет. Он был красавчик, любимец девушек. По ночам Юлии снилось, как он бежит в солдатских сапогах по цветочному полю. Она обратилась с запросом в военный архив и получила ответ: «Об этом товарище документов не найдено».

Потом появился интернет. Сейчас Юлия живет в Пензе, примерно в 600 километрах от Волгограда — бывшего Сталинграда. Она попросила детей продолжить поиски. В конце декабря 2019 года, незадолго до Нового года, одна из ее дочерей сказала: «Мама, сядь, пожалуйста».

Она рассказала ей, что о брате по-прежнему нет никакой информации, зато в базе данных пропавших без вести она наткнулась на запрос: кто-то в 2014 году искал ее саму, Юлию Харитонову. Какая-то женщина по имени Роза Пономарева, зарегистрированная в Челябинске — в 1200 километрах от Пензы.

Недели через две удалось найти номер телефона этой Розы. Юлия была уверена, что в той бомбежке никто не выжил. Она думала, о чем можно спросить эту вдруг объявившуюся Розу: «Где работал отец? Какого цвета у меня глаза?»

Ей не пришлось задавать эти вопросы. Как только она услышала голос на другом конце провода, сомнений не осталось. «Ну почему на танковом заводе нам сказали, что ты погибла?!» — воскликнула она.

Сейчас Юлии 92 года, а Розе — 93

«Когда налетели юнкерсы, меня на заводе не было, — ответила Роза. — Меня незадолго до этого отправили на паром».

Юлии сейчас 92 года, а Розе — 93. Они говорили друг с другом недолго — разговор продолжили их дети. Как и Юлия, Роза тоже назвала одну из дочерей в честь матери, а сына — в честь пропавшего без вести брата.

Через четыре дня Юлия, младшая из сестер, села в поезд. Роза в это время попросила близких принести ей бигуди. Одна из внучек записала встречу сестер на телефон — встречу спустя 77 лет, четыре месяца и 25 дней.

Роза сидела на диване, а Юлию привезли на кресле-каталке. Присутствовал врач «скорой помощи». Роза попыталась встать, дотронулась до руки Юлии и откинулась обратно на спинку дивана. Она разрыдалась.

«Почему вы не искали меня?»

Они обе наклонились вперед, лицом к лицу. 

«Почему вы не искали меня?» — спросила Роза. Она всю жизнь думала, что семья о ней забыла.

Юлия пробыла у сестры два дня. Они ели мороженое.

«Помнишь, как мы катались на санках?»

«А помнишь, как мы строили из песка Кремль?»

Юлия показала Розе те девять фотографий из их сталинградского детства, рассказала о черепахах в узбекской степи. Роза рассказала о том, как в ее паром попала бомба. Кто-то вытащил ее из воды и спас.

Им постоянно приходилось расходиться по разным комнатам, чтобы немного успокоиться. А потом они в последний раз обнялись, и Юлия отправилась на вокзал.

Теперь они опять живут в 1200 километрах друг от друга. Пальцы Юлии до сих пор помнят «морзянку», Роза с удовольствием общается с сестрой по скайпу. Вот только им трудно запомнить имена новых внуков и внучек, которые у них вдруг появились.

Война, наконец, закончилась.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.