Достоевский — писатель кризисного периода

В 2021 году отмечается 200-летие со дня рождения Достоевского. 200 лет назад, в 1821 году, в Японии шел четвертый год эпохи Бунсэй периода Эдо, и складывается впечатление, что писатель родился очень давно. Кстати, японский писатель Сосэки Нацумэ родился в 1867 году, а Огай Мори — в 1862 году.

Романы Достоевского, который появился на свет так давно, до сих пор читают люди во всем мире, и, без сомнения, будут читать и через сто лет. Что же делает их вечными? И как должны читать их японцы, живущие именно сейчас, а не 100 лет назад и не 100 лет спустя? Вот некоторые вопросы, которые я хотел бы обсудить в этой статье.

Достоевский всегда был популярным автором в кризисные времена. И сейчас, когда пандемия нового коронавируса продолжает увеличивать социальное расслоение, самое время прочитать его произведения. Поскольку Достоевский жил в разгар зарождения и бурного развития капитализма, в его книгах всегда изображаются неравенство и социальные перекосы, а также люди, борющиеся с ними. Эти проблемы не чужды и современному человеку. 

Одним из ведущих писателей, изображающих неравенство в современной Японии, является Карин Амамия (KarinAmamiya). Она появляется в СМИ как японской Коммунистической партии, так и партии «Комэйто», двух партий, которые являются злейшими врагами, а также является близким соратником Таро Ямамото (Taro Yamamoto), возглавляющего партию «Рэйва Синсэнгуми». У нее такой большой охват, потому что она не зациклена на идеологии, а всегда ставит на первое место проблему бедности, и я уважаю ее за такой практичный подход.

Амамия опубликовала книгу под названием «Новый коронавирус и бедность». Она представляет собой сборник рассказов малоимущих людей о их деятельности с весны 2020 года, когда началась пандемия, и до конца года.

Например, в ней повествуется о людях, которые позвонили на горячую линию в апреле 2020 года во время первого чрезвычайного положения: кто-то потерял источник дохода из-за закрытия универмага, где он работал; кого-то госпитализировали из-за заражения новым коронавирусом и уволили после выписки; кто-то не мог оплачивать аренду своего дома и собственного магазина, а кто-то дошел до такого состояния, при котором ему казалось, что лучше умереть, хотя болезнь обошла его стороной.

Кроме того, на консультационной встрече в августе того же года Амамия задавала вопрос: «Насколько снизился ежемесячный доход по сравнению с периодом до начала пандемии?». Выяснилось, что у индивидуальных предпринимателей он упал на 114 тысяч иен, у временных работников — на 92 тысячи иен, а у фрилансеров — на 60 тысяч иен. 

Средний годовой доход временных работников составляет 1,79 миллиона иен. То есть в месяц они получают около 150 тысяч иен. Если отнять из этой суммы 92 тысячи иен, останется всего 58 тысяч. 

В Токио этой суммы недостаточно даже для того, чтобы заплатить за квартиру. Можно попробовать переехать в регион, но там очень сложно найти работу, если у вас нет связей. Но даже если вам выпадет такой шанс, на переезд денег не хватит.

Все больше людей оказывается в ситуации, когда у них нет иного выбора, кроме как жить на улице или умереть.

Амамия также указывает на растущие гонения на бедных, когда людей, фигурирующих в СМИ как малоимущие, обвиняют во лжи или заставляют молчать, заявляя, что некоторым приходится намного тяжелее, поэтому они должны быть благодарны судьбе. 

Между тем лично я знаю тех, кто заработал 100 миллиардов иен на акциях благодаря пандемии коронавируса, а также предпринимателей, которые вне себя от радости в связи с падением цен на недвижимость, поскольку это уникальная возможность для развития их бизнеса.

Действительно, в настоящее время VIP-залы в лучших токийских ресторанах полностью заняты. И я остро ощущаю, как увеличивается разрыв между богатыми и бедными, особенно в Токио.

Идут дебаты по поводу чрезвычайного положения: чему отдавать приоритет — жизни или экономической деятельности? Конечно, жизнь важнее, но капиталистическое общество, в котором мы живем, основано на системе коммерциализации рабочей силы, то есть обмене жизни на деньги. Если мы не изменим систему, неравенство не победить, но какие именно принять эффективные меры на практике — это довольно сложный вопрос.

Чтение Достоевского в эти трудные времена имеет огромное значение. Давайте вместе попытаемся найти подсказки для выживания, скрытые в его произведениях.

Пророческая природа Достоевского

Писатель пишет длинный роман, когда хочет включить в произведение несколько тем. Или, говоря иначе, прочтение будет зависеть от выбранной темы.

Например, сейчас в XXI веке особый интерес представляет «Преступление и наказание», поскольку в этом произведении есть аналогии с современностью. В качестве примера рассмотрим сцену кошмара убившего старуху-процентщицу Раскольникова в сибирской тюрьме.

«Он пролежал в больнице весь конец поста и Святую. Уже выздоравливая, он припомнил свои сны, когда еще лежал в жару и бреду. Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей».

По всему миру из Азии распространяется новое заболевание. Такое ощущение, что я где-то слышал об этом.

«Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований».

В Китае, США и России люди становятся все более замкнутыми и абсолютно уверенными только в своей правоте. Причина заключается в самоизоляции, в результате которой произошел перекос в сторону пагубного мышления, а также непринятия других людей и культур.

«Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем в одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь, плакал и ломал себе руки. Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром. Не знали, кого обвинять, кого оправдывать. Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе».

Все как в современном мире, не так ли? Удивительно, что Достоевский смог создать такой образ во времена, когда даже не было еще испанского гриппа.

Если говорить о японских современных романах, то произведение Earthlings Саяка Мурата (Sayaka Murata) также повествует о том, как люди сходят с ума на фоне необходимости выживания в условиях пандемии нового коронавируса. 

Я часто использую этот прием аналогий в сфере теологии, на которой специализируюсь, чтобы увеличить глубину мышления. Использование аналогий — это весьма эффективный метод при чтении Достоевского.

Масару Сато:

Родился в 1960 году. В 1985 году окончил Высшую школу теологии при Университете Досися и поступил на работу в Министерство иностранных дел Японии. После работы в посольствах Японии в Великобритании и России в 1995 году перешел в аналитический отдел бюро международной информации министерства иностранных дел.

В мае 2002 года был арестован по подозрению в злоупотреблении полномочиями и финансовых махинациях. В феврале 2005 года получил условный срок, который истек в 2013 году.

В 2005 году был награжден премией газеты «Майнити» за книгу «Государственная ловушка — в МИД меня называли Распутиным». Является автором многих книг. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.