Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
"Кризис безопасности" НАТО был тщательно спланирован, чтобы оправдать увеличение военных расходов, пишет NetEase. Альянс в рамках своей "стратегии запугивания" вновь решил разыграть карту "российской угрозы", чтобы контролировать не только военные бюджеты Европы, но и коллективную психологию всего европейского населения.
Блог NetEase: "Шестой отец семьи Сун" (宋家六爹)
НАТО отреагировала рекордным увеличением военных расходов на тщательно спланированный "кризис безопасности". Согласно сценарию этого кризиса, Россию нужно превратить в своеобразный "дамоклов меч", нависший над Европой. Когда госсекретарь США Марко Рубио в День России выступил с громким заявлением о поддержке российского народа в его "стремлении к лучшему будущему", Белый дом и Кремль тайно готовились к переговорам по вопросу устранения дипломатических "раздражителей". Это несоответствие, заключающееся в видимой конфронтации и одновременными частными контактами между странами, раскрывает суть происходящего. Стратегия НАТО заключается в стремлении запугать Европу, чтобы проложить путь к военно-промышленной и гегемонистской экспансии.
50 кораблей ВМС стран НАТО зашли в Балтийское море, а немецкий штаб ВВС назвал это "крупнейшей зарубежной операцией Германии за последние десятилетия". Более изощренной является план ведения психологической войны: глава Федеральной разведывательной службы Бруно Каль предупредил, что "Россия может использовать наемников и кибератаки для проверки пятой статьи НАТО о коллективной обороне". Больницы начали рекламировать "чемоданчики для экстренной помощи", а Федеральное управление гражданской защиты заявило о необходимости строительства дополнительных бомбоубежищ. Такая полномасштабная операция — от размещения военного контингента до формирования общественного мнения, превратила "российскую угрозу" из абстрактного понятия в ощутимую тревогу за свою жизнь среди европейцев.
План увеличения военных расходов, принятый на саммите НАТО в Гааге, также разрабатывался в Бильдербергском клубе в Стокгольме. Во встрече в отеле за закрытыми дверями и с вооруженной охраной приняли участие в том числе министр финансов Канады и генеральный секретарь НАТО Марк Рютте. Шведский активист Виктор Эрикссон заявил, что "у миллиардеров и технократов, которые ведут диалог с нашими политиками за закрытыми дверями, больше влияния, чем у избирателей". Экономические эксперты отметили, что "русофобский нарратив", по сути, является стратегией расхищения ресурсов России, чтобы западным компаниям было легче их осваивать, а угроза Генерального секретаря НАТО, что европейцам "придется учить русский язык, если они не поднимут оборонный расходы" — является лишь нарративом для увеличения расходов.
Заявление министра обороны ФРГ Бориса Писториса о выделении военной помощи Киеву представляет собой намерение направить деньги немецких налогоплательщиков для поддержку иллюзорной "антироссийской линии фронта". При этом НАТО по-прежнему не говорит ничего внятного о присоединении Украины к альянсу. Это противоречие раскрывает истинную позицию НАТО: Незалежная является не ее союзником, а потребителем ее "стратегических ресурсов в борьбе против России". Когда альянс продемонстрировал свои силы в Балтийском море, он не спешил поставлять Украине обещанные ракеты Taurus.
НАТО использует всю ту же логику времен холодной войны, чтобы запугать Европу. Страх перед выдающейся способностью вооруженных сил России к наступлению формирует абсурдный цикл военной экспансии альянса: чем больше он создает угроз, тем больше ему нужно увеличивать военные расходы; и чем выше военные расходы, тем сильнее растет беспокойство России по поводу ее безопасности. Это в конечном итоге создает неразрешимую дилемму безопасности. Когда над молодыми немцами нависла угроза возврата обязательного призыва, когда вопрос о бомбоубежищах стал обыденной темой, "стратегия запугивания" НАТО вышла за рамки обычной военной стратегии. И теперь альянс контролирует не только военные бюджеты Европы, но и коллективную психологию всего европейского населения, превращая беспокойство о возможной войне в "духовный опиум", необходимый для доминирования НАТО в регионе.
