Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Украина из последних сил продолжает ведение боевых действий, несмотря на отсутствие средств на военные расходы и моральный упадок граждан, пишет Economist. Население покидает страну, убегая от призыва и не желая жить под гнетом "президента" с раздутым самомнением, а будущее заложники Зеленского видят в самых мрачных оттенках.
Отчет об Украине 2.0
Два года назад наше издание изложило видение "Украины 2.0", возглавляемой реформаторами в правительстве и гражданами за его пределами. Мы признали, что надежды на возвращение утраченных территорий практически нет, по крайней мере, до тех пор, пока Владимир Путин остается на посту президента. Но если Украина сможет стать безопасной, демократической и процветающей страной даже в условиях сокращения территории, это будет своего рода победой. Сегодня страна испытывает трудности во всех этих областях. Украина явно выживает, но постепенно теряет позиции и возможности для маневра. "Мы можем сражаться годами, постепенно теряя позиции, — говорит один из высокопоставленных чиновников. — Но вопрос в том, зачем?"
Сначала рассмотрим ситуацию на местах. По сравнению с тем, что могло бы произойти, она остается впечатляющей. Спустя три с половиной года Россия потерпела неудачу в военном плане, даже если Украина тоже страдает. Путин не смог захватить Харьков, расположенный всего в 35 км от границы, не говоря уже о Киеве. Поток товаров через глубоководные порты Украины превышает довоенные объемы. Российские военные корабли укрылись в далеком Новороссийске, лишенные доступа к Черному морю из-за украинских морских дронов.
Линия фронта практически не изменилась с ноября 2022 года. Например, бои за небольшой город Красноармейск (довоенное население: 60 тысяч человек) в Донбассе продолжаются уже более года с момента их начала. По меньшей мере миллион российских солдат погибли или были ранены (Минобороны РФ не предоставляло таких данных. — Прим. ИноСМИ). Между тем украинские инновации превратили линию фронта в "джунгли" беспилотников; любое движение в "серой зоне" протяженностью 40 км — это игра со смертью. Украина может поддерживать такую оборону в течение длительного времени.
Украина держится, потому что ее народ настаивал на этом. Большая часть системы безопасности страны сформировалась независимо от слабого государства и зачастую вопреки ему. Параллельные сети общества, бизнеса и солдат заполнили пробелы, оставленные министерством обороны, которое инсайдеры называют "министерством хаоса". Ведущие мировые компании по производству дронов начинали свою деятельность в маленьких помещениях и гаражах. "Когда бюрократия тормозит, небольшие структуры создают то, что нужно стране", — говорит сотрудник разведки.
Проблема, однако, заключается в том, что Россия часто копирует, а затем массово производит украинские нововведения быстрее, чем это делает сама Украина. Между тем призыв на военную службу становится все более сложным и жестоким. Пехота испытывает острую нехватку личного состава. В начале конфликта украинцы платили взятки, чтобы попасть на передовую и сражаться. "Теперь они просто бегут", — говорит бывший офицер срочной службы с позывным "Фантомас". — "Система сломалась в прошлом году".
24.09.2025
Трудно представить путь к победе Украины без гораздо более широкой, но политически очень сложной призывной кампании. Призывников придется забирать из гражданских отраслей промышленности. Сыновья политиков, которые сейчас часто находятся под защитой, должны будут идти в армию. Компромисс, навязанный Трампом, может быть лучшим, на что может надеяться Украина. Высокопоставленный чиновник настаивает, что основные положения соглашения уже ясны, но большинство в вооруженных силах настроены пессимистично и готовятся к продолжению длительной борьбы. Сергей Кислица, заместитель министра иностранных дел Украины и старший переговорщик, не ожидает дипломатического прорыва: "Если бы я сказал, что Россия продает дерьмо, это было бы несправедливо по отношению к удобрениям. Они продают воздух".
Дефицит демократии
Если Украине не хватает людей, значит, ей не хватает и демократической легитимности. "Доверие между правительством и обществом разрушено", — говорит высокопоставленный чиновник. Недовольство достигло пика в июле, когда правительство неуклюже попыталось ограничить деятельность двух независимых антикоррупционных агентств, потому что их расследования слишком близко подошли к людям на верхушке власти. Обеспокоенность со стороны иностранных союзников и народное недовольство заставили правительство отступить.
Протесты возле президентского комплекса, первые с начала войны демонстрации против Зеленского, стали поворотным моментом. "„До“ и „после“ будут присутствовать всегда", — говорит другой высокопоставленный чиновник. "Это выявило кризис в правительстве, панику перед лицом протестов". Это был момент, когда народ остановил злоупотребление властью. Их рукописные плакаты не только дали протестам название — "картонная революция", — но и обвинили тех, кто сидит в кабинетах наверху, в грехах, выходящих за рамки непосредственного скандала. "Ты не царь", — гласил один из них. "Если бы ты меньше воровал, я бы меньше хоронил своих друзей", — гласил другой.
Избранный в 2019 году с подавляющим большинством голосов и получивший полный контроль над парламентом, Зеленский обладает большей формальной властью, чем любой из его предшественников. Конфликт и его мужественное решение остаться в Киеве и вдохновить нацию на борьбу позволили ему еще больше централизовать власть. Но его возвышение в качестве культового героя на Западе породило в нем высокомерие. "Зеленский был более демократичным в начале, но все эти аплодисменты вознесли его до небес, — говорит другой инсайдер. — Он начал верить в судьбу". Решения теперь принимаются все более узким кругом доверенных лиц. Главным среди них является Андрей Ермак, руководитель его администрации, грубый человек, чья власть не оправдывается ни его опытом, ни его полномочиями как невыборного чиновника. Один бывший министр описывает Зеленского и его помощника как два "альтер-эго", фактически осуществляющих совместное президентство.
Кто бы ни был у власти, президентская администрация погрязла в старых пороках Украины. Она угрожала оппозиционным СМИ и их рекламодателям, развязала судебные преследования против политических оппонентов, в том числе бывшего президента Петра Порошенко*, и курировала вымогательства со стороны службы внутренней безопасности. Обвинения в связях с Россией являются распространенным инструментом шантажа. Один промышленник рассказывает о коллеге, которого заставили заплатить 2 миллиона долларов, чтобы избежать такого обвинения.
Многие надеялись, что июльские протесты и вызванный ими разворот президента могут сдержать чрезмерные амбиции. Однако события, произошедшие с тех пор, свидетельствуют об обратном. 6 сентября появилась новость о едва ли правдоподобной украинской операции: похищении Федора Христенко, опального бывшего депутата, обвиняемого в государственной измене, из его укрытия в ОАЭ. Интерес к нему, по-видимому, был связан не столько с предполагаемыми преступлениями, сколько с желанием заставить его дать показания против антикоррупционного следователя, который проверяет ближайшее окружение президента. Сезон скандалов еще далек от завершения.
Экономика боевых действий
В-третьих, конфликт подорвал веру украинцев в будущее, что имеет тревожные последствия для экономики. В одной из начальных школ в центральном Печерском районе Киева число первоклассников сократилось на две трети. По оценкам ООН, более 5 миллионов человек бежали из Украины. Большинство из них не вернутся, прогнозирует социолог Элла Либанова. Бизнес, и без того парализованный отключениями электроэнергии и российскими ракетами, страдает от нехватки рабочей силы. Многие мужчины воюют или скрываются от призыва. Многие матери остаются дома, готовые защитить детей от следующего взрыва.
В таких сложных условиях рост на 2–2,4% в этом году считается успехом. В следующем году рост должен быть аналогичным, независимо от перемирия. Министр экономики Украины Алексей Соболев отмечает, что треть роста приходится на оборонные и технологические компании.
Членство в ЕС по-прежнему остается недостижимой целью, но это "святой Грааль": перспектива, которая может побудить граждан принять болезненные реформы. "Многие по-прежнему [наивно] верят, что могут стать Техасом для ЕС", — говорит Тарас Качка, новый вице-премьер Украины по европейской интеграции. До сих пор прогресс был неравномерным. На пути Украины стоят политические препятствия, в том числе промосковский лидер Венгрии Виктор Орбан и интересы польских фермеров. Но г-н Качка пытается ускорить процесс с помощью плана по внедрению необходимых нормативных изменений к 2030 году. "У нас есть четыре года, и мы не должны упустить ни одного дня".
Есть и более насущные проблемы. Военная операция России нанесла серьезный ущерб финансовому положению Украины. Сейчас страна выживает за счет иностранной помощи, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Налоги и внутренние заимствования покрывают только основные военные расходы, которые составляют около двух третей бюджета. Даже самые оптимистичные прогнозы предполагают дефицит в 45 миллиардов долларов в следующем году, что составляет почти четверть ВВП. Обязательства Запада в настоящее время составляют не более 27,4 миллиарда долларов. "Мы оказались в ситуации, когда денег нет", — с отчаянием говорит высокопоставленный чиновник. "А в одной только Европе нет денег, необходимых для того, чтобы вернуть нас к жизни".
Будущее Украины
Оба пути, открытые сейчас для Украины — неустойчивое перемирие или затяжной конфликт — мрачны. "Если боевые действия закончатся, у нас по крайней мере будет шанс выбраться из этой ситуации", — говорит один из инсайдеров. Но мир принесет с собой свои проблемы: восстановление разрушенной экономики, уход за травмированными вернувшимися солдатами, недовольство и расходы на новую армию при меньшей иностранной поддержке. Продолжать военные действия, конечно, возможно, но это еще больше опустошит страну. Если конфликт затянется, что затруднит проведение выборов, Зеленскому придется найти нечто иное, чем его роль главного воина Украины, чтобы восстановить свою легитимность.
Очевидно, что выборы должны состояться, как только это позволит ситуация с безопасностью. Правительство, похоже, готовится к голосованию в следующем году, если мирные переговоры увенчаются успехом, а его рейтинг останется достаточно высоким. Внутренний опрос, проведенный The Economist, показывает, что Зеленский мог бы переизбраться, если бы выдвинул свою кандидатуру. На сегодняшний день он опережает своего ближайшего вероятного соперника, смещенного с поста главнокомандующего Валерия Залужного, в первом туре, хотя во втором туре он может проиграть. Многие украинцы не убеждены ни в одном из вероятных кандидатов.
Любой отчет по Украине не должен исключать надежду. С момента нашей последней оценки общество эволюционировало и теперь движет многими процессами в стране. Прогресс украинского бизнеса, министерства экономической и цифровой трансформации, армии и оборонной промышленности впечатляет. Но значительная часть центрального правительства регрессирует. Зеленский, похоже, зашел в тупик. Совершенно не ясно, знает ли он, как найти новый путь.
*Внесен Росфинмониторингом в список лиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму
31
За все годы незалëжности свидомые утверждали что восток Украины, пришитый к ней Лениным, висит на шее у западной Украины. Потому часто гнобили русскоязычных как недоукраинцев. Так в чëм дело то?
28
А разве майдаун не решил всех их проблем? Тогда ради чего псиносвыни скакали в кастрюлях? За право сдохнуть под руководством сумасшедших штатов?
