Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Фон дер Ляйен фактически заявила, что международного права больше не существует, пишет Spiegel. Но если это так, то Европе следует честно признать, зачем и почему она поддерживает Киев: речь идет просто о расширении собственной зоны влияния.
Озге Инан (Özge Inan)
Урсула фон дер Ляйен сначала списывает международное право со счетов, а затем вновь на него опирается. Двойные стандарты заметить нетрудно. Но нам важно разобраться, что стоит за этими противоречиями.
Урсула фон дер Ляйен произнесла примечательную речь. "Европа больше не может быть хранителем прежнего мирового порядка, который остался в прошлом и больше не вернется", — заявила председатель Еврокомиссии в начале недели на встрече с послами Европейского союза. "Мы", то есть европейцы, больше не можем полагаться на то, что так называемый мировой порядок, основанный на правилах, — "единственный способ защитить наши интересы". Тем самым политик от Христианско-демократического союза объявила все международное право устаревшим: ведь нельзя же соблюдать правила и договоры лишь частично, так просто не бывает.
А два дня спустя она заявила о "непоколебимой приверженности" миру и международному праву. Будто бы она вдруг поняла, что рассуждает в том же духе, что и автократы, с которыми мы, как говорят, ведем системное соперничество. Или будто она заметила: никто так и не решился вслух объяснить, что именно подразумевается под "нашими", то есть европейскими, интересами, если не верховенство права. Многие восприняли это как отступление фон дер Ляйен от прежней позиции.
Однако сигнал уже был послан: председатель Еврокомиссии больше не верит в международное право.
Конечно, приятного мало, что самый влиятельный человек Европы ставит под сомнение то, чему мир вроде бы должен был научиться после Второй мировой: верховенство права, отказ от применения силы, важность дипломатии. Но при этом Урсула фон дер Ляйен дала старт полезной дискуссии. Потому что теперь европейцам предстоит ответить на главный вопрос: если международное право на самом деле никого не интересует, почему мы тогда помогаем Украине?
Двойные стандарты служат определенной цели
С тех пор как Россия начала боевые действия на Украине и почти ежедневно наносит по ней удары, европейцы объясняют свою военную поддержку Киеву так: речь идет о неспровоцированном и противоречащем международному праву нападении, которое необходимо остановить.
Однако то же самое международное право перестает действовать, когда речь заходит о "наших" интересах. Двойные стандарты налицо. Многих это не удивляет. Критики не раз указывали на европейское лицемерие и противоречия в аргументации. Это привычная реакция части общества, отработанный до автоматизма жест возмущения, который ни к чему не ведет. Такая реакция лишь утомляет.
Слишком часто предполагают, что двойные стандарты — это недоразумение, на которое надо просто указать погромче. Но это самообман. Двойные стандарты выполняют определенную задачу, и обычно эта задача — что-то скрыть. Пора спросить себя, что именно мы скрываем, и сделать верные выводы.
Один вывод уже напрашивается: в случае с Украиной. Европа, похоже, защищает не некий мировой порядок, а собственный задний двор — ни больше ни меньше.
Это можно поддержать. Любой желающий может присоединиться к проекту максимально широкой европейской сферы влияния: мы все-таки живем в демократии. Но тогда все это следует честно называть своими именами. И перестать убеждать себя и других, будто речь идет о "силе права, а не о праве силы". Это лишь рекламный лозунг. Он закрывает путь к реальному разговору о том, в каких условиях мы живем и какими хотим их видеть.
Сначала "грязная работа", затем — честное признание
Во второй своей речи фон дер Ляйен произнесла любопытную фразу: "Если мы видим мир таким, какой он есть, это ничуть не ослабляет нашей решимости бороться за такой мир, каким мы хотели бы его видеть". В сочетании с ее отказом от "прежнего мирового порядка" в этой фразе есть все, что нужно знать о великих державах. И Европейский союз, похоже, как раз к этому статусу и стремится, пусть даже у нас слово "великий" не особенно в моде.
Тот, кто претендует на такую власть, обязан ее обосновать. До сих пор этой цели служила "непоколебимая приверженность" международному праву. Но поскольку великие державы соперничают друг с другом, им неизбежно приходится применять силу — это та самая "грязная работа". И тогда декларации о важности международного права уже не выглядят такими уж непоколебимыми.
Любая великая держава в истории считала себя воплощением добра и всего самого прекрасного. А если ей приходилось делать что-то дурное и некрасивое, то это, конечно, лишь потому, что так складывались обстоятельства, абсолютно ей не подвластные. Конечно, лишь "временно". И разумеется, "иначе сейчас нельзя".
Вопрос о том, как выбраться из этой порочной практики, будет занимать нас еще долго. Для этого нужно ясно понимать, где мы сейчас находимся. И чем раньше мы начнем относиться к этому всерьез, тем лучше. Урсула фон дер Ляйен сделала первый шаг.
73
Статья - ни о чëм. Пустопорожняя болтовня на тему эстетики и морали, когда последний болван в Европе знает о тупости, развращëнности, лживости, жадности и продажности собственных элит. По этой Шапокляк два пожизненных срока плачут, а они - про какой-то "первый шаг" мямлют...
53
«Любая великая держава в истории считала себя воплощением добра и всего самого прекрасного. А если ей приходилось делать что-то дурное и некрасивое, то это, конечно, лишь потому, что так складывались обстоятельства», — автор, а это так и есть. Есть страны, которые обстоятельства вынуждают переходить от дипломатии к активной обороне. А есть страны, и список их всем известен, которые ради своих шкурных интересов создают эти обстоятельства и вынуждают других на крайние меры. За примерами далеко ходить не надо. Автор, неуд за попытку оправдать виновных и обвинить невинных.
