Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Несколько стран Персидского залива запросили у США канал валютного обмена, чтобы получать доллары. Это может быть предвестником мирового финансового кризиса, пишет UnHerd. Грядет новая Великая депрессия. Но в этот раз все будет иначе — вот только отнюдь не к лучшему.
Вольфганг Мюнхау
Обсуждения долларовых обменов не сулят ничего хорошего
Не бывает двух одинаковых финансовых кризисов. Что их роднит, так это обилие странных историй. Рассказывали, что во время краха 1929 года лучшие биржевые советы давали мальчишки — чистильщики обуви, пересказывая, что слышали сами. В начале 2000-х годов инвесторы полагали, что сложные финансовые инструменты и современные методы математического анализа — залог безопасных инвестиций даже в сомнительные ипотечные продукты. Вся опрометчивость этого раскрыта в книге Кеннета Рогоффа и Кармен Рейнхарт “На сей раз все иначе”. Финансовая эйфория часто становится следствием амнезии — мы забываем историю.
В роли пресловутого чистильщика обуви в наше время выступил американский солдат, заключивший пари на 400 тысяч долларов на тотализаторе Polymarket в преддверии захвата президента Венесуэлы Николаса Мадуро в январе. Но самую странную новость большинство людей вполне могло упустить из вида, потому что она оказалась погребена глубоко в недрах финансовых страниц. Министр финансов США Скотт Бессент сообщил, что несколько стран Персидского залива, включая Объединенные Арабские Эмираты, запросили у США канал валютного обмена, чтобы получать доллары. При таком формате, который ещё называют “свопом”, стороны соглашаются на прямой обмен валют (в данном случае доллары на эмиратские дирхамы). Кроме того, соглашение позволяет обеим сторонам потребовать этого в любой момент.
Но зачем им это понадобилось? Ведь ОАЭ очень богаты. Сумма имеющихся у них долларов более чем в десять раз превышает размер валютного стабилизационного фонда администрации США — предполагаемого контрагента. Бывший замдиректора и главный экономист МВФ Гита Гопинат считает это свидетельством того, что “последствия конфликта в Иране оказались намного серьезнее, чем предполагает рынок”. “Такие оценки вообще давать непросто, даже за закрытыми дверями”, — прибавила она.
Брэд Сетсер из Совета по международным отношениям пишет, что мы наблюдаем нечто принципиально новое. Он счел это сомнительной внебалансовой сделкой “на руку Эмиратам”.
Манипуляции рынками ставок и сомнительные свопы могут оказаться предвестниками надвигающегося финансового кризиса. Я не знаю, чем закончится война в Иране, но истинная дипломатия гораздо сложнее, чем утверждает президент Дональд Трамп. Доказательство тому мы уже увидели в минувшие выходные, когда президент США отменил запланированную поездку в Пакистан своих посланников Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера. Чтобы подготовить и согласовать полное дипломатическое решение, потребуется время. По достижении договоренности потребуется еще больше времени на ее реализацию. На это уйдут месяцы. И даже в этом случае цены на нефть и газ не вернутся к прежнему уровню, поскольку война нанесла непоправимый ущерб инфраструктуре — как трубопроводам, так и перерабатывающим предприятиям. Судоходным и страховым компаниям потребуется время, чтобы оценить, когда можно будет безопасно возобновить перевозки через Ормузский пролив.
Если Иран получит любые доходы от транзита через пролив, а это допустил сам Трамп, это создаст дорогостоящий прецедент для мировой экономики — по сути, это будет налог на международные перевозки. Вдохновленный действиями Корпуса стражей Исламской революции (КСИР), министр финансов Индонезии Пурбайя Юдхи Садева заявил, что его страна также задумалась о взимании платы с судов за проход через Малаккский пролив. Этот пролив для мировой экономики еще важнее Ормузского: через него проходит примерно 40% грузов.
Эти меры противоречат Конвенции ООН по морскому праву, чей принцип гласит, что ни одно государство не обладает суверенитетом над морями. Если мы отвергнем эту идею, то откатимся назад, в эпоху пиратов и дипломатии канонерок. Мы перечеркнем не только последние 30 лет глобализации, но и последние два века. Времена действительно безвозвратно изменятся, если мы выберем этот путь.
Однако мы ни на секунду не должны думать, что поспешное и “грязное” мирное соглашение — фактически капитуляция США — будет худшим из двух зол для мировой экономики. Главный риск для нее — это даже не резкий скачок цен на нефть и не временные перебои с мочевиной и гелием. Потрясения со стороны предложения — это плохо, но к ним еще можно подготовиться.
Более серьезным краткосрочным риском может стать новый глобальный финансовый кризис, вызванной не столько затяжной войной, сколько неудачным ее урегулированием. И я подразумеваю отнюдь не обвал фондовых рынков. Если блокада Ормузского пролива приведет к глобальной рецессии, это спровоцирует целую вереницу кризисов в других секторах финансового сектора — в частности в области суверенного частного долга. Вот почему людей вроде меня, которые следят за мировыми финансовыми потоками, так напугали переговоры между США и ОАЭ о валютных обменах. Будь это просто сомнительная сделка, это еще полбеды. Но это также может означать, что они готовятся к остановке сердца самой мировой финансовой системы. В этом случае банкам ОАЭ может внезапно будет очень трудно занимать доллары — и тогда прямые каналы обмена поддержат глобальную финансовую систему в рабочем состоянии. Но она в любом случае столкнется с невероятными испытаниями. И в этом случае мы заговорим уже не о ценах на дизель или нехватке керосина, а о новой Великой депрессии. И, да, цены на акции тоже обрушатся. Причем это будет наименьшей из наших проблем.
Однако между сегодняшним днем и 2008 годом есть одна большая разница. Тогда мировые лидеры объединились, чтобы преодолеть кризис сообща. “Двадцатка”, до той поры скорее дискуссионный клуб руководителей центральных банков и министров финансов, провела свой первый саммит на уровне глав государств и правительств как раз в ноябре 2008 года в Вашингтоне. Американцы, русские, китайцы и европейцы собрались за круглым столом, чтобы установить новые финансовые правила и согласовать единые меры экономического стимулирования. Впервые еврозона выступила единым блоком. Тогда наша многосторонняя система управления была еще в целости и сохранности.
Я вовсе не ностальгирую по тем дням. Тогдашнее решение лидеров сработало в краткосрочной перспективе, но нанесло долгосрочный ущерб западным экономикам и демократиям. Насыщение денежной массой при жесткой бюджетной экономии стало самым катастрофическим решением в экономической политике с начала столетия. Что характерно, оно было принято в обход демократических сдержек и противовесов. именно поэтому Брексит многих так расстроил: это был первый успешный отпор многосторонности.
Поэтому конец этой эпохи я не оплакиваю. Но мы должны сознавать все последствия. Если сердце мировой экономики снова остановится, как в конце 2008 года, не ждите, что наши политики соберутся вместе, как тогда, и договорятся о скором решении — если вообще до чего-нибудь договорятся. Они будут винить друг друга во всех грехах, что, собственно, уже и происходит. Новый финансовый кризис разыграется без должного присмотра и вмешательства.
В мире, отвергнувшем многосторонность, сверхдержавам как никогда важно проявлять стратегическую сдержанность. В политическом плане Китай кажется вполне сдержанным — по крайней мере, со стороны — но его экономическая политика порой доходит до безрассудства. На самом деле, именно Китай — безусловно, крупнейший источник глобального экономического дисбаланса. Кроме того, Китай может в любой момент атаковать Тайвань, если сочтет нужным.
Владимир Путин же сдержанностью не отличается — как и Трамп. Мы знаем, что Трамп по натуре — игрок импульсивный. Никто и никогда не заподозрит в нем стратега. Он явно просчитался, приказав напасть на Иран. Рассчитывать, что в будущем Трамп проникнется стратегическим терпением, — значит довериться надежде вместо опыта. Трамп и его военный министр Пит Хегсет окружили себя подпевалами. Во всей администрации не осталось никого, кто бы говорил власти правду в лицо. Хегсет уволил всех критически настроенных генералов и высокопоставленных чиновников, включая министра военно-морского флота Джона Фелана. У Трампа даже нет постоянного советника по национальной безопасности. Государственный секретарь Марио Рубио выполняет эти функции по совместительству. Мы знаем, что Джей Ди Вэнс скептически относился к войне, но не нашелся, что противопоставить Трампу, — или не захотел.
Нынешнее поколение европейских лидеров привыкло оперировать правилами, и никто не скорбит по кончине многосторонности горше, чем премьер-министр Кир Стармер. Стратегическое, долгосрочное мышление им чуждо.
Однако вопреки воцарившемуся унынию есть мощный потенциал роста. Оптимисты по-прежнему считают, что искусственный интеллект — главная причина высоких рыночных оценок. В исторической перспективе искусственный интеллект может стать самым серьезным прорывом со времен электричества. Он может перевернуть наш рабочий и жизненный уклад сильнее других технологических веяний.
Но старых правил инвестирования никто не отменял. Все может измениться лишь настолько, насколько сам ИИ скажется на производительности экономики. Влияние ИИ только начало проявляться в экономических показателях США. Я сам глубоко убежден, что искусственный интеллект изменит нашу жизнь. Но какое-то время нам останется лишь гадать как.
Это, в свою очередь, означает, что достижения ИИ почти наверняка не спасут нас ни от безрассудства этой войны, ни от торговой и финансовой неразберихи, который за ней последует. В этом смысле на сей раз всё действительно будет иначе — вот только отнюдь не к лучшему.
Вольфганг Мюнхау — директор аналитического центра Eurointelligence и обозреватель UnHerd
24
Эти меры противоречат Конвенции ООН по морскому праву, чей принцип гласит, что ни одно государство не обладает суверенитетом над морями. Если мы отвергнем эту идею, то откатимся назад, в эпоху пиратов и дипломатии канонерок. /// Ну конечно, Ирану нельзя, Индонезии нельзя, и России нельзя. Можно только США и всему западу, включая ничтожную Эстонию, например захватывать морские суда с российской нефтью в Балтийском море и забирать себе. Но это конечно другое! Это не пиратство и не дипломатия канонерок. Это просто другое!
15
Продемонстрированные автором статьи упаднические настроения всё больше охватывают европейское бизнес сообщество. Оно и понятно - у европки нет ни финансовых, ни природных, ни трудовых ресурсов! Осталась лишь привычка с колониальных времён вкусно есть и мягко спать за счёт ограбляемых, оглупляемых и обираемых аборигенов по всему миру. Мир, однако, поумнел и больше не желает кормить колонизаторов, которых он скинул в советскую эпоху, и не желает сносить военные угрозы и агрессии. А хозяевам Европы такая тьма беспокойных голодающих не нужна и они постараются эту тьму развеять силами России, развязав очередную мировую (как минимум, европейскую) войну.
