Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Решение ОАЭ выйти из ОПЕК застало организацию врасплох, пишет Causeur. Это не просто технический шаг, а политический разрыв, который открывает новый этап неопределенности для мировой энергосистемы, где каждый теперь играет за себя.
Гиль Михаэли (Gil Mihaely)
Объединенные Арабские Эмираты объявили о выходе из ОПЕК, застав организацию врасплох. ОПЕК и так находилась под колоссальным давлением из-за закрытия Ормузского пролива, а внутренние разногласия уже давно подтачивали ее изнутри. Решение обнародовал министр энергетики Сухейль аль-Мазруи, назвав его "пересмотром стратегии", который даст стране больше свободы распоряжаться собственной добычей.
Уход третьего производителя ОПЕК — после Саудовской Аравии и Ирака — это не просто техническая корректировка. Это политический разрыв, который открывает новую фазу неопределенности для и без того напряженной мировой энергосистемы.
Жесткий жест
Сам по себе шаг ОАЭ — переломный момент. Будучи крупным производителем и привилегированным партнером Саудовской Аравии, Абу-Даби предпочел освободиться от квот, ограничивающих добычу стран-участниц. Решение принято после многих лет масштабных инвестиций: Эмираты нарастили мощность примерно до пяти миллионов баррелей в день — на 50% больше, чем у Ирана. Иными словами, именно в тот момент, когда страна способна добывать больше, она отказывается от любых ограничений. Официально — экономическое решение. Но на деле — жесткий политический жест.
Как это работало
С момента своего создания ОПЕК держалась на согласовании объемов добычи. Именно это позволяло картелю влиять на цены. Но этот механизм требует коллективной дисциплины, а значит, индивидуальных уступок. Однако в мире, где у каждого производителя свои политические и экономические интересы, дисциплина становится все более хрупкой. Эмираты не скрывают: они хотят продавать больше, быстрее и, главное, решать это суверенно.
ОПЕК ослаблена
За этим выбором стоит общая тенденция. Еще в 2019 году из ОПЕК вышел Катар — чтобы сосредоточиться на сжиженном природном газе. У этих решений одна логика: вернуть контроль над своей энергетической политикой и подогнать ее под национальные приоритеты. Крупные планы диверсификации экономики — саудовское "Видение 2030", индустриальные стратегии ОАЭ — требуют огромных ресурсов. Добывать больше и в соответствии со своими инвестиционными потребностями — значит ускорить эту трансформацию.
Но у этого движения есть и другое, менее заметное последствие: оно ослабляет ОПЕК изнутри. Организация никогда не была монолитным блоком, однако ее скрепляло жесткое ядро во главе с Эр-Риядом при поддержке нескольких надежных союзников. Эмираты входили в их число. Их уход разрушает баланс. Он снижает способность Саудовской Аравии навязывать сокращения добычи и, как следствие, поддерживать цены. На кону — постепенная кончина картеля, способного диктовать рынку свою волю.
Многополярная энергетика
В этой ситуации США выглядят косвенными бенефициарами. Со времен сланцевой революции их статус изменился: из зависимых импортеров они превратились в крупных производителей и экспортеров. Их интерес ясен — удерживать достаточно низкие цены, чтобы поддерживать собственную экономику, и при этом оставаться конкурентоспособными на мировых рынках. Ослабление ОПЕК служит этой цели. Меньше координации между производителями — больше волатильности и, как правило, больше давления на снижение цен.
Стоит ли видеть в этом результат целенаправленной американской стратегии? Соблазн велик: Вашингтон в последние годы не уставал оспаривать влияние ОПЕК — и на дипломатическом фронте, и через наращивание собственной добычи. Но реальность, вероятно, проще и жестче: картель раскалывают национальные интересы самих производителей. Эмираты выходят из ОПЕК не для того, чтобы угодить США. Они выходят, потому что ОПЕК больше не отвечает их потребностям.
И все же символизм остается мощным. ОПЕК, долгое время воспринимавшаяся как структурообразующий игрок мировой энергосистемы, сегодня выглядит организацией, теряющей сплоченность. Она продолжает существовать — особенно в расширенном формате ОПЕК+, который включает Россию. Но ее авторитет подорван, а способность навязывать коллективную дисциплину тает.
По сути, выход ОАЭ говорит о чем-то более масштабном — о состоянии энергетического мира. Мы больше не в системе, где несколько игроков контролируют предложение. Нас ждет более фрагментированная, более конкурентная реальность, где каждый играет свою партию. В этом новом ландшафте сотрудничество уступает место индивидуальной стратегии.
Для Саудовской Аравии это предупреждение. Для США — возможность. Для остального мира — очередная неопределенность. А для ОПЕК — возможно, начало постепенной потери влияния.
