Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Пять стран отказались от участия в "Евровидении", а вокруг голосования разгорелся новый скандал, пишет The Guardian. Поклонники конкурса уверены, что музыка отошла на второй план, а результаты все чаще определяются совсем другими факторами.
Дэйв Китинг (Dave Keating)
Конкурс, изначально нацеленный на то, чтобы объединять людей, утратил характерную для него атмосферу радости. И все из-за некомпетентности организаторов и политизированности.
В течение последних двух лет, несмотря на споры из-за участия Израиля в "Евровидение", большинство преданных поклонников, включая меня, продолжали сохранять верность конкурсу.
На нынешней неделе в Вене прозвучали баллады и шутливые композиции, но вместо всеохватной радости "Евровидение" вызвало у зрителей единое чувство разочарования из-за политизированности. Однако масштаб наших эмоций меркнет по сравнению с шоком и болью тех, кто пострадал от войн, подпитывающих эту политизацию. Но, тем не менее, все именно так.
В этом году пять государств — Испания, Ирландия, Словения, Исландия и Нидерланды — отказались от участия в "Евровидении", объяснив это кризисом, урегулирование которого со стороны Европейского вещательного союза (EBU — European Broadcasting Union) оказалось катастрофически неэффективным.
У "Евровидения" всегда имелся определенный политический подтекст — из-за этого его так активно и обсуждали. Однако в 2022 году EBU перешел Рубикон, исключив Россию из своих рядов после ввода войск на Украину. В том же году Киев одержал победу благодаря всенародному голосованию, что говорило о подавляющей политической поддержке во всей Европе.
Однако, как показала ситуация вокруг Израиля, однажды открытый ящик Пандоры очень трудно закрыть. Мы видим, как EBU мечется в этой новой геополитической ситуации. И в результате будущее "Евровидения" находится под угрозой.
Вместе с многими фанатами, в том числе и в Израиле, я полагал, что израильская государственная телерадиоорганизация Kan поступила правильно, заявив, что не будет участвовать в конкурсе в 2024 году. В условиях войны в Газе EBU попросила Kan и авторов израильской песни изменить текст, который, по их мнению, отсылал к теракту, совершенному ХАМАС 7 октября. Как заявила бывшая израильская участница Евровидения Ноа (Noa): "Я всегда выступаю против культурных бойкотов. И все же, я полагаю, что моя страна, если бы это от меня зависело, должна была бы отказаться от участия в конкурсе".
Однако вмешался президент Израиля Исаак Герцог (Isaac Herzog). Он надавил на Kan, чтобы та изменила решение и позволила израильской певице Эден Голан (Eden Golan) участвовать уже с исправленным текстом песни. Участие Иерусалима в последних трех конкурсах заканчивалось протестами и бойкотами. Но вплоть до прошлого года, ни одна из европейских телекомпаний официально не обращалась с просьбой об исключении Израиля. Да и фанаты "Евровидения", по большому счету, продолжали слушать артистов этой страны, даже несмотря на весь ужас от происходящего в Газе. Мы бы не хотели, чтобы обо всем конкурсе судили только по действиям одного из его участников.
Однако одного участия Израиля в "Евровидении" оказалось недостаточно. Правительство Биньямина Нетаньяху было настроено добиться победы, используя конкурс как инструмент "мягкой силы". Как выяснила The New York Times, в последние три года израильские власти частично финансировали масштабную агитационную кампанию стоимостью не менее миллиона долларов, призывавшую зрителей голосовать за Израиль в знак политической поддержки страны.
Эта кампания включала в себя гигантские рекламные щиты на Таймс-сквер и обращения к поклонникам напрямую. И хотя США не участвуют в "Евровидении", американцы все еще могут голосовать на этом конкурсе, потому что EBU предоставил возможность голосования для всего мира. Сам Нетаньяху опубликовал в Instagram* пост, в котором призвал сторонников в 2025 году проголосовать за Израиль 20 раз (максимально допустимое количество голосов на человека).
Таким образом Израиль занял первое место в общеевропейском голосовании 2025 года. Итоговый результат каждого артиста формируется из голосов обычной аудитории, наряду с голосами профессиональных жюри. Церемония объявления победителя, которая обычно отличается особой драматичностью и накалом страстей, в прошлом году была мучительной для просмотра. Возможно, благодаря кампании израильского правительства, эта страна внезапно оказалась на вершине турнирной таблицы. Если бы тогда профессиональное жюри не занизило оценки песне, которая была вполне себе, то в эти выходные музыкальный конкурс проходил бы в Тель-Авиве. И все это, вполне вероятно, означало бы конец конкурса в том виде, в каком мы его знаем.
Но несмотря на все вышесказанное, в этом году в правила голосования были внесены лишь незначительные изменения. Люди из любой точки мира по-прежнему могут голосовать несколько раз, независимо от того, смотрят они сам конкурс или нет.
Несмотря на тот факт, что EBU не обнаружил доказательств взлома или каких-либо манипуляций, нам представляется маловероятным, чтобы ничем не выделяющиеся израильские песни последних двух лет смогли вдруг вызвать столь высокий уровень зрительского одобрения, обеспечив одни из самых высоких результатов голосования за всю историю "Евровидения". Существующие правила создают условия, при которых группа из нескольких сотен избирателей, осуществляющих многократное голосование и руководствующихся политическими предпочтениями, способна существенно повлиять на итоговый результат голосования. Дело здесь не в бойкотах — люди теряют интерес к конкурсу, в котором каждый год одна конкретная страна занимает первое место.
Больше всего расстраивает следующая ситуация: после конкурсов "Евровидения" 2024 и 2025 годов некоторые представители израильских СМИ предположили, что результаты общественного голосования стали признаком широкой политической поддержки со израильского государства. Посол Израиля в Бельгии Идит Розенцвейг-Абу (Idit Rosenzweig-Abu) заявила: "Молчаливое большинство снова высказалось". Однако очевидно, что если мотивированные сторонники действий Израиля проголосуют за одного участника, а голоса противников распределятся между всеми остальными, то это никоим образом не указывает на "молчаливое большинство".
"Евровидение" приносило мне огромную радость, с тех пор как я двадцать лет назад переехал в Европу из США. Я восхищался этим конкурсом, причем не только потому, что он невероятно увлекателен, но и из-за того, что он представляет собой некое исключение из правил — некий очень успешный культурный продукт, который Европа производит на экспорт в целом без участия США. Именно поэтому я побывал на этом шоу семь раз. Однако в эту субботу я, как и многие поклонники "Евровидения", смотреть его не буду. Нет-нет, я совсем не бойкотирую "Евровидение". Мне больше не интересно: на мой взгляд, результаты стали предсказуемыми и далекими от музыки как таковой.
* Принадлежит компании Meta, деятельность которой запрещена на территории России как экстремистская
