Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Западные элиты потеряли ориентиры. Они отвергли разумное антирасистское учение Кинга, пишет The Telegraph. И теперь они не только закрывают глаза на расизм, направленный против белых, но и оправдывают его. Одну форму расизма подменили другой.
Алистер Хит
Критическая расовая теория увела нас от вдохновляющей мечты Мартина Лютера Кинга об обществе, где цвет кожи не имеет значения, — прямиком к тому, что мы наблюдаем сегодня.
"Я мечтаю, что придет день, когда мои четыре ребенка будут жить в стране, где о них будут судить не по цвету их кожи, а в соответствии с их личностными качествами. У меня есть мечта... что однажды ... маленькие черные мальчики и девочки возьмутся как сестры и братья за руки с маленькими белыми мальчиками и девочками. И настанет тот день, когда все чада Господа Бога нашего вложат новый смысл в слова: "Страна моя, родной свободы край, тебе пою я оду…" – Мартин Лютер Кинг-младший, 1963 год.
Для современной Британии нет лучшего манифеста, чем эта речь Кинга, – особенно после леденящей душу гибели Генри Новака.
Его завораживающее, неподвластное времени ораторское искусство, его философия надежды, прогресса и искупления, его меритократический, свободный от расовых предрассудков либерализм, его стремление к пост-расовому патриотизму, основанному на общей вере в единство человеческой души и силу свободы, – каждого просвещенного полицейского начальника, каждого государственного назначенца и политика следовало бы заставить прослушать эту речь, осмыслить ее и выучить наизусть.
Какое-то время казалось, что мечту Мартина Лютера Кинга можно воплотить в жизнь. Борьба с расизмом шла трудно, прогресс зачастую был лишь ограниченным, но мы двигались в верном направлении. Предубеждения против чернокожих и цветных ослабевали, смешанных браков становилось больше, меньшинства процветали, напряженность спадала.
А потом что-то сломалось: наши элиты потеряли ориентиры. Они отвергли разумное антирасистское учение Кинга. И вот уже на протяжении тридцати лет они закрывают глаза на расизм, направленный против белых, а то и оправдывают его. Речь шла не о "чрезмерной компенсации" за грехи прошлого, а о подмене одной формы расизма на другую.
Почему так вышло? И лейбористы, и консерваторы, сами того не замечая, впитывали догматы критической расовой теории (КРТ) – ультралевой, антибелой, постмодернистской идеологии, несовместимой с западной цивилизацией.
Эту идеологию, которую часто называют "воукизмом", отличает отрицание объективной реальности (расизм – в глазах смотрящего), рационализма (доказательства не нужны), универсализма (расовая принадлежность абсолютизируется) и всякой возможности прогресса.
Западные общества априори объявляются расистскими, рассадниками неравенства власти и эксплуатации, даже если в них никто на самом деле не является ксенофобом. Намерения не имеют значения: цветные меньшинства неизбежно угнетаются белым большинством (к которому также причисляют евреев и прочие группы, "приближенные к белым"). Сама расстановка сил, динамика власти якобы подстроена так, чтобы их ущемлять.
Мартин Лютер Кинг видится им жертвой ложного марксистского сознания, послушным орудием в лагере "сторонников господства белых" (а к таковому относят любого, кто не согласен с воукизмом), иными словами – предателем. Его идеал общества, где цвет кожи не имеет значения, третируют как инструмент увековечивания "системной несправедливости". Любое "непропорциональное воздействие" любой политики – например, законов против магазинных краж – на разные расовые группы считается доказательством дискриминации. Любое неравенство в результатах объявляется злом.
Критическая расовая теория подменяет объективность "равенством", которое насаждается через перевоспитание и программы "Разнообразия, равенства и инклюзивности" (DEI).
К чему это привело? Вместо того чтобы утверждать, что расовая принадлежность не должна иметь значения, наши компании, школы и полиция лишь зациклились на ней. Нам внушали, что подлинная справедливость требует дифференцированного подхода. Вместо того, чтобы призывать иммигрантов должным образом интегрироваться в британское общество, акцентировали недостатки самой Британии. Вместо продвижения по заслугам всячески насаждалась "обратная" дискриминация.
Вы услышите, что этот подход именуют "антирасизмом", но не поддавайтесь на оруэлловский уклончивый новояз. Воукистский "антирасизм" – попытка назвать черное белым. Представьте себе ситуацию, когда Министерство мира ведает войной, а Министерство правды распространяет ложь.
Масштабное распространение критической теории началось в 1999 году с доклада сэра Уильяма Макферсона по делу о смерти Стивена Лоуренса. Тот случай вызвал праведный гнев в средних слоях британского общества и обнажил, сколь глубоко укорененным оставался в нашем обществе расизм, направленный против чернокожего населения.
Однако, при всех благих намерениях, верных выводах о предрассудках в полиции и множестве полезных рекомендаций, Макферсон пошел на две роковые уступки КРТ, которые до сих пор отравляют работу полиции.
Уильям Макферсон охарактеризовал полицию не как зараженную расистской культурой, чем она, собственно, и являлась, а как "институционально расистскую" – это такой специальный воукистский термин, введенный Стокли Кармайклом (он же Кваме Туре) и Чарльзом Гамильтоном в книге "Black Power: Политика освобождения". Этот термин подразумевает принятие всей вздорной начинки критической расовой теории, включая тезис о том, что расизм против белых невозможен. Сам же Кармайкл был оголтелым антисемитом ("Хороший сионист – мертвый сионист", говорил он) и расовым сепаратистом.
Вторая ошибка заключалась в принятии установки, согласно которой расистским инцидентом является "любой инцидент, который воспринимается как расистский потерпевшим или иным лицом". Да, это означало, что полиция больше не могла игнорировать предрассудки, но то был неверный способ добиться столь необходимой перемены.
Политика Макферсона, вдохновленная отказом КРТ от объективной реальности, породила нелепую концепцию субъективно оцениваемых инцидентов на почве ненависти, не являющихся преступлением, и, вероятно, отчасти объясняет некоторые обстоятельства скандального дела Генри Новака.
Полицейские поверили убийце небелого происхождения Викраму Дигве, которого они сочли жертвой, когда тот солгал о якобы имевшем место расовом оскорблении, – и в то же время отказывались верить Новаку, твердившему, что его ударили ножом, пока он лежал в наручниках и истекал кровью после нескольких ножевых ранений.
Подобные трагедии будут повторяться, пока мы не выкорчуем эту омерзительную идеологию, которая окончательно поразила наши институты после психоза вокруг Джорджа Флойда и движения Black Lives Matter.
Возьмем, к примеру, стратегию борьбы с расизмом, которую активно внедряет Национальный совет руководителей полиции. Ее писали фанатики воукизма. Это явно вдохновленное критической расовой теорией "стремление к расовому равенству" фактически переводится как "обеспечение равенства результатов работы полиции для людей из разных этнических групп путем реагирования на нужды отдельных лиц и сообществ в соответствии с их специфическими потребностями, обстоятельствами и опытом… Это не означает отношения ко всем „одинаково“ или отказа от учета цвета кожи (расовое равенство)". Двухуровневая полицейская система здесь явлена во всей красе.
В безотлагательном порядке необходимо искоренить критическую расовую теорию и DEI из британской полицейской системы. Нам нужна подлинная борьба с расизмом, верно понимаемым, а не воукистский "антирасизм", который лишь разжигает расовую неприязнь и сеет рознь.
Гибель Генри Новака – лишь последняя трагедия в длинной цепи. Вальдо Калокане, убийцу, вовремя не отправили в психиатрическую лечебницу, поскольку существовали опасения насчет "чрезмерной представленности молодых чернокожих мужчин в учреждениях принудительного содержания". Когда директриса школы указала на Акселя Рудакубану как на потенциальную угрозу, ее обвинили в "составлении психологического портрета по расовому признаку"; впоследствии Рудакубана зарезал маленьких девочек на танцевальном мастер-классе, посвященном музыке Тейлор Свифт.
Патологическую снисходительность к антисемитским лозунгам и действиям также можно отнести на счет того, как КРТ оправдывает юдофобскую ненависть. Наша неспособность справиться с бандами насильников, многие из которых были пакистанского происхождения и намеренно выслеживали белых девочек, отчасти вызвана именно этой идеологией.
Для тех из нас, кому отвратительны расовые предрассудки в любом виде, кто страстно желает общества, где цвет кожи не имеет значения, есть только одно решение: мы должны отбросить критическую расовую теорию, уничтожить двухуровневую систему правосудия и претворить мечту Мартина Лютера Кинга в реальность.
