Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В Анкаре вот-вот откроется саммит НАТО, сценарий которого давно известен: с трибуны — слова о мире, за кулисами — миллиардные контракты на снаряды, пишет JDD. Альянс, который Макрон еще недавно называл "клинически мертвым", обрел второе дыхание — и от него повеяло порохом.
Настойчиво приписывая НАТО новую миссию, западные стратеги сами прокладывают путь к войне, которую, по их заверениям, стремятся предотвратить. Мира не добьешься ультиматумами Москве — таково мнение Ксении Федоровой.
Ксения Федорова (Xenia Fedorova)
Предстоящий саммит НАТО в Анкаре будет напоминать дежавю: вновь поддержка Зеленского, обещания военной помощи, контракты на вооружение и демонстрация единства перед лицом Москвы (которая неоднократно заявляла о том, что не собирается ни на кого нападать, и всегда подчеркивала свое стремление к мирным переговорам и долгосрочному урегулированию, — прим. ИноСМИ). Альянс, который Эммануэль Макрон в 2019 году назвал находящимся в состоянии "клинической смерти", словно обрел второе дыхание благодаря конфликту на Украине. После холодной войны все еще гадали, какова роль этого блока, созданного против Советского Союза. С 2022 года конфликт на Украине подарил НАТО оправдание — политическое, стратегическое, финансовое и идеологическое. В Анкаре речь пойдет не просто о защите, а об организации долгосрочной стратегии. Ожидается, что будут объявлены многомиллиардные суммы на закупку вооружений для Киева.
Показателен один механизм: союзники уже финансируют приобретение американского оборудования для Украины. Вашингтон продает — Европа платит. Москва же видит в этом подтверждение того, что Украина превратилась в передовой плацдарм противостояния между Россией и НАТО. Запад отказывается принимать эту российскую логику в расчет. Для Москвы проблема началась не 24 февраля 2022 года. Она коренится в расширении НАТО на восток: бывшие страны Варшавского договора, государства Балтии, а затем обещание, данное в 2008 году, что Украина и Грузия станут членами альянса. Для России это означало потенциальное появление военных баз у ее границ, а значит — прямую угрозу национальной безопасности.
Кроме того, расширение воспринималось как нарушение обязательств, взятых при объединении Германии. Тогда госсекретарь США Джеймс Бейкер заверил Михаила Горбачева, что альянс не продвинется "ни на дюйм" на восток. Вашингтон знал об этой красной линии. Еще в 2008 году посол США в Москве Уильям Бернс предупреждал: вступление Украины в НАТО будет воспринято как прямая военная угроза. Западные политики отвечают: каждое суверенное государство имеет право выбирать себе союзы. Юридически этот аргумент верен. Но геополитика не сводится к праву. Российское недоверие подпитывают и бомбардировки Сербии в 1999 году без мандата ООН, а также операции в Афганистане и Ливии.
Какова же стратегия выхода из этого конфликта?
С точки зрения Москвы, НАТО никогда не был чисто оборонительным альянсом. Это стратегическая угроза. Чем больше европейцы обещают укреплять Украину, чем громче говорят о перевооружении, открытой войне и возможной конфронтации с Россией — тем сильнее убеждают Москву в правильности такого взгляда. Главный фактор неопределенности — Дональд Трамп. Европейцы рассчитывают склонить его на сторону Украины и добиться продолжения военной поддержки со стороны Америки. Но Трампу никогда не был свойственен их воинственный риторический настрой. Он не раз заявлял, что хочет положить конец конфликту. Для него Украина — это не идеологический крестовый поход, а вопрос соотношения сил, затрат и переговорного торга.
А ведь именно этот вопрос никто не хочет ставить открыто: какова стратегия выхода? Если цель — переговоры, пора перестать выдвигать условия, которые Москва заведомо отвергнет, и ультиматумы, требующие капитуляции, особенно когда на поле боя российская армия продолжает методично продвигаться в Донбассе. Упорно навязывая НАТО новую историческую роль, западные стратеги сами расчищают путь войне, которую, по их словам, пытаются предотвратить.
Любой инцидент становится доказательством, любое предупреждение — аргументом для перевооружения, любой саммит — шагом к конфронтации. НАТО празднует свое возрожденное единство. Но единство, выстроенное на затягивании войны, — это не стратегия мира. Оно лишь откладывает главный вопрос: хочет ли Европа устойчивой архитектуры безопасности с участием России или выбирает логику противостояния "блок против блока"?
