Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Вашингтон столкнулся с тремя угрозами: одновременно кризис может вспыхнуть в Европе, на Ближнем Востоке и в Тихом океане, заявил Defence24 экс-глава разведки Тихоокеанского флота США Джеймс Фанелл. Ослабевшим ВМС придется выбирать, кого защищать.
Енджей Граф (Jędrzej Graf)
Интервью с бывшим главой разведки Тихоокеанского флота США капитаном в отставке Джеймсом Фанеллом (James Fanell)
У США в два раза меньше кораблей
Defence24: Я хотел бы начать наш разговор с ситуации на Ближнем Востоке. Что вы можете на этот счет сказать, учитывая ваш богатейший опыт? Мы в Варшаве, естественно, сосредоточены на Украине, но мы видим все более прочную связь между конфликтами на Ближнем Востоке, действиями России и ситуацией в Тихоокеанском регионе. Каковы тут ключевые точки соприкосновения и каковы последствия событий на Ближнем Востоке и действий Ирана для Тихоокеанского региона и нашей части Европы?
Джеймс Фанелл: Наиболее важным фактором, связывающим Иран и Тихоокеанский регион, является влияние разворачивающихся там событий на ВМС США как на глобальную силу. Актуальным и фундаментальным стал вопрос о наших ресурсах: достаточно ли их, чтобы присутствовать в двух или трех местах одновременно? Достаточно ли у нас авианосцев, эсминцев и, что особо важно, ракет на наших складах?
С моей точки зрения, главное сейчас — это, то, что сложившаяся ситуация наглядно показала, насколько сократился потенциал ВМС США. За счет этого сокращения данная ситуация и возникла. Когда я был призван на службу, а это было в 1986 году, ВМС США располагали около 600 надводными кораблями и подводными лодками. Сегодня мы с трудом дотягиваем до 300. За 40 лет мы фактически вдвое сократили количество кораблей ВМС США, в то время как китайский флот постоянно увеличивался.
Военно-морской флот Китая продемонстрировал самые высокие темпы развития в морской истории, совершив скачок от береговых сил типа brown water к крупнейшему военно-морскому флоту в мире. Но несмотря на радикальное сокращение количества наших кораблей, мы не ограничили наши глобальные обязательства. Мы пытаемся и дальше прикрывать Ближний Восток, Европу и Тихий океан, имея для этого вполовину меньше средств, в результате чего наши силы напряжены до предела.
— Такое кардинальное — с 600 до 300 кораблей — сокращение представляет собой огромный структурный сдвиг. Как мы дошли до этой точки?
— Для этого нужно вспомнить, что происходило сразу после окончания Холодной войны. После Второй мировой войны мы создали комплексную систему национальной безопасности, включающую такие структуры, как аналитический центр Office of Net Assessment, специалисты которого старались заглянуть в будущее на 30 лет. На основании их оценок власти старались сделать так, чтобы враг никогда больше не мог застать нас врасплох. Система была сосредоточена на равноправных конкурентах. Однако после 1990 года доминирующей идеей стала концепция "конца истории". Обе политические партии стремились к "мирным дивидендам".
Мы начали закрывать военные базы и, что еще хуже, ликвидировать верфи, которые обеспечивали нам промышленный резервный потенциал. В 90-е гг. затраты на техническое обслуживание и ремонт начали быстро расти, поскольку инфраструктура естественным образом стареет и требует обновления. Затем произошли события 11 сентября, после чего в течение двух десятилетий наши стратегические приоритеты почти полностью сместились в сторону наземных контртеррористических и специальных операций.
К военно-морскому флоту стали относиться как к "транспортной службе" или поставщику вооружений для ударов по наземным целям, проводимых объединенными силами. Наш военно-промышленный комплекс перестал думать морскими категориями и полностью сосредоточился на чрезвычайных конфликтах низкой интенсивности. Мы забыли, что Соединенные Штаты по своей сути являются морской державой, зависящей от свободного доступа к морям. Это пренебрежение морем привело нас к ситуации, что наш ВПК в настоящее время отстает от наших конкурентов.
"Налог на совместную деятельность" ослабил ВМС США
— С политической точки зрения похоже на то, что неоконсерваторы были настолько уверены в гегемонии Соединенных Штатов, что сочли наш имеющийся потенциал достаточным, в то время как ВПК Китая спокойно накачивал мускулы. Действительно ли доктрина "Объединенных сил" не удовлетворяет особые потребности Военно-Морского Флота?
— Закон Голдуотера-Николса 1986 года, хотя и был направлен на улучшение координации, в конечном итоге наложил на флот "налог на совместную деятельность". Потребности армии и военно-воздушных сил стали рассматриваться наравне с запросами Военно-морского флота, более того, даже стали приобретать приоритеное значение. В течение 30 лет те из нас, кто служил на Тихом океане, предупреждали, что угроза со стороны Китая стремительно растет и с этим нужно что-то делать.
Речь шла не только о количестве кораблей, но и о передовых технологиях, а также о когнитивной войне. То, что касалось Тихого океана, Пентагоном часто просто игнорировалось. В его иерархии это были вопросы не первостепенной важности, в отличие от исключительно "сухопутного" нарратива о "взаимодействии". Сегодня мы видим, чего нам это стоило: в настоящее время мы не можем эффективно защитить ключевой морской стратегический путь, каковым является Ормузский пролив, даже от неравноценного нам противника.
Вместо активной морской стратегии мы пребываем в оборонительной политической позиции, основанной на принципе "ноль потерь". Страх потерять один корабль или несколько сотен моряков мешает нам взять ситуацию под контроль. Это отсутствие политической воли в сочетании с сокращением ресурсов заставляет нас действовать реактивно вместо того, чтобы доминировать. Мы потеряли преимущество, которое на протяжении десятилетий обеспечивалось присутствием ВМС США.
Ближний Восток ослабляет наши возможности по сдерживанию Китая
— Что касается Ближнего Востока, как нынешняя расстановка сил влияет на нашу способность сдерживать Китай?
— Каждый день нахождения корабля USS Gerald R. Ford или других авианосцев в северной части Аравийского моря сокращает их срок службы. Плановые циклы технического обслуживания и обучения откладываются, что приводит к критическому отставанию от планов и отрицательно сказывается на обслуживании всего флота. Авианосец Ford был в открытом море более 300 дней и это стало для него экстремальным тестом на прочность и отрицательно повлияло на его боевую готовность в будущем.
Китай внимательно следит за тем, что у нас происходит. Они знают наши циклы обслуживания кораблей не хуже нас. Они видят, что наши авианосцы заняты реагированием на беспилотники хуситов или угрозы со стороны Ирана. Это укрепляет их убежденность в то, что сейчас для них открывается "окно возможностей", чтобы "разобраться" с Тайванем. Наши возможности по сдерживанию в Тихом океане значительно ослаблены этими региональными длительными миссиями.
Если мы не можем справиться с региональным кризисом, не истощив наш глобальный авианосный флот, мы теряем способность проецировать силу там, где это наиболее важно. Эффект домино от этих миссий будет ощущаться в течение многих лет, поскольку наши корабли должны уходить на длительные капитальные ремонты, а выполнять их ограниченными силами наших оставшихся в строю верфей крайне трудно. Наши оппоненты используют эти отрицательные для нас факторы, получая от них максимальную стратегическую выгоду.
"Золотой флот" и кризис американских верфей
— Как вы оцениваете программу по восстановлению Военно-Морского Флота, получившую название "Золотой флот", и действительно ли американская оборонная промышленность способна справиться с такой амбициозной задачей?
— Запуск программы "Золотой флот" в конце 2025 года — первый случай со времен Рейгана, когда президент уделил приоритетное внимание флоту как главному инструменту силы. Передача функции надзора за судостроением Административно-бюджетному управлению (OMB) под руководством Русса Воута (Russ Vought) представляет собой ключевой сдвиг в бюрократической системе. Это означает, что строительство кораблей теперь является поручением президента, а не просто пожеланием Военно-морского флота.
Предлагаемое увеличение бюджета на 1,5 триллиона долларов за десять лет должно способствовать восстановлению инфраструктуры, потерянной в 1990-х годах. Однако у нас сейчас всего семь верфей, способных строить большие военные корабли, в то время как в Китае их десятки. Этот промышленный дисбаланс является нашим самым слабым местом. Мы не можем просто так начать "клепать" новые корабли — для этого нужны сухие доки и квалифицированная рабочая сила.
Вот почему мы наблюдаем стремление к "союзническому судостроению" с такими партнерами, как Япония и Южная Корея. Участие компании Hanwha в работе военно-морской верфи Филадельфии является важным началом этого процесса. Мы должны использовать промышленный потенциал наших союзников, чтобы наверстать упущенное, пока мы восстанавливаем наши собственные внутренние верфи. Это гонка со временем, которая требует огромных и надежных инвестиций.
Размер по-прежнему имеет значение
— Что касается китайской угрозы, некоторые все еще говорят, что в эпоху беспилотников большие корабли — это уходящая натура. На каких типах кораблей должны сосредоточиться Соединенные Штаты и как вы оцениваете технологический прогресс Китая, в частности его авианосцев, таких как Liaoning и Fujian?
— Идея о том, что в эпоху беспилотников большие корабли безнадежно устарели, проистекает из плохого понимания географии. Тихий океан — это не Черное море; расстояния здесь измеряются в тысячах миль. Невозможно обеспечить устойчивое военное преимущество на таких расстояниях только с помощью небольших беспилотников. Нам нужны флагманские корабли-эсминцы с большим запасом боеприпасов и авианосцы, которые обладали бы достаточной устойчивостью для действий в зонах боевых действий.
Давайте посмотрим на то, как развивает свой флот Китай. Они начали с авианосца Liaoning, который купили у Украины в недостроенном виде якобы для превращения его в "плавающее казино". Они его как следует изучили, перестроили и стали использовать для освоения азов эксплуатации авианосца. Но на этом китайцы не остановились. Они построили Shandong, а в настоящее время располагают авианосцем Fujian, оснащенным системами электромагнитного запуска (EMALS).
Эта технология ранее использовалась исключительно на наших кораблях класса Ford. Они также строят корабль типа 076 — это десантный корабль, перевозящий беспилотники, также оснащенный катапультами EMALS. Китайцы оснащают беспилотными системами большие корабли, а не заменяют корабли дронами. Более того, китайцы превосходят нас в области ракетных технологий – их сверхзвуковые и гиперзвуковые противокорабельные ракеты более продвинуты, чем наши дозвуковые ракеты Harpoon. К тому же у китайцев их больше.
— С вашей точки зрения, решится ли Китай на проведение вооруженной операции против Тайваня в течение следующих двух-трех лет и как это отразится на его расходах на оборону?
— Си Цзиньпин очень ясно дал понять, что он взял курс на "великое возрождение китайской нации" к 2049 году. Китайский лидер рассматривает "воссоединение" с Тайванем как абсолютно необходимое для достижения этой цели условие. Если китайцы отложат эту задачу до 40-х годов XXI века, они рискуют потерпеть неудачу, которая омрачит празднование столетия КНР. Действуя в рамках этой, как я ее называю "Декады беспокойства" (2020-2030 гг.), Коммунистическая партия Китая исходит из того, что любое решение по использованию вооруженных сил примерно в 2030 году даст Китайской Народной армии достаточно времени для выполнения миссии, а остальной мир до столетнего юбилея успеет забыть об этом инциденте, как Запад успешно забыл события на площади Тяньаньмэнь, с интересом и удовольствием наблюдая за церемонией открытия Олимпийских игр в Пекине в 2008 году.
Расходы китайцев соответствуют срочности задачи. В то время как в Соединенных Штатах вокруг военного бюджета постоянно велись политические и экономические баталии, Китай постоянно увеличивал ассигнования на свои вооруженные силы — на 7-8% в год в течение трех десятилетий. Они отдают приоритет Военно-Морскому Флоту Китайской Народной Армии в качестве основного инструмента глобального влияния. Китайцы производят от четырех до пяти военных кораблей на каждый корабль, произведенный нами, создавая себе огромное количественное преимущество.
Одним из методов, которые они используют, является "стратегия анаконды". Это медленное удушение, направленное на постепенное, изо дня в день, лишение Тайваня суверенитета. В 2020 году они пересекли "центральную линию" и использовали китайскую береговую охрану, чтобы заявить, будто это внутренние воды Китая. Китай использует когнитивную войну, чтобы внушить тайваньцам, что Соединенных Штаты находятся настолько далеко, что на их помощь не стоит рассчитывать.
— Каковы были бы геополитические последствия, если бы США и Запад "потеряли" Тайвань?
— Это была бы стратегическая катастрофа высшего порядка. Тайвань является "непотопляемым авианосцем" первой островной цепи. Если Китай возьмет его под свой контроль, китайские атомные подводные лодки типа SSN тут же получат неконтролируемый доступ к глубоким водам центральной части Тихого океана. Это существенно ударит по безопасности Японии, Филиппин и даже Гавайев.
Что же касается экономики, то более 50% мировых контейнерных перевозок проходит через Тайваньский пролив. Если Пекину удастся превратить его в "платную трассу" или закрывать его по своему желанию, вся мировая экономика фактически окажется у него в заложниках. Это вызвало бы "эффект домино" — региональные союзники поняли бы, что американского зонтика безопасности больше не существует. Весь послевоенный порядок в Тихом океане рухнул бы в одночасье.
Потеря Тайваня также ударила бы по рынку полупроводников, а, следовательно, по всей западной технологической и оборонной промышленности. Это не просто какой-то маленький остров; речь идет о воротах в Тихий океан и о будущем мировой морской торговли. Без Тайваня Соединенные Штаты будут вытеснены к второй островной цепи и дальше, тем самым они просто лишатся статуса тихоокеанской державы.
Скоординированная ось: угроза США и Польше
— Есть ли вероятность того, что конфликты в России, Китае и Иране могут быть синхронизированы для того, чтобы подавить реакцию Соединенных Штатов?
— Я в этом убежден. Мы уже имеем дело не с тремя отдельными проблемами, это уже единая скоординированная ось. Си Цзиньпин в этом альянсе играет роль прячущегося в тени кулис кукловода. Китай предоставляет Москве технологии двойного назначения и финансовую поддержку, которые позволяют российской военной машине функционировать на Украине. Китай является молчаливым партнером России в деле разрушения европейской архитектуры безопасности.
В то же время Китай является основным покупателем иранской нефти. За счет доходов от этой продажи напрямую финансируются атаки хуситов и "Хезболлы", которые связывают наш флот на Ближнем Востоке. Эта ось намеренно создает для Соединенных Штатов многоуровневую проблему, зная, что наш нынешний флот из 300 кораблей не может присутствовать везде одновременно. Это стратегия истощения и перегрузки.
Они хотят, чтобы мы были настолько истощены и имели настолько ограниченные запасы боеприпасов в Европе и на Ближнем Востоке, чтобы у нас ничего не оставалось для действий в Тихом океане. Синхронизируя эти кризисы, они заставляют Вашингтон делать невозможный выбор: от каких союзников ему отказаться. Это сложная, многоуровневая операция глобального масштаба, направленная на то, чтобы сломать американскую гегемонию с помощью тысяч малых и больших порезов.
— Наблюдая за политикой США, видите ли вы появление "благоприятного для флота" климата? И достаточно ли этого улучшения для того, чтобы сохранить инициативу "Золотого флота"?
— Да, климат улучшается, но меня беспокоит долгосрочность этой тенденции. Да, президент Трамп продвигает эту инициативу, но военно-морской флот за один президентский срок не строится. Это требует десятилетий последовательного финансирования и промышленного планирования. В настоящее время нам не хватает современного аналога сенатора Карла Винсона (Carl Vinson) – законодателя, обладающего глубоким авторитетом в обоих партиях, который отстаивал бюджеты военно-морского флота в течение двадцати лет.
Мы должны перестать рассматривать траты на военно-морской флот как факультативные расходы и начать видеть в нем основной страховой полис для выживания нашей страны. Если мы сейчас не начнем восстанавливать нашу морскую мощь, понимая, что на это понадобятся десятилетия, это столетие мы подарим Китаю. Политическая воля должна воплотиться в конкретные долгосрочные контракты, которые дадут верфям необходимую для развития уверенность в завтрашнем и послезавтрашнем дне.
Когда заливаешь фундамент, ты понимаешь, что для того, чтобы построить на нем здание, потребуется много времени. С восстановлением наших верфей и флота то же самое. Эта работа требует участия всей нации. Она не умещается в рамки избирательных циклов. Без этого "Золотой флот" останется мечтой и не станет реальностью, а наше военно-морское господство будет и дальше ослабевать, пока не станет слишком поздно.
Капитан (в отставке) Джеймс Фанелл во время действительной службы был старшим офицером военной разведки США на китайском направлении в Управлении военно-морской разведки, а также начальником разведки Тихоокеанского и Седьмого флотов США, а также ударной группы авианосца Kitty Hawk. После окончания действительной службы выступает в качестве эксперта, является автором различных публикаций о Китае и военно-морских силах.
12
А разве США когда-то кого-то защиали??? Нет, они всегда отстаивали только свои геополитические интересы. Ну, и чтобы пограбить - как без этого. )
12
Сколько можно пугать мир консервными банками ? Реально и настоящую угрозу несет подводный флот .Все остальное это просто крупнотоннажная медленно передвигающаяся цель - как бы она не была хорошо вооружена у цели ограниченный боезапас - направить пару тысяч БПЛА и сто ракет на АУГ - авианосную ударную группировку и можно ее уничтожить или потрепать до состояния полной не боеготовности -первые -БПЛА- разряжают арсеналы кораблей -вторые противокорабельные ракеты разбираются с практически безоружной АУГ . Можно подсчитать затраты на калькуляторе -Шахид -стоимость 50000 долларов умножаем на 2000-сто миллионов и полтора миллиарда долларов на 100 ракет системы Бастион -миллиард шестьсот миллионов долларов - за эту сумму уничтожается АУГ ценой в миллиардов 40 , а восстановление или построение новой АУГ - это лет пять и те же 40 ярдов если не больше -итак путем определенного математического сложения и умножения , для того чтобы уничтожить американский надводный флот всего то и надо 50 миллиардов долларов и на десятки лет освободить океаны от мародеров планеты . И это при условии конвенционального удара , не конвенциональный удар будет стоить дешевле , а если еще и разнести верфи то возможно что навсегда мы забудем про Америку -возить войска самолетами дорого наносить ответные ядерные удары не будут причина полное тогда уничтожение человечества . Ну а с подводным флотом тут сложнее - там совершенно другие технологии , но и с этим можно справиться при определенном желании . Вся военно-морская мощь Америки уничтожается оружием стоимость в 200-300 миллиардов долларов - может даже дешевле . Никакой мировой войны не будет ...
Обсудить
