Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В Великобритании придумали новый способ борьбы с преступностью среди мигрантов, пишет Telegraph. В попытке образумить людей, ответственных за нападения на несовершеннолетних, изнасилования и грабежи власти решились на неординарный и довольно сомнительный шаг.
Джейк Уоллис Саймонс (Jake Wallis Simons)
Власти вынуждены просить преступников, педофилов и насильников соблюдать приличия
Было бы смешно, если бы не было так мерзко: сменявшие друг друга правительства впустили в Британию столько выходцев из отсталых культур, что теперь приходится печатать листовки с милыми картинками, напоминая им: в нашей стране издевательства над детьми, изнасилования и женское обрезание к традициям не имеют никакого отношения.
Так мы защищаем граждан. Как говорится, после драки кулаками не машут. Изредка попадаются плакаты с предупреждением о карманниках, но вряд ли кто-то видел просветительские кампании с разъяснениями ворам, что красть нехорошо. И тем не менее мы дошли до того, что умоляем растлителей и насильников проявлять сдержанность.
Понимают ли они вообще язык (английский), на котором написаны эти листовки? Более явного признания собственного фиаско от британского государства не представить. После многих десятилетий политики открытых дверей для выходцев из наиболее отсталых регионов мира мы оказались в ситуации, когда банды пакистанского происхождения создали самую чудовищную педофильскую сеть в истории страны, причем нередко с молчаливого согласия — согласия! — властей.
Чуть ли не каждую неделю приходит новость о чудовищном преступлении, совершенном мигрантами: убийство, изнасилование, нападение. Проблема обостряется, и правительство не знает, что делать с более чем тремя тысячами нелегалов, прибывающих на лодках каждый месяц (если не считать планов по переселению их в районы для среднего класса — опять-таки за счет налогоплательщиков).
Многое из происходящего не поддается осмыслению. На этой неделе, в рамках дела, которое не получило и тени должного внимания, суд Харроу признал 33-летнего эритрейца Бруке Десаланя виновным в одном из самых отвратительных изнасилований, о каких я только слышал.
В прошлом году, около полуночи, Десалань бродил по лондонским улицам и заметил пожилого мужчину, сидевшего в состоянии алкогольного опьянения на скамейке у церкви Святого Иоанна в Харроу. Вместо того чтобы помочь старику добраться домой или просто пройти мимо, он оттащил его за строительный забор и изнасиловал.
Кто на такое способен? Легко представить, как на это реагируют в Уайтхолле. "Господин министр, предлагаем выпустить листовку для мигрантов, в которой укажем, что изнасилование пьяных пожилых мужчин у церквей не соответствует нашим культурным нормам. Можно попросить Министерство труда и пенсий разделить расходы".
И все? Весь план? Листовки? Боже, дай мне сил! С 2018 года в страну прибыло столько нелегальных мигрантов, что их хватило бы на целый город размером с Йорк. Мы обеспечили их гостиницами, мобильными телефонами, едой, пособиями и медицинской помощью, и закрыли глаза на то, как они уходят в теневую экономику, находя работу за наличные на мойках, в маникюрных салонах или курьерами.
Это — что совершенно очевидно — дало бесконечному числу людей мощный стимул испытать удачу, и на этом контрабандисты выстроили прибыльный бизнес. Однако при сохраняющемся спросе на Ближнем Востоке и в Африке нашим правителям не пришло в голову сократить предложение.
Нормальное правительство давно изолировало бы нелегалов во временных лагерях на необитаемых шотландских островах, без телефонов, пособий и доступа к теневой экономике, пока поток не иссякнет. Вместо этого мы печатаем листовки с трогательными картинками. И что, спрашивается, думать об этом британским женщинам, девочкам и, как выяснилось, пожилым мужчинам?
И это только нелегальная иммиграция (перестанем называть их беженцами — они прибывают из стран, которые ничуть не опаснее Франции, где большинство из нас отдыхает). За последние десятилетия миллионы людей вполне легально прибыли из таких стран, как Пакистан, Бангладеш, Афганистан, Сомали, Ирак, Иран, Судан, Эритрея и Йемен. И что, по расчетам правительств, могло случиться?
Были вполне очевидные сигналы. В Сомали, например, официальная статистика говорит, что распространенность женского обрезания достигает 98%.
Это весьма красноречиво играет роль барометра культурной отсталости: можно смело предположить, что мигранты из этой страны могут иметь не самые здоровые представления об осознанном согласии, секс-эксплуатации детей и общественных нормах (и действительно, наш знакомый Десалань был родом из страны с 83-процентным уровнем женского обрезания).
Сегодня мы видим, что среди 175-тысячной сомалийской диаспоры в Британии экономическая неактивность более чем вдвое выше среднего по стране, а число людей, живущих в перенаселенных квартирах, превышает средний показатель почти в 8 раз.
72% сомалийцев проживают в социальном жилье (против 17% в целом по населению), а число неполных семей вдвое выше среднего. Среди сомалийцев старше 30 лет 41% не имеют квалификации. Неудивительно, что высок уровень преступности, нападений с ножом и участия в уличных бандах — особенно в центральных районах городов.
Вот особенно отвратительный случай: 18-летнего члена ливийско-сомалийской банды RusholmeCripsАбдула Хафиду в час пик в Манчестере выследили и зарезали члены вражеской банды AO. Пять лет спустя кровавая вражда унесла жизнь еще одного подростка. Почему такое происходит в Британии?
Вы понимаете, о чем речь. Теперь вопрос, который бьет в самое сердце этой проблемы: зачем мы сделали это с собой? Конечно, среди сомалийцев, афганцев и других есть много достойных людей. Некоторые храбро сражаются за нашу страну. Но цифры показывают, что проблемы перевешивают.
По данным Управления по бюджетной ответственности, низкоквалифицированные мигранты, прибывающие в возрасте 20 лет, становятся экономическим бременем на всю жизнь, причем дефицит резко растет после наступления пенсионного возраста.
Как стало известно на этой неделе, пособия в нашей стране получает рекордное число иностранцев — 1,3 миллиона человек, что на 20 тысяч больше, чем в прошлом году. В Лондоне 63% бангладешских и 61% пакистанских женщин не работают — это самые высокие показатели за всю историю наблюдений.
Британия извлекает мало выгоды — будь то экономической, культурной, социальной или духовной — из массовой иммиграции из бедных, разоренных и авторитарных стран; зато мы взвалили на себя колоссальные издержки. Те из нас, у кого есть работа, несут растущее налоговое бремя, чтобы оплатить этот счет, а угроза для наших граждан стала столь серьезна, что правительство взывает о пощаде с помощью листовок.
Помимо самих мигрантов, единственные бенефициары всего этого — те, кто демонстрирует добродетель и обрушил на нас эту катастрофу. Похоже, они и сейчас наслаждаются либеральным величием, пока страна охвачена огнем.
