Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Крах политики мультикультурализма на Западе проявился в самом сердце Англии, пишет BV. Район Уайтчепел полностью утратил британский облик: вместо традиционных пабов — халяльные лавки и шариатские нормы. Британцы сами отдали свои города мигрантам, окончательно потеряв национальную идентичность.
Тома Бертэн (Thomas Bertin)
В двух шагах от Сити Уайтчепел открывает совсем иной Лондон. Этот квартал стал наглядным воплощением "великого замещения".
Забудьте о фешенебельных, истинно британских кварталах Кенсингтона и Вестминстера — добро пожаловать в Уайтчепел, средоточие мусульманской религиозной жизни Лондона. В двух шагах от Сити, делового сердца города, вам представляется случай отправиться в путешествие на Восток, не покидая пределов британской столицы. Здесь придется распрощаться со знаменитыми черными такси и традиционными пабами. Вместо них — вывески, где английский соседствует с бенгальским, халяльные заведения, вытеснившие множество прежних лавок, и мечеть Восточного Лондона, возвышающаяся над кварталом своим минаретом. Это погружение в тот Лондон, где британское наследие смешивается — почти до полного растворения — с наследием общин, пришедших из Южной Азии.
Уайтчепел назван в честь маленькой часовни, посвященной Деве Марии. Название почти ироническое, звучащее как насмешка в этом сплошь мусульманском окружении. Расположенный в лондонском Ист-Энде, Уайтчепел разительно контрастирует со стеклянными небоскребами и штаб-квартирами крупнейших международных банков, стоящими в двух шагах отсюда. Здесь ощущение чужбины возникает мгновенно.
От Чарльза Диккенса до Джека Лондона: квартал бедноты
Уайтчепел выделялся среди прочих кварталов задолго до иммиграции. На протяжении столетий Ист-Энд был одним из рабочих и промышленных районов британской столицы. Кожевенные мастерские, пивоварни, литейные цеха, бойни — здесь сосредоточились самые тяжелые и самые зловонные производства. В XIX веке это одно из лиц лондонской нищеты. Это Лондон Чарльза Диккенса — Лондон трущоб, беспризорных детей и работных домов из "Оливера Твиста". Но это и Лондон социалиста Джека Лондона, который в 1902 году решил на несколько недель поселиться в квартале, чтобы вблизи наблюдать условия жизни рабочих и написать книгу — "Люди бездны", вышедшую в 1903 году. Он описывает в ней мир крайней нищеты, скученности, случайных заработков и антисанитарии. Впрочем, уже тогда Уайтчепел был печально знаменит и по другой причине.
Уайтчепел — это ведь еще и Джек-потрошитель. Именно преступления Потрошителя принесли кварталу всемирную известность в 1888 году: жертвы были убиты прямо на здешних улицах. И сегодня экскурсии, которые водит по кварталу несметное число экскурсоводов, задают ритм жизни Уайтчепела.
Квартал стал и своего рода политической лабораторией: Фабианское общество, британское реформистское социалистическое движение, взяло за правило проводить здесь некоторые свои мероприятия. Квартал притягивал тогда революционеров и социалистических активистов — в том числе прославленного Владимира Ильича Ленина, который тоже жил в Ист-Энде в годы эмиграции и участвовал в политической жизни лондонской революционной общины. Сплошь знаменитости! Но все это было прежде. Столетие спустя декорации переменились коренным образом — а вот ощущение места особого свойства осталось.
Добро пожаловать в Лондонистан?
На платформах и возле станции метро "Уайтчепел" одна деталь сразу бросается в глаза. Название станции написано на английском, но чуть ниже — на бенгальском. А на каждой распашной двери изображена мечеть: символ более чем красноречивый. Таблички на бенгальском появились в 2022 году — в знак признания вклада бангладешской общины в историю Восточного Лондона. Этот сюжет знаком и во Франции: страну, дескать, построили для нас иммигранты. Исследование Школы востоковедения и африканистики (SOAS, Лондонский университет) подчеркивает, кстати, символическое значение такой навигации, утверждая, что Уайтчепел — территория, связанная с бангладешским наследием. Достаточно выйти на улицу, чтобы в этом убедиться.
На всем протяжении главной артерии квартала, Уайтчепел-роуд, рестораны один за другим предлагают халяльную кухню. Некоторые лавки торгуют южноазиатскими товарами. На витринах соседствуют арабский и бенгальский, а на рекламных щитах английский отыскать почти невозможно. Индийские, бангладешские, а заодно и турецкие рестораны соседствуют с халяльными мясными лавками и магазинами исламской моды. И здесь твидовые костюмы уступили место абайям и хиджабам. В ювелирных лавках предлагают украшения для покрывал — к свадьбам и мусульманским праздникам. Из окон свисают палестинские флаги: дело, в сущности, обычное. Ну и, разумеется, уличная одежда. На тротуаре, между лавками и лотками с восточной снедью, — настоящий парад нездешних нарядов. Женщины, чьи лица скрыты никабами, а то и паранджой, мужчины в камисах и джеллабах. Многообразие, но маловариантное! Лондон с открыток кажется отсюда бесконечно далеким. Лишь редкие красные двухэтажные автобусы напоминают, что мы все-таки у британских соседей.
"Великое замещение" в действии
Но увиденное — не обман зрения: и цифры это подтверждают. По данным британской переписи 2021 года, в квартале Уайтчепел 8099 из 18 841 жителя назвали себя мусульманами — немногим более 40% населения. По этнической принадлежности бангладешцами или британскими бенгальцами назвали себя 7103 человека. В масштабе округа Тауэр-Хамлетс (куда входит Уайтчепел) доля тоже весьма значительна. По оценкам, в 2021 году мусульманами объявили себя 39,9% жителей против 22,3% христиан. Таким образом, Тауэр-Хамлетс — округ с самой высокой долей мусульман среди всех муниципальных образований Англии и Уэльса. Что до тех, кто назвал себя бангладешцами, они составляют 34,6 % населения Тауэр-Хамлетса. Отрицать демографическое и культурное преображение этого уголка Лондона, стало быть, затруднительно.
Когда Эрик Земмур открывает для себя Уайтчепел
В 2024 году, приехав на встречу с британскими консерваторами, председатель партии "Реконкиста" побывал в Уайтчепеле, чтобы увидеть все своими глазами. "Былые колонизаторы сами оказываются колонизированы своими бывшими колониями", — написал он тогда в своем аккаунте в сети X. Великое замещение, которое видно повсюду и от которого возникает ощущение, будто ты в Багдаде, Кабуле или Карачи. И правда, "белые" и непокрытые женщины здесь редкость — если не считать нескольких туристов, прогуливающихся по Брик-лейн. Культурная самобытность этого места за последние десятилетия переменилась до неузнаваемости: прежнюю культуру вытеснила новая, пришлая. Происходило это постепенно, по мере иммиграции и обновления состава жителей.
Еще одна приметная черта — мечеть. Стоящая прямо на Уайтчепел-роуд, мечеть Восточного Лондона не остается незамеченной. Она один из главных мусульманских храмов Лондона и собирает немалое число верующих. Ее присутствие, разумеется, — один из самых заметных признаков нынешнего облика Уайтчепела. Контраст с клерками в костюмах и при галстуках, что снуют в нескольких метрах отсюда, кажется почти нарочитым.
