Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Германия усиливает зависимость страны от ископаемого топлива и ищет новые источники газа, пишет NZZ. Берлин рассматривает увеличение доли биометана в отоплении, однако его объемов не хватает. В качестве альтернативы обсуждается возобновление фрекинга, запрещенного с 2017 года.
Андреас Фрай (Andreas Frey)
Газ как источник энергии становится дефицитным ресурсом, а в Германии, как и в Швейцарии, в энергосеть планируется включать все большие объемы биометана. Но откуда он возьмется?
Война с Ираном продолжается, и с ее последствиями миру, вероятно, придется жить еще долго. Цены на нефть и газ остаются нестабильными, а риск дефицита поставок энергоресурсов, особенно с приближением зимы, сохраняется. Однако федеральное правительство Германии не сокращает зависимость от ископаемого топлива, а, напротив, усиливает ее.
После второго за четыре года кризиса на рынке ископаемого топлива министерство экономики под руководством Катерины Райхе из ХДС продолжает делать ставку на газовое и жидкотопливное отопление. Соответствующий закон вступил в силу в конце июля. Таким образом, немцы по-прежнему могут сами выбирать, чем отапливать свои дома.
В Швейцарии, напротив, новые газовые и жидкотопливные системы отопления в большинстве случаев разрешаются лишь в порядке исключения. С 2030 года в большинстве кантонов нельзя будет устанавливать системы, работающие исключительно на ископаемом топливе.
В Германии теперь действует лишь одно ограничение. Чтобы окончательно не отказываться от климатических целей, нефть и газ должны становиться экологичнее. Тот, кто устанавливает новую газовую или жидкотопливную систему отопления, обязан использовать большую долю более экологичного топлива.
С 2029 года в газ для новых отопительных систем придется добавлять все больше биометана. Его доля вырастет с 10% в 2030 году до 60% в 2040-м. Но остается немало вопросов. Откуда брать этот газ? Хватит ли биометана? Или Германии выгоднее заняться фрекингом на собственной территории, чтобы снизить зависимость от импорта газа?
Общие показатели свидетельствуют о том, что Германия по-прежнему в основном отапливается за счет ископаемого топлива и еще долго будет зависеть от природного газа. Биометан пока играет незначительную роль. Сейчас немецкие биогазовые установки производят для газового рынка всего 13 тераватт-часов, сообщает Немецкая ассоциация биогаза.
Для сравнения: только на газовое отопление Германия расходует 350 тераватт-часов в год, а общее потребление газа достигает 860 тераватт-часов. Большая его часть импортируется. Природный газ поступает главным образом по трубопроводам из Норвегии, Нидерландов и Бельгии. Кроме того, растут поставки сжиженного природного газа из США, Канады и стран Персидского залива.
Биометан дороже природного газа
При этом уже сегодня Германия производит 81 тераватт-час биогаза. Основная его часть — 68 тераватт-часов — используется на когенерационных установках для производства электроэнергии, а иногда и тепла. Таким образом, биогаз обеспечивает 5–6% потребности Германии в электроэнергии.
Только 300 из 9,6 тысячи биогазовых установок способны очищать биогаз до качества природного газа и подавать его в газовую сеть бытового назначения. Однако в Немецкой ассоциации биогаза уверены, что производство биометана можно увеличить. По словам пресс-секретаря ассоциации Андреа Хорбельт, для этого можно переоборудовать около 2 тысяч установок.
Однако поэтапный план министра Райхе вызывает критику. Сразу несколько экспертных организаций и объединений, в том числе Ассоциация городов и общин, предупреждают о путанице и высоких расходах.
Причина в том, что биометан дороже природного газа, а значит, отопление будет все более дорогим. Критики также указывают на то, что федеральное правительство не объясняет, откуда в будущем возьмутся необходимые объемы биометана. Увеличение его доли в газовой сети они считают подарком для газовой отрасли, который позволит ей сохранить оказавшуюся под угрозой бизнес-модель.
Многие экономисты считают нереалистичным и план в будущем пустить по газовым сетям водород из-за его высокой стоимости. Биометан и водород слишком ценны, чтобы просто сжигать их для отопления зданий. Эти ресурсы нужны в других сферах, например в авиации, химической и сталелитейной промышленности. Там технологические процессы нельзя просто перевести на электричество.
"В долгосрочной перспективе биометану не место на рынке отопления", — уверяет исследователь биоэнергетических систем из Центра экологических исследований имени Гельмгольца в Лейпциге Даниэла Трэн.
Но критика этим не ограничивается. В качестве сырья для биогазовых установок по-прежнему преимущественно используется кукуруза, а установки по выделению газа заполнены этими растительными энергетическими культурами на две трети своего объема. Поэтому есть серьезные опасения, что расширение производства биогаза вновь приведет к засилью кукурузных полей.
Еще в 2000-е годы многие фермеры перешли на кукурузу, поскольку выращивание энергетических культур особенно активно субсидировалось. Они все чаще производили сырье для биогазовых установок и все реже — продовольствие. Вскоре разгорелась дискуссия о том, что важнее: еда или топливо.
В 2012 году федеральное правительство наконец ограничило долю кукурузы в сырье для биогазовых установок, после чего ее выращивание сократилось. Не грозят ли Германии теперь новые "кукурузные пустыни"?
Меньше энергетических культур, больше отходов
Опасения по поводу кукурузы никуда не исчезли. Монокультура способствует эрозии почвы и сокращению содержания гумуса, ведет к потере биоразнообразия и загрязнению водоемов.
Сейчас предпринимаются серьезные усилия по сокращению использования таких энергетических культур, как кукуруза. В биореакторах растет доля травяной массы и промежуточных культур. Все чаще используются навоз, жидкие органические удобрения, другие сельскохозяйственные остатки и органические бытовые отходы.
В Бранденбурге швейцарская компания "Varem Energie" разрабатывает установку, которая будет работать исключительно на промышленных и коммунальных биогенных отходах. По словам управляющего директора Штефана Шивека, она способна преобразовывать в энергию и другую полезную продукцию почти вдвое больше содержащегося в сырье углерода, чем обычные установки.
Тенденцию к сокращению использования энергетических культур подтверждает и Даниэла Трэн. Однако, по ее мнению, полностью заменить сельскохозяйственное сырье биогенными отходами не удастся.
Полностью отказаться от природного газа Германия не сможет и в будущем. Поэтому весной министр экономики и энергетики Катерина Райхе подняла еще одну спорную тему, предложив способ снизить зависимость от зарубежных поставок: фрекинг, то есть добычу природного газа из сланцевых пород на территории самой Германии.
Для этого, однако, потребуется изменить законодательство, поскольку с 2017 года фрекинг в Германии запрещен. Критики считают технологию недостаточно отработанной, а связанные с ней риски — плохо контролируемыми. В то же время отраслевые эксперты и профессиональные объединения с самого начала называли запрет ошибкой. По их мнению, опасения населения в основном необоснованны, а риски фрекинга можно контролировать.
Фрекинг применяют с 1960-х годов
Но сколько газа таким способом можно добыть? Федеральный институт геонаук и природных ресурсов Германии (BGR) десять лет назад оценивал потенциальные запасы сланцевого газа в 320–2030 миллиардов кубометров. Теоретически его можно добывать на глубине от 1 до 5 тысяч метров. Наибольший ресурсный потенциал сосредоточен в Нижней Саксонии.
Однако реально извлекаемые объемы, вероятно, будут значительно меньше. Исследование Германской академии технических наук Acatech и Национальной академии наук Германии "Леопольдина", опубликованное три года назад, показало, что из нетрадиционных месторождений можно добывать от 5 до 10 миллиардов кубометров газа. Это соответствует 6–12% потребления природного газа в Германии.
Авторы, однако, отмечают, что до начала добычи пройдут годы, даже если запрет на фрекинг будет снят. Для этого потребуется пробурить от 400 до 800 скважин в десятках мест. В целом авторы исследования считают экологические риски небольшими, хотя полностью исключить их нельзя.
Мало кто знает, что фрекинг применялся в Германии с 1960-х годов. С тех пор гидроразрыв пласта, как эту технологию называют геологи, проводили более 300 раз.
"Ни разу это не привело к ущербу или каким-либо нарушениям", — говорит гидрогеолог Фрайбургского университета Ингрид Штобер.
При гидроразрыве глубоко залегающие горные породы разрушают водой под высоким давлением, чтобы получить доступ к содержащимся в них нефти или природному газу.
При добыче газа из слабопроницаемых пород, таких как глинистый сланец, мергель или угольные пласты, без фрекинга не обойтись. Только эта технология позволяет разрабатывать нетрадиционные месторождения, создавая искусственные трещины и полости в плотной породе.
Кроме того, за последние годы существенно изменилась техника бурения. Вместо обычного вертикального бурения сегодня стандартом стали горизонтальные скважины.
Но безопасен ли сам фрекинг? С 2019 года специальная экспертная комиссия изучает накопленные знания об этой технологии, ежегодно готовит доклады и консультирует бундестаг. Пять лет назад комиссия представила обширный доклад, в котором оценивалась обоснованность запрета на фрекинг.
В центре внимания находились три риска: загрязнение грунтовых и питьевых вод, утечки метана и вероятность вызванных человеком землетрясений.
"Исследования показывают, что экологические риски при фрекинге на нетрадиционных месторождениях можно свести к минимуму при соответствующей организации работ и контроле", — говорится в докладе.
В целом гидрогеолог Ингрид Штобер также считает, что сегодня риски этой технологии можно контролировать.
Таким образом, возможной добыче газа методом фрекинга в Германии препятствуют не технические ограничения. Главный вопрос заключается в том, удастся ли убедить немцев согласиться на такую добычу и будет ли она экономически оправданной.
В отношении рентабельности этой технологии по меньшей мере есть основания для сомнений. В этом смысле дискуссия вокруг природного газа мало отличается от споров о биометане. В любом случае собственных ресурсов Германии будет недостаточно, чтобы покрыть потребность страны в газе.
