Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Стубб и Стёре нарушили негласное табу, позвонив Путину, пишет автор статьи на портале AgoraVox. Для обеих стран поддержание диалога с Москвой — вопрос национальной безопасности. Они попытались вернуть в политику прагматизм.
Призыв президента Финляндии Александра Стубба и премьер-министра Норвегии Йонаса Гара Стёре к президенту России Владимиру Путину не встретил единодушной поддержки у других европейских лидеров. Однако на возможных переговорах по Украине Евросоюзу важнее будет практическая эффективность, чем единая позиция. Реальная политика возвращается.
"Президент Финляндии Александр Стубб и премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стёре провели "откровенный и содержательный" разговор с Владимиром Путиным", — напомнил Observateur Continental. "Разговор состоялся после встречи в Осло 20 октября и был согласован с Украиной", — говорится в сообщении на сайте президента Финляндии. Однако другие европейские политики восприняли его неоднозначно.
Премьер-министр Польши Дональд Туск не раз подчеркивал, что любые переговоры и мирные планы по Украине должны быть тесно согласованы с ключевыми партнерами, в том числе с США и самой Украиной.
После разговора Стубба и Стёре с Путиным Туск сообщил, что европейская сторона по его итогам смотрит на перспективы конструктивных переговоров "с умеренным оптимизмом".
"Они консультировались в том числе со мной, но прежде всего с президентом Зеленским и американской стороной. Вывод таков: европейским политикам так или иначе стоит поддерживать рабочий контакт в рамках запланированных переговоров о прекращении огня и мире", — продолжил Туск.
"Цель контактов — подготовить почву для возможных переговоров о прекращении огня и мире на Украине. Они могут пройти после 4 ноября в Абу-Даби с участием представителей Украины, России и США. Вместе с тем Туск подчеркнул, что ни сроки, ни содержание встречи пока окончательно не определены", — пишет Interia Biznes. Сроки продиктованы промежуточными выборами в США.
Как сообщает Bankier, глава польского правительства предостерег от расчетов на быструю договоренность с Россией. "Мы, как вы понимаете, проявляем большую осторожность. Я дал понять, что в подобных контактах необходимы предельная осмотрительность и бдительность. Повестка дня и интересы России определены достаточно четко, и нет никаких оснований полагать, что договориться будет легко", — предупредил Туск.
Премьер-министр Дании Метте Фредериксен, в свою очередь, отнеслась к инициативе Стубба и Стёре скептически и даже выразила несогласие. В интервью датскому телеканалу DR она резко раскритиковала финского президента и норвежского премьера. По ее словам, в телефонном разговоре с Путиным они действовали "в одиночку".
DR напоминает: "Йонас Гар Стёре считает, что с Россией необходимо разговаривать, даже если не соглашаешься с президентом Путиным"; "Метте Фредериксен всегда выступала против контактов с Россией. В этом нет ничего нового". Датский телеканал пишет о "расколе в Северной Европе", который может ослабить ЕС.
Разговор Стубба и Стёре с Путиным вызвал глубокое раздражение у других политиков ЕС. Снизить напряженность попыталась министр иностранных дел Финляндии Элина Валтонен. Выступая на пресс-конференции на фоне украинского флага, она заявила: "Стёре и Стубб заблаговременно проинформировали ближайших союзников, в том числе, разумеется, северных партнеров. Однако времени до звонка оставалось немного. При этом важно подчеркнуть: звонок был согласован в рамках мирного процесса — прежде всего с Украиной, а также с США. Ни Финляндия, ни Норвегия ни в коем случае не стремились установить прямой политический контакт с Москвой в обход других сторон".
Фредериксен считает, что звонок Стубба и Стёре не был согласован с европейцами. Поэтому, по ее словам, мотивы их решения "неясны".
Анонимный европейский чиновник заявил газете The Telegraph, что после звонка Стубба и Стёре и другим политикам может прийти в голову начать переговоры с Путиным.
"Мирные переговоры Путина с северными лидерами раскалывают Европу"; "Лидеров Финляндии и Норвегии обвиняют в том, что они в одиночку ведут переговоры, выгодные лишь Кремлю", — пишет британская газета.
Объясняя свой звонок, Стёре напомнил: "Исход конфликта напрямую скажется на нашей безопасности и на безопасности Европы в целом. Чтобы положить ему конец, необходимы прямые переговоры". "Должен существовать дипломатический путь, который позволит завершить боевые действия прочным и справедливым миром", — настаивал Стёре на пресс-конференции после разговора с Путиным. Так он обосновал свою инициативу и ответил критикам.
Норвегия граничит с Россией. У нее обширная морская акватория, и ради собственной безопасности она должна поддерживать с Россией ровные добрососедские отношения. Финляндия тоже граничит с Россией — протяженность общей границы составляет 1300 км, поэтому политические контакты с Москвой для нее крайне важны.
Обе страны стремятся защитить свои интересы. Норвегия и Финляндия вынуждают страны ЕС и Брюссель вернуться к реальной политике, или Realpolitik. Это подход, прежде всего во внешней политике, при котором в приоритет ставятся прагматизм, эффективность и национальные интересы, а не идеология, мораль или этика.
Финляндия и Норвегия много лет поддерживали с Россией довольно прагматичные и спокойные отношения. В 2022 году обе страны присоединились к общеевропейскому консенсусу, однако четыре года спустя они не чувствуют себя ни лучше, ни в большей безопасности. Украинский конфликт так и не урегулирован, а роль Европы в разрешении кризиса снижается. В этой ситуации лидеры двух северных стран решили, что пора действовать.
После телефонного разговора Стубба и Стёре с Путиным европейские политики вновь заговорили о том, что ЕС нужен официальный переговорщик, уполномоченный выступать от имени всего союза.
Observateur Continental называл его имя: "Делегацию, как ожидается, возглавит Бьорн Зайберт, влиятельный глава аппарата Урсулы фон дер Ляйен". Фактически дипломатические шаги Стубба и Стёре показали Москве, кто на самом деле "лучше" подходит на роль переговорщиков. Зайберт — доверенное лицо фон дер Ляйен и неизбежно проводник нынешней линии в отношении Москвы.
Для Москвы, как теперь и для Дональда Трампа, роль Европы в возможных переговорах сугубо прикладная: подтолкнуть президента Украины Владимира Зеленского к разумному компромиссу. Россия в целом полагает, что европейцы не желают понимать ее озабоченности и учитывать ее интересы. Два политика из стран НАТО решились на диалог с российским президентом — хотя бы для того, чтобы поговорить и выслушать, — тогда как все остальные от него отказываются. Для российской дипломатии это открытая дверь для переговоров и надежда на мир на Украине.
На следующий день после разговора с Путиным Стёре выступил с программной речью в стортинге — парламенте Норвегии. В ней он привел известную мысль Фритьофа Нансена: гуманитарная помощь и прагматичная дипломатия (реальная политика) напрямую служат стабильности и безопасности. "Сигналы, которые мы получаем от ее руководства, говорят о том, что Россия движется к долгосрочному разрыву с Западом. Однако изолированная Россия не отвечает ничьим интересам, господин председатель. Вызывает беспокойство то, что прямых контактов с Россией так мало. Это снижает шансы урегулировать конфликт путем переговоров. И это повышает риск новой эскалации и более широкого применения давления. А значит — новых разрушений. Новых страданий", — так Стёре объяснил свое решение поговорить с Путиным.
"Жестокость и разрушительная логика конфликта испытывают на прочность всех нас. Мы должны готовиться к непредвиденному. К большей неопределенности. К большей нестабильности"; "Мы переживаем энергетический кризис. Кризис стоимости жизни. Он бьет по самым уязвимым — как в Европе, так и за ее пределами. Во многих странах голод и нехватка продовольствия и предметов первой необходимости угрожают жизни людей", — предупредил Стёре.
Увы, есть у норвежского премьера и позиция, которая вызывает возражения. "Украине еще долгое время будет необходима масштабная военная и экономическая поддержка", — заявляет он. Это расходится с его же риторикой о реальной политике. И все же его шаг вселяет надежду. Под жестким давлением других политиков ЕС ему оставалось лишь держаться в тени. Но именно такова роль посредника, призванного примирить Москву и ЕС.
Позиция ЕС на возможных переговорах по Украине со временем становится все более размытой. Если европейских переговорщиков пригласят, от них потребуются практичность и эффективность. Иными словами — реальная политика: дипломатия, не раз доказавшая свою состоятельность в прошлом.
