Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В Германии полным ходом идет деиндустриализация, пишет Welt. Металлургическая промышленность обвальными темпами теряет рабочие места, люди вышли на забастовки. Издание пообщалось с промышленником Арндт Кирхгофом, который объяснил, почему отрасль находится в безвыходном положении.
Тобиас Кайзер (Tobias Kaiser)
В преддверии третьего раунда переговоров президент объединения работодателей металлургической и электротехнической промышленности Северного Рейна — Вестфалии Metall NRW Арндт Кирхгоф предупредил о дальнейшем росте расходов на оплату труда. По его словам, отрасль теряет около 10 тысяч рабочих мест в месяц, а забастовки трудящихся лишь усугубят ситуацию.
В металлургической и электротехнической промышленности начались первые предупредительные забастовки трудящихся в рамках нынешних коллективных переговоров. Они затронули в том числе предприятия Арндта Кирхгофа. Он предупреждает, что дальнейшие забастовки могут привести к новым потерям рабочих мест.
По словам Кирхгофа, возглавляющего отраслевое объединение работодателей Metall NRW в земле Северный Рейн — Вестфалия, отрасль вступила в переговоры в крайне тяжелом состоянии. В понедельник стороны вновь встретятся за столом переговоров. Третий раунд в Северном Рейне — Вестфалии во многом определит, приведет ли трудовой конфликт к дальнейшему обострению.
WELT: Господин Кирхгоф, вы возглавляете делегацию работодателей на переговорах. Какая сейчас царит атмосфера?
Арндт Кирхгоф: Переговоры проходят в деловой обстановке, однако промышленные компании разочарованы. Мы переживаем самый тяжелый экономический период со времен войны. Во многом это связано с недостаточной конкурентоспособностью Германии по уровню издержек, особенно затрат на оплату труда.
Мы, работодатели, не понимаем, почему профсоюз IG Metall проявляет такую неуступчивость. Ведь мы все в одной лодке. В последнее время многие предприятия снова получают заказы, однако не могут выполнить их на производственных площадках в Германии, поскольку издержки здесь слишком высоки.
– Раньше коллективные переговоры трудящихся проходили спокойнее?
– Ситуация еще никогда не была настолько напряженной. Мы теряем рабочие места в промышленности буквально обвальными темпами. Сейчас в Германии исчезает около 10 тысяч рабочих мест в месяц, то есть 120 тысяч в год. Поэтому я говорю: нашим предприятиям необходимо снижение нагрузки, а не ее увеличение.
– Что поставлено на карту для металлургической отрасли?
– Мы должны остановить деиндустриализацию страны и сокращение рабочих мест, ведь речь идет о хорошо оплачиваемой занятости населения. Работники металлургической и электротехнической промышленности получают в среднем 72 тысячи евро в год. Это порой почти вдвое больше, чем в некоторых других отраслях экономики.
Исчезновение таких рабочих мест, кроме того, серьезно ударит по налоговым поступлениям и фондам социального страхования.
Наши компании также рассчитывают на соглашение, учитывающее сложную экономическую ситуацию. Поэтому нынешний раунд переговоров имеет решающее значение и для сохранения доверия к отраслевым коллективным соглашениям, а значит, и к самой системе коллективно-договорного регулирования.
Обе стороны уже много лет теряют членов. Из-за этого социальные партнеры рискуют утратить влияние. Если мы будем вести переговоры для все меньшего числа участников, это ослабит автономию сторон коллективных переговоров. Тогда государство будет вмешиваться все активнее, как это уже произошло с минимальной заработной платой.
– Что говорят вам руководители компаний в нынешней ситуации?
– Немало предприятий считают, что возможностей для повышения зарплат сейчас вообще нет. Компании, которые могут позволить себе увеличение расходов, составляют абсолютное меньшинство.
Профсоюз любит ссылаться на оборонную промышленность, судостроение и авиастроение, где дела идут хорошо. Однако в компаниях этих отраслей, которые сейчас переживают подъем, работают лишь около 86 тысяч человек, то есть примерно 2% всех занятых в металлургической и электротехнической промышленности.
В ключевых секторах — автомобилестроении, машиностроении, производстве металлов и литейной промышленности — заняты почти 70%, или около 2,5 миллиона человек. И именно предприятия этих отраслей сталкиваются с серьезными проблемами.
– Профсоюз IG Metall требует повысить зарплаты на 5%, но вы ведь тоже знаете о положении компаний. Это лишь громкие заявления в начале переговоров?
– Если одна сторона требует 5%, а мы предлагаем 1% плюс единовременную выплату, понятно, что ни одна из этих цифр не станет итоговым результатом.
Однако эти предложения нужно рассматривать с учетом того, что у нас существуют разные представления о сроке действия соглашения. Профсоюз IG Metall хочет заключить его всего на 12 месяцев, чтобы затем снова начать переговоры. Мы хотим заключить соглашение на 26 месяцев, которое даст нашим компаниям более чем два года предсказуемости. Но как ни крути, нам необходимо снизить высокие удельные затраты на оплату труда.
– Представители работников указывают на резкий рост стоимости жизни.
– Инфляция не может быть для нас главным ориентиром. Мы должны исходить из производительности труда. Только так можно сохранить конкурентоспособность.
– Не преувеличиваете ли вы проблему конкурентоспособности? Профсоюз утверждает, что доля расходов на оплату труда составляет всего 17%.
– Для некоторых крупных компаний это, возможно, действительно так. Но в среднем бизнесе затраты на оплату труда составляют от 30 до 50%. В таком случае повышение зарплат на 5% становится огромной нагрузкой.
Нам необходимо снова стать конкурентоспособными, поэтому наряду с другими вопросами мы обсуждаем и продолжительность рабочего времени. В других странах работают заметно дольше и при этом производительнее.
Поэтому сейчас нам нужна передышка в вопросе расходов на оплату труда, чтобы отставание от конкурентов не увеличивалось еще сильнее.
– Пока позиции сторон на переговорах сильно расходятся. Как мог бы выглядеть компромисс?
– Компромисс, среди прочего, должен предусматривать автоматический дифференцированный подход для значительной части отрасли. Если предприятие находится в тяжелом экономическом положении, у него должна быть возможность не выплачивать предусмотренное соглашением повышение зарплат или отложить его. Подобное правило уже существует, однако мы хотим расширить сферу его применения, поскольку нам нужны механизмы, которые действительно снизят нагрузку.
– Глава IG Metall Кристиане Беннер считается прагматичной. Какое впечатление она производит на вас?
– В личном разговоре она производит впечатление делового и рассудительного человека. Но во время публичных выступлений она нередко прибегает к полемике, и я не уверен, что сейчас это уместно.
Обстановка в стране и без того накалена. Поэтому профсоюзу не следует еще сильнее обострять ситуацию в ходе этих коллективных переговоров. Как стороны социального партнерства мы несем ответственность, которая выходит далеко за рамки нынешнего раунда.
– Ожидаете ли вы масштабного трудового конфликта?
– Профсоюз IG Metall всегда способен организовать забастовку. На этой неделе уже прошла волна предупредительных забастовок, и мы заметили более активную мобилизацию трудящихся.
Следующим этапом обострения могут стать суточные забастовки, которые ударят по нашим предприятиям еще сильнее. Я могу лишь предостеречь от этого, и тем более от бессрочной забастовки после голосования членов профсоюза. Она совершенно точно приведет к дальнейшему сокращению рабочих мест.
– Что означала бы общенациональная забастовка для компаний?
– Профсоюз нанес бы серьезный ущерб нашим производственным площадкам в Германии, ведь предприятия за рубежом продолжат работать. Если клиент не получает поставку, он ищет другого поставщика.
А компании, у которых есть предприятия за границей, просто начнут поставлять продукцию оттуда. Для рабочих мест в Германии это ничего хорошего не сулит. Поэтому на профсоюзе IG Metall лежит большая ответственность.
С учетом тяжелой экономической ситуации нынешние переговоры нельзя сравнивать со многими предыдущими. Это не обычная ситуация.
– По каким критериям вы бы оценивали успешность трудового соглашения?
– Нам необходимо соглашение, которое ни в коем случае не приведет к дальнейшему ухудшению нашей конкурентоспособности. Более длительный срок его действия обеспечил бы предсказуемость.
Раньше нам уже неоднократно удавалось договариваться об этом с профсоюзом. Мы постоянно требуем от политиков обеспечить компаниям предсказуемые условия. Но тот же принцип должен действовать и в отношениях между социальными партнерами.
– В понедельник начинается третий раунд переговоров. Чего вы ожидаете?
– Хорошо, что мы не теряем времени. В прошлом переговоры нередко без необходимости затягивались. На этот раз мы представили свое предложение на раннем этапе. Я не рассчитываю, что уже в понедельник мы придем к окончательному соглашению. Но, возможно, нам удастся завершить переговоры уже на следующей встрече вскоре после этого. Для этого профсоюз теперь должен пойти нам навстречу.
