Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Переговоры в Абу-Даби начались, однако до полного урегулирования конфликта еще слишком далеко - позиции сторон существенно не изменились, пишет Al-Modon. По заявлению Москвы, предложения, привезенные Уиткоффом из Осло, содержат мало положений, способных содействовать завершению конфликта.
Сегодня в Абу-Даби возобновляются трехсторонние переговоры между Россией, Украиной и США, прерванные девять месяцев назад. Однако пока ничто не свидетельствует о существенном изменении позиций Москвы и Киева, способном создать реальные предпосылки для урегулирования конфликта. Возвращение к переговорному процессу стало возможным благодаря дипломатическим усилиям американского представителя Стива Уиткоффа, которому удалось убедить Владимира Путина вновь сесть за стол переговоров. Вместе с тем получить от Москвы какие-либо сигналы о готовности пересмотреть условия, ставшие причиной провала предыдущих попыток договориться, ему не удалось.
20 октября Стив Уиткофф встретился с Владимиром Зеленским, а также с рядом европейских лидеров и официальных лиц. В ходе консультаций обсуждались возможные параметры урегулирования конфликта, гарантии безопасности для Украины, а также послевоенное экономическое устройство и архитектура безопасности. На следующий день американский представитель отправился в Санкт-Петербург, чтобы представить Путину итоги этих дискуссий и соответствующие предложения. По итогам трехчасовой встречи с Путиным, его помощником по внешнеполитическим вопросам Юрием Ушаковым и главой Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ)Кириллом Дмитриевым (который играет ключевую роль в контактах с администрацией Трампа) Уиткофф получил предварительное согласие российского лидера на возобновление трехсторонних переговоров – с предложением провести их в этом месяце в Абу-Даби (об этом сообщило издание Al-Modon 24-го октября).
Впрочем, заявление Юрия Ушакова по итогам встречи сразу обозначило пределы достигнутой договоренности. По его словам, Путин выразил готовность вернуться к переговорам, однако сам Ушаков подчеркнул, что предложения, привезенные Уиткоффом из Осло, содержат мало положений, способных содействовать урегулированию украинского конфликта.
Заявление Ушакова, как и оценки российских экспертов, стремившихся преуменьшить значение предложений, привезенных Уиткоффом из Осло, обнажает парадоксальность нынешнего переговорного раунда в Абу-Даби. Несмотря на то что американскому представителю удалось вернуть Москву за стол переговоров, добиться согласия российской стороны с условиями урегулирования, обсуждавшимися в Осло, ему не удалось. В той встрече участвовали главы европейских государств, советники по национальной безопасности и представители НАТО. Главная проблема заключается не столько в отсутствии диалога между сторонами, сколько в сохраняющемся глубоком расхождении позиций Москвы и Киева по ключевым условиям урегулирования. Ситуацию дополнительно осложняют разногласия относительно роли Европы в формировании будущей системы безопасности. В этих обстоятельствах трудно рассчитывать, что само по себе возобновление переговоров позволит преодолеть противоречия, которые остались неразрешенными в ходе предыдущих раундов.
Примечательной деталью подготовки России к новому раунду [переговоров] – о чем 6 ноября сообщило издание URA.RU – стала встреча президента Владимира Путина с членами Совета безопасности и российской переговорной группой. Этот шаг заслуживает особого внимания: впервые накануне очередного раунда переговоров состоялись прямые консультации столь высокого уровня между президентом и членами российской делегации. Включение в ее состав заместителя министра иностранных дел Сергея Рябкова, курирующего отношения с США и вопросы контроля над вооружениями, наряду с представителями политического и военного руководства, может свидетельствовать о намерении Москвы расширить повестку переговоров. В таком случае обсуждение может выйти за рамки военных аспектов конфликта на Украине и охватить более широкий круг вопросов международной безопасности, а также состояние российско-американских отношений. Однако, несмотря на значимость этих сигналов, пока нет оснований полагать, что Кремль готов пересмотреть свои условия урегулирования конфликта.
Истоки российских требований следует искать в периоде, предшествовавшем полномасштабному конфликту. В декабре 2021 года Москва представила США и НАТО проекты соглашений о гарантиях безопасности, предусматривавшие пересмотр всей системы европейской безопасности. В частности, речь шла о прекращении дальнейшего расширения НАТО на восток и введении ограничений на военное сотрудничество альянса с бывшими советскими республиками. Ключевым требованием Москвы – как сообщало независимое издание Meduza* 17 декабря 2021 года – было ведение переговоров по вопросам безопасности исключительно с Соединенными Штатами без участия европейских государств или Украины.
С тех пор Москва не отказалась от основных требований, а лишь адаптировала их к условиям продолжающегося конфликта. Прекращение боевых действий она по-прежнему связывает с более широким политическим урегулированием, которое предполагает признание сложившихся на земле реалий, отказ Украины от вступления в НАТО и пересмотр существующей системы европейской безопасности. Таким образом, Россия рассматривает конфликт не только как спор о территориях Украины, но и как возможность добиться пересмотра всей архитектуры безопасности в Европе на собственных условиях. Киев, со своей стороны, категорически отвергает любые варианты урегулирования, предполагающие отказ от территорий, остающихся под его контролем, если только такие уступки не будут сопровождаться надежными гарантиями безопасности, исключающими возобновление боевых действий. Как отмечала газета "Українська правда" 23 января 2026 года, Зеленский неоднократно называл территориальные уступки "красной линией".
Тем временем Европа продолжает добиваться участия в трехстороннем переговорном процессе, поскольку его повестка напрямую затрагивает вопросы европейской безопасности. 8 ноября российское издание "Вести" со ссылкой на агентство Bloomberg сообщило, что европейские представители могут присоединиться к переговорам в Абу-Даби, если на первоначальном этапе удастся достичь ощутимых результатов. По информации источников агентства, представители европейских стран будут находиться в городе с самого начала встреч, однако на первых порах воздержатся от непосредственного участия в дискуссиях.
За неделю до начала очередного раунда переговоров в Абу-Даби Владимир Путин провел ряд кадровых перестановок среди высокопоставленных чиновников Администрации президента, а также в наблюдательном совете Российского фонда прямых инвестиций – структуры, находящейся в непосредственном подчинении главы государства. Комментируя эти изменения 3 ноября в интервью русскоязычной службе издания Al-Hurra, российские эксперты предположили, что эти кадровые перестановки свидетельствуют о победе "партии переговоров" над "партией войны" внутри Кремля.
Отвечая на вопрос о том, могут ли действия Путина – приведшие к "победе", о которой упоминает телеканал Al-Hurra, – способствовать позитивному прорыву в переговорах в Абу-Даби, эксперт Российского совета по международным делам Антон Мардасов заявил изданию Al-Modon, что представление о победе одной кремлевской "фракции" над другой является "совершенно неверным".
Он объясняет это двумя причинами. Во-первых, определенные позитивные сигналы связаны прежде всего с дипломатическими усилиями специального посланника президента США Стива Уиткоффа, которому удалось достичь предварительного согласия по перечню вопросов, легшему в основу нынешней переговорной повестки в Абу-Даби. Речь идет не о всеобъемлющем мирном соглашении, детально проработанном по всем пунктам, а о согласованном списке, охватывающем четыре ключевых направления. Во-вторых, не следует недооценивать состав российской переговорной группы. Хотя участие Владимира Мединского – вполне ожидаемо – вызвало опасения у экспертов, он остается специальным представителем президента, подчиняется непосредственно ему и курирует гуманитарный трек переговоров. Именно это имеет реальное значение, в отличие от домыслов о том, что он может использовать переговоры для чтения лекций по истории Украины.
Помимо главы российской делегации Владимира Мединского, эксперт обращает внимание и на других ее участников, оценивая значение их участия в переговорах. В частности, он отмечает, что член делегации Михаил Галузин – ныне заместитель министра иностранных дел – считается потенциальным преемником главы МИД Сергея Лаврова. По мнению эксперта, подобные шаги следует рассматривать как свидетельство того, что Кремль действительно готов обсуждать план прекращения боевых действий, а не просто имитирует мирный процесс.
Что касается того, стал ли Трамп – после своего поражения на выборах – более решительным в стремлении добиться прогресса в урегулировании российско-украинского конфликта, то, как полагает Мардасов, теперь американский президент в большей степени стремится оставить след в истории, добившись реального урегулирования, а не передавать решение этой проблемы своему политическому преемнику.
*включен Минюстом РФ в перечень иностранных и международных неправительственных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории Российской Федерации
