Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
От Ялты до Шэньчжэня: рождение нового мирового порядка и место Западной Азии и Сирии за столом великих держав

Al Mayadeen: на саммите в Шэньджэне рождается новый мировой порядок

© РИА Новости Анна Раткогло / Перейти в фотобанкШэньчжэнь в преддверии саммита АТЭС
Шэньчжэнь в преддверии саммита АТЭС - ИноСМИ, 1920, 18.11.2026
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Саммит в Шэньчжэне — это попытка остановить конфликты путем признания новой многополярной реальности, пишет Al Mayadeen. Эта встреча сталкивается с пятью структурными проблемами, которые могут помешать соглашению. Но все же у нее есть реальные шансы на успех, пусть даже в форме рамочного соглашения.
Хотя саммит в Шэньчжэне, возможно, и не приведет к заключению окончательного мирного соглашения, его значение выходит далеко за рамки конкретных переговоров. Он отражает происходящие изменения в мировой политике и свидетельствует о постепенном отходе от прежней системы одностороннего доминирования. В этих условиях поддержание международной стабильности – от Украины до Дамаска и Ормузского пролива – все больше зависит от способности ведущих мировых держав договориться о новых принципах взаимодействия и правилах международных отношений.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
Мир внимательно следит за предстоящей трехсторонней встречей лидеров России, США и Китая, которая должна состояться 19 ноября 2026 года в китайском городе Шэньчжэнь в рамках саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Несмотря на предварительные договоренности между Москвой и Вашингтоном, Пекин пока воздерживается от официальных заявлений. На этом фоне возникает немало вопросов о том, чем завершится саммит. Сможет ли этот саммит стать историческим событием, сопоставимым с Ялтинской конференцией 1945 года, и привести к пересмотру сфер влияния, предотвращению масштабного международного конфликта и выработке новых правил взаимодействия между ведущими державами? Удастся ли закрепить результаты этой встречи на отдельной международной конференции, подобной Потсдамской конференции 1945 года? Насколько прочными окажутся договоренности с президентом США, особенно с учетом того, что после 3 января его администрация может столкнуться с усилением контроля со стороны Конгресса после поражения его партии на промежуточных выборах? И, наконец, какие последствия возможные договоренности будут иметь для Западной Азии и прежде всего для Сирии?

От Ялтинской конференции до "Вестфальского мира (1648)": исторические прецеденты переустройства мира

Чтобы понять значение происходящего в Шэньчжэне, недостаточно проводить параллели только с Ялтинской и Потсдамской конференциями 1945 года, на которых державы-победительницы определяли послевоенное устройство мира. Не менее важным историческим примером является Вестфальский мир 1648 года, положивший конец длительным религиозным и региональным войнам на основе взаимного признания суверенитета государств и сложившегося баланса сил. В этом смысле саммит в Шэньчжэне сочетает в себе черты обеих исторических моделей. Речь идет не о разделе территорий после завершения войны, как это было в Потсдаме, а о попытке остановить продолжающиеся конфликты путем признания новой многополярной реальности и согласования интересов ведущих мировых держав.

Пять войн и политическое потрясение в США после выборов

Встреча в Шэньчжэне не возникла на пустом месте. Она стала результатом многолетней эскалации, начало которой было положено событиями "Арабской весны" 2011 года и последовавшими за ними затяжными конфликтами в Западной Азии. С 2022 года эти процессы привели к пяти взаимосвязанным военным конфликтам: на Украине, в Газе, на юге Ливана, в Йемене и, наконец, к прямому военному противостоянию с Ираном. В совокупности эти конфликты поставили международную систему перед серьезным кризисом. Западные страны во главе с Вашингтоном все больше сталкиваются с необходимостью признать, что эпоха однополярного мира подходит к концу, а внутренняя стабильность государств все сильнее зависит от ситуации на международной арене.
Промежуточные выборы в США в ноябре 2026 года стали еще одним свидетельством усиления этих настроений. Внешнеполитический курс администрации Трампа, война с Ираном и торговые тарифы все сильнее отражаются на повседневной жизни американцев. Рост цен на энергоносители и общее удорожание жизни вызвали недовольство среди значительной части сторонников республиканцев и независимых избирателей, которые выразили свое отношение к политике администрации на выборах. По их мнению, участие в зарубежных конфликтах противоречит принципам, провозглашенным лозунгами "Америка прежде всего" и "Сделаем Америку снова великой". В самой Республиканской партии усиливается критика решения Вашингтона участвовать в конфликте с Ираном и продолжать поддержку Израиля. В частности, в заявлениях, приписываемых вице-президенту Джей Ди Вэнсу, выражается мнение, что участие США в конфликте с Ираном и поддержка израильской политики ведут к ослаблению американских позиций и снижению авторитета страны на международной арене. Сторонники этой позиции также критикуют Израиль, полагая, что он использует американскую поддержку для продвижения своих интересов на Ближнем Востоке, которые не всегда совпадают с интересами США.
Шэньчжэнь в преддверии саммита АТЭС - ИноСМИ, 1920, 18.11.2026
Саммит Си, Трампа и Путина вызвал опасения, что великие державы поделят мир за закрытыми дверямиВстреча в Шэньчжэне вызывает тревогу на Западе, сообщает Bloomberg. Там опасаются, что Москва, Вашингтон и Пекин могут начать определять мировую повестку без участия европейцев и Киева. Тем не менее, символическое значение встречи может оказаться даже важнее ее практических итогов.

Пять проблем, стоящих перед "новой Ялтой"

Несмотря на наличие серьезных предпосылок для проведения саммита и предварительные неофициальные контакты, направленные на снижение напряженности, встреча в Шэньчжэне сталкивается с пятью структурными проблемами, которые могут помешать достижению всеобъемлющего соглашения:
1. Характер американского лидерства: непредсказуемость президента США Дональда Трампа и его особый подход к заключению сделок затрудняют для Москвы и Пекина доверие к долгосрочным договоренностям, если они не подкреплены устойчивой поддержкой со стороны американских государственных институтов.
2. Влияние Израиля на американские политические решения: сохраняющееся влияние произраильских лоббистских групп и связанных с Тель-Авивом представителей военно-политических кругов в Вашингтоне может стать препятствием для достижения регионального соглашения, если оно не будет учитывать стремление Израиля сохранить свое военное превосходство. Это влияние может осложнить принятие Вашингтоном решений, которые не совпадают с интересами израильского правительства.
3. Ограниченность времени: Трамп и Путин должны учитывать фактор времени: 3 января 2027 года новый Конгресс (с демократическим большинством в Палате представителей) вступит в должность, что может усилить давление на Белый дом и ограничить его законодательные и финансовые возможности.
4. Противоречивые стратегические приоритеты в Вашингтоне: если администрация Трампа считает Китай главным стратегическим соперником США и стремится ослабить Россию или разрушить евразийское сотрудничество, то демократическая партия по-прежнему рассматривает Россию как одну из главных целей американской политики сдерживания.
5. Иранская дилемма и нефтедолларовая система: в Вашингтоне с обеспокоенностью относятся к усилению влияния Ирана в Западной Азии, рассматривая его как угрозу безопасности Израиля и нефтедолларовой системе, основанной на использовании доллара в торговле нефтью и обеспечении безопасности стран Персидского залива.
Президент Владимир Путин принимает участие в саммите АТЭС в Китае
Си Цзиньпин и Путин договорились укреплять стабильные отношения и добиваться "более справедливого многополярного мирового порядка"Накануне встречи с Трампом Путин и Си подтвердили общую приверженность многополярному миру, пишет SCMP. Китайский лидер сравнил отношения с Россией с горой, которой не страшны никакие бури. Пекин подчеркнул особый статус российского гостя значимым жестом.

Почему саммит может увенчаться успехом, несмотря на все препятствия?

Несмотря на все эти трудности, существуют три важных фактора, которые дают саммиту в Шэньчжэне реальные шансы на успех, пусть даже в форме "рамочного соглашения" или "стратегического перемирия":
Угроза глобального экономического кризиса: все три столицы осознают, что продолжение конфликтов, нарушение цепочек поставок и перебои в работе морских торговых путей могут привести мировую экономику к глубокой стагнации и рецессии, последствия которой затронут все страны.
Евразийское единство: Москва, Пекин и Тегеран осознают, что попытка оказать давление на одну из сторон неизбежно затронет интересы остальных. Поэтому они заинтересованы в согласовании своих позиций и укреплении взаимодействия на переговорах в Шэньчжэне.
Необходимость найти приемлемый выход для Вашингтона: администрация США стремится завершить свое участие в затяжном противостоянии в Западной Азии, охватывающем Персидский залив, Йемен, Ирак и Ливан, сохранив при этом свои позиции и возможность сосредоточиться на внутренних проблемах и стратегических интересах в Азии.

Последствия саммита для Западной Азии и Сирии

Если саммит в Шэньчжэне приведет к заключению нового крупного международного соглашения, которое можно будет сравнить с Ялтинскими договоренностями, Западная Азия станет одним из первых регионов, где будут заметны его результаты. Это может означать переход от военного противостояния к переговорам, направленным на согласование интересов ведущих держав и установление нового баланса сил. Особое место в этом процессе занимает Сирия, поскольку здесь пересекаются интересы России, Ирана, США, Турции и Израиля. Достижение договоренностей между этими странами могло бы открыть путь к политическому и экономическому урегулированию в Сирии. Оно может включать ослабление санкций, привлечение Китая и стран Персидского залива к восстановлению страны, установление контроля над границами и согласование условий военного присутствия иностранных сил. Главная задача при этом – найти такой баланс, который позволил бы учитывать интересы всех сторон и не допустить нового обострения конфликта.

Результат?

Хотя саммит в Шэньчжэне, возможно, и не приведет к заключению окончательного мирного соглашения, его значение выходит далеко за рамки конкретных переговоров. Он отражает происходящие изменения в мировой политике и свидетельствует о постепенном отходе от прежней системы одностороннего доминирования. В этих условиях поддержание международной стабильности – от Украины до Дамаска и Ормузского пролива – все больше зависит от способности ведущих мировых держав договориться о новых принципах взаимодействия и правилах международных отношений. Это, безусловно, произойдет за счет "Великого Израиля". Согласится ли Тель-Авив с итогами саммита? Пока этот вопрос остается открытым, но предыдущие события не дают оснований рассчитывать на его согласие.