Российские дипломаты прибегают к просьбам и угрозам, лишь бы патриарх Константинопольский не позволил украинским православным создать собственную Церковь. Ставки высоки: сейчас священники провозглашают единственно правильные московские истины веры в 12 348 приходах.


Православие ожидают грандиозные перемены: планируется, что в четверг патриарх Варфоломей предоставит Украинской церкви автокефалию, то есть сделает ее независимой от Москвы. В России с тревогой ждут такого развития событий, сравнивая ситуацию с Великим расколом 1054 года.


Ставка больше, чем Украина


Ставки очень высоки. В подчиняющейся РПЦ Украинской православной церкви Московского патриархата насчитывается 13 348 приходов: всего на 4 694 меньше, чем у московского патриарха во всей России. Москве на Украине принадлежит 168 монастырей, в России — 499. При этом украинские монастыри, в первую очередь три лавры (в РФ их всего две), богаче российских.


«Московская» церковь — гигант, на фоне которого блекнут локальные конкуренты. У Украинской православной церкви Киевского патриархата, которую не признают другие Православные церкви и называют «раскольнической» московские патриархи, 5 167 приходов и 62 монастыря. Украинские социологи утверждают, что 40% православных украинцев относят себя к УПЦ Киевского патриархата, а во многих публикациях появляются данные, что о такой религиозной принадлежности заявляют 40% граждан страны. У третьего объединения, самопровозглашенной Украинской автокефальной православной церкви, всего 1 225 приходов и 13 монастырей. Получается, что Московский патриархат располагает на украинской территории несопоставимо большим ресурсами, чем оба его конкурента.


Если, однако, украинские православные получат от патриарха Варфоломея независимость и объединятся вокруг киевского патриаршего трона, РПЦ лишится Украины, а вместе с ней статуса крупнейшей православной Церкви мира и огромного состояния. Но главное не это.


Церковь второго сорта


Россияне хотели бы видеть свою страну мировым центром православной цивилизации и стражем «истинной веры», ведь согласно формуле, которую создал еще в начале XVI века старец из псковского Спасо-Елезарова монастыря, «Москва — это третий Рим».


Первой столицей истинной веры до Великого раскола, который в 1054 году разделил христианство на западную и восточную ветви, был Рим. Потом эта функция перешла к Константинополю, а после того, как он пал под ударами Османской империи, — к Москве. И так останется навсегда, ведь, как сказал старец, «четвертому Риму не бывать».


Однако без Украины не будет и третьего: столица православия должна владеть, как это называют в Москве, огромной суверенной «канонической территорией», превосходить другие центры православия по численности паствы, количеству приходов, размеру состояния. Сейчас, как рассчитывают в Киеве, в дело вмешается «второй Рим» — патриарх Константинопольский Варфоломей I, формально выступающий основной фигурой в православии, но лишенный реальной власти, которую можно было бы сравнить с папской. Его титул выглядит так: Архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский патриарх.


Варфоломей, конкурент московского патриарха, претендующего на роль главной фигуры в православии, собирался урегулировать вопрос автокефалии в ходе созванного в 2016 году Всеправославного собора, проходившего на Крите. Москва не только бойкотировала первое за 878 лет собрание иерархов, но и склонила присоединиться к бойкоту представителей Антиохийской, Болгарской и Грузинской православных церквей. Потом она решила провести собственный Вселенский собор, разумеется, на своей территории.

Сотрудники правоохранительных органов у здания Национального музея истории Украины во время молебна верующих в защиту Владимиро-Ольгиевского храма Десятинного монастыря в Киеве. 3 февраля 2018

Дать украинскому православию независимость просили у Варфоломея президенты Леонид Кучма и Виктор Ющенко. Занимались они этим, однако, не слишком энергично. Еще меньше рвения демонстрировал лавировавший между Путиным и Брюсселем Виктор Янукович. Но потом случился Евромайдан, Россия напала на Донецк и аннексировала Крым, а Петр Порошенко смог со всей решительностью заявить, что религиозная жизнь в его стране не может подчиняться иностранному государству, которое ведет с ней войну и оккупирует часть ее территории.


В апреле украинский президент отправился в Константинополь, где у него состоялась с Варфоломеем многочасовая беседа за закрытыми дверями. После возвращения Порошенко заявил, что украинское православие получит автокефалию еще до 28 июля, то есть до дня памяти святого Владимира, когда будет отмечаться 1030-я годовщина крещения Руси.


После этого с просьбой предоставить украинской Церкви независимость обратилась к Варфоломею Верховная Рада, этот шаг поддержали иерархи УПЦ Киевского патриархата и УАПЦ. Константинопольский патриархат это прошение «представителей миллионов украинских православных» принял.


Глава УПЦ Московского патриархата митрополит Онуфрий полагает, что его Церковь окажется в такой ситуации «пострадавшей стороной». «Путь, который предлагают сторонники автокефалии принесет много ограничений, мы станем людьми второго сорта», — не столько предупреждает, сколько сетует иерарх.


Священники занимают осторожную позицию, зная, что решительное сопротивление и клятвы верности Москве могут повредить их позиции. В Киеве говорят, что многие епископы УПЦ Московского патриархата будут готовы перейти в новую Церковь: одни прислушаются к желаниям верующих, другие приведут с собой свою паству. Как рассказал мне человек, посвященный в ход церковных споров, о своей готовности перейти на сторону Киева украинскому руководству тайно сообщили примерно 30% подчиняющихся Онуфрию епископов.


Что случится потом


Москва делает все возможное, чтобы не позволить, как сформулировала это «Независимая газета», поставить крест на своей позиции лидера православия. В середине мая Священный синод РПЦ, который провел заседание в Петербурге, оценил, что вопрос о предоставлении автокефалии лежит вне церковного канонического поля, а его продвижением занимаются светские политики и раскольнические группировки.

Крестный ход Украинской православной церкви в Киеве

Московские иерархи считают отщепенцем в первую очередь главу УПЦ Киевского патриархата Филарета. Когда-то он занимал высокую позицию в РПЦ и был митрополитом Киевским, а в 1990 году претендовал на пост патриарха Московского. Тогда, после смерти Пимена, он стал местоблюстителем патриаршего престола. Это означало, что Филарет должен занять его практически автоматически, но участники собора выбрали Алексея Ридигера, который стал Алексием II. После своего поражения митрополит вернулся в Киев и стал ревностным защитником идеи украинской автокефалии, за что московские епископы отлучили его от Церкви.


Иларион, митрополит Волоколамский и председатель Отдела внешних церковных связей РПЦ, недавно встречался с главами Церквей на Балканах и Ближнем Востоке, которые остаются под влиянием Москвы. Иерарх призывал их выступить с протестом против планов Киева и Константинопольского патриархата.


Аргументы, к которым он обращался, он изложил в Тиране, где в начале мая беседовал с журналистом греческого информационного агентства «Ромфеа». «Раскол в мировом православии, который станет неизбежным следствием этого неверного шага, может сравниться только с разделением между Востоком и Западом в 1054 году. Если такое случится, православное единство будет похоронено, — говорил митрополит. — Лично я не хотел бы даже пытаться каким-либо образом представить себе „следующий день". Но я верю, что солидарная позиция поместных православных церквей, неоднократно выраженная в прошлом, будет и далее удерживать вселенское православие от раскола. Эта же солидарная позиция рано или поздно возвратит раскольников в лоно Церкви».


Активные попытки помешать Украине обрести независимость предпринимает также российская дипломатия. Патриарх Филарет открыто обвиняет Кремль в том, что тот оказывает давление на руководство стран, в которых существуют собственные независимые Церкви. В особенности Москва старается склонить на свою сторону президента Реджепа Эрдогана, который, по ее мнению, способен «надавить» на живущего в Турции патриарха Варфоломея.


Как полагает известный церковный публицист дьякон Андрей Кураев, все эти усилия не принесут никаких плодов, в частности, из-за ситуации в Сирии, ведь Путин больше сам нуждается в Эрдогане, чем Эрдоган в Путине.


Право Москвы


Российские светские и церковные дипломаты говорят, что предоставить Церкви независимость может только та структура, которой она подчиняется, то есть в данном случае РПЦ. Кроме того, такое решение, по мнению Москвы, должны подержать все 14 существующих в мире автокефальных Православных церквей.


Пока они занимают выжидательную позицию. Так в частности, Польская автокефальная православная церковь 9 мая заявила, что «церковно-каноническая жизнь Церкви должна базироваться на догматично-канонических принципах православия. Нарушение этих основ вносит хаос в жизнь».


Каждая сторона спора может счесть эти общие слова голосом в свою поддержку, ведь и Киев, и Москва утверждают, что они действуют в рамках догматов. В свою очередь, тезис россиян о том, что автокефалию может предоставить только материнская Церковь, возможно, окажется палкой о двух концах: на Украине и в Константинопольском патриархате напоминают, что до 1686 года украинское православие подчинялось Константинополю.

Глава УПЦ Киевского патриархата патриарх Филарет на праздновании 1026-й годовщины Крещения Руси в Киеве

332 года назад царские дипломаты подкупили султана, а тот заставил патриарха Дионисия издать томос, то есть указ, отдающий Киевскую митрополию в подчинение Москве. Однако россияне получили эту привилегию лишь на время.


Томос будет


Киевский публицист Виталий Портников ожидает, что Константинополь примет решение, которого ждут украинцы, но не даст автокефалии одной из действующих на украинской территории Церквей, а, скорее, вернет ситуацию к состоянию до 1686 года. «Томос будет. Этим документом патриарх создаст новую митрополию в Киеве, подчиняющуюся Константинополю, а она созовет Собор, где будет избран патриарх. Новая Церковь, в которую смогут вступить представители всех существующих на Украине православных общин, получит автокефалию», — полагает журналист. Это облегчит переход иерархов в новую структуру. «Православные придают большое значение законности существования их общины, ведь только она делает действительными совершаемые таинства. Каноническая легитимизация Украинской церкви привлечет к ней украинцев», — объясняет Портников.


Это не религиозная война


Спор на тему автокефалии нельзя назвать религиозной войной. Украинцы, которые обычно ходят в храмы УПЦ Киевского патриархата, чувствуют себя в Киево-Печерской лавре совершенно свободно, хотя она находится в подчинении Москвы. Обряды практически идентичны, разница лишь в том, что в ходе службы упоминаются имена других иерархов.


О полной гармонии, однако, говорить не приходится, но виноваты в этом священники-фанатики. В начале января страну потрясла трагическая история, произошедшая в Запорожье: самоубийца, выбросившийся с седьмого этажа, убил двухлетнего ребенка, сидевшего в коляске рядом с домом. Спустя три дня родственники и близкие собрались в ближайшем «московском» храме Иоанна Кронштадского попрощаться с ним, но узнали, что ни службы, ни похорон не будет. Мальчика крестили в церкви УПЦ Киевского патриархата, поэтому священник Евгений Молчанов заявил, что его нельзя считать православным и отпевать, а его душа не может быть спасена, ведь «киевские» — еретики, а их обряды кощунственны.


Этот случай заставил многих украинцев наконец задуматься о том, что им нужна общая Украинская церковь. Похожие (хотя менее трагические истории) происходят регулярно. Некоторые подчиняющиеся Москве священники отказываются молиться за украинских солдат, погибших в Донбассе, и благословляют сепаратистов, при этом «киевские» призывают свою паству нападать на «московские» церкви, стремясь их захватить.


Духовник Путина ждет удобного случая


Главные действующие лица споров на тему независимости Церкви — это не верующие и даже не рядовые священники, а политики.


Для Петра Порошенко рискованная битва за патриарший трон имеет ключевое значение: если он получит томос об автокефалии, его шансы на победу в будущих президентских выборах возрастут. Если он проиграет, то его и без того низкий рейтинг рухнет практически до нулевых значений.


Проблемы могут возникнуть и у главы РПЦ патриарха Кирилла, если он потеряет Украину. Пока он действует осторожно и старается не обострять ситуацию. Два года назад 18 марта он решил не появляться в Кремле, когда Владимир Путин в присутствии всех российских влиятельных лиц подписывал указ о присоединении Крыма. При этом все церкви на аннексированном полуострове до сих пор подчиняются не напрямую Москве, а УПЦ Московского патриархата.

Президент РФ Владимир Путин и патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Если эта тактика подведет, автокефалией воспользуется самый радикальный конкурент Кирилла — Тихон. Настоятель Сретенского монастыря считается человеком из ближайшего окружения Путина и его духовником. Влияние Тихона возрастает: в мае его возвели в сан митрополита Псковского и Порховского.


Сейчас в случае смерти или отставки главы РПЦ он сможет претендовать на патриарший престол. При нем российская Церковь наверняка пойдет тем путем, о котором с тревогой говорил митрополит Иларион: она решит обрести независимость от подчиняющегося Константинополю мирового православия и привлечь на свою сторону другие локальные Церкви. Произойдет новый раскол.


Комментарии читателей:


stan-bln: Кагэбэшник Путин с кагэбэшником Кириллом хотят подчинить себе православный мир. Ставка в этой игре — миллиарды и неограниченные возможности для отмывания грязных денег.


Diderotto: Путин войдет в историю как россиянин, который, пользуясь мощью российского государства, навсегда лишил украинцев добрых чувств к самом близкому для них народу. Он ускорил процесс формирования национального самосознания украинцев (теперь оно насквозь пропитано антироссийскими идеями). Устроив аншлюс Крыма, он подтолкнул Украину к ЕС и НАТО. Такого (с поправкой на исторические пропорции) не удавалось ни царям, ни Ленину, ни Сталину, ни Брежневу. Молодец!


Edward164: Чем быстрее украинская Церковь обретет независимость от Москвы, тем лучше будет для украинского государства, а чем сильнее оно будет, тем лучше для Польши. Чем меньше российского влияния в разных странах, тем лучше для всего мира. Украинцам стоит еще перейти на латиницу, как сделал недавно Казахстан, стремясь, в частности, ослабить связи с Россией.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.