Звук в наушниках говорит о находке.


Эйстейн Му (Øystein Moe) наклоняется, откладывает в сторону металлоискатель и берется за лопату. Опытной рукой пару раз вгоняет лопату в неглубокий слой почвы на проселочной дороге.


Археолог Катрине Стангебю Энгебретсен (Cathrine Stangebye Engebretsen) заметно оживляется, когда видит то, что ему удалось выкопать. Маленький плоский металлический предмет с буквами «SТAL» и двумя первыми цифрами номера заключенного.


Этого ей достаточно, чтобы знать. Это половина бирки, принадлежавшей русскому военнопленному, где STAL — половина слова STALAG (Stammlager), что означает лагерь для военнопленных.


О судьбе самого военнопленного мы знаем мало — только, что он был привезен сюда умирать.


Мы находимся на Меллом-Булэрен, недалеко от острова Нёттерэй в Осло-фьорде. Начиная с послевоенных лет и до закрытия в конце 1990-х годов, у солдат форта Булэрне была здесь своя тренировочная площадка.


До того у острова было весьма мрачное прошлое. Как правило, преступления нацистов связывают с лагерями уничтожения в Германии и Польше. Менее известно, что в идиллических шхерах Тёнсберга (Tønsberg) нацисты также организовали лагерь для военнопленных, который постепенно стал лагерем смерти.


С осени 1941 года более 100 тысяч советских военнопленных были отправлены на принудительные работы в оккупированную Норвегию. Почти 14 тысяч из них умерли. Подавляющее большинство — в Северной Норвегии, где они погибали от болезней и истощения.


Те, кому повезло, размещались в бараках. Другим приходилось довольствоваться свинарниками, или, в худшем случае, самим рыть себе нору в земле. Число погибших превышает общие потери норвежцев — как гражданские, так и военные — за все время войны.


Их хоронило море


Булэрне был лагерем — подразделением главного лагеря Stalag 303 в Йорстадмуене (Jørstadmoen) недалеко от Лиллехамера. Лагерь был создан в 1943 году для 290 пленных, которых отправляли на физически тяжелую работу, связанную со строительством оборонительных сооружений. Большинство пленных были советскими.


В декабре 1944 года почти всех пленных отправили отсюда в другое место, их заменили пленными, которые были слишком больны, чтобы работать. Большинство страдало от туберкулеза, их просто заперли в лагере и, можно сказать, предоставили самим себе: умирать.


Немецкие солдаты боялись заразиться, поэтому предпочитали не нести караул с внутренней стороны двойной колючей проволоки.


В лагере оставалось человек 20 здоровых пленных, чтобы осуществлять текущую работу на укреплениях. Трудно представить себе, какими были условия в лагере в последнюю военную зиму. За двойной колючей проволокой находилось грязное поле площадью 125×70 метров, на котором располагались десять простых фанерных бараков, мертвецкая, уборная и караулка.


После войны говорили, что здесь больные умирали сами: от болезней, холода и истощения.


Они лежали в рваной одежде, в тесноте, на узких кроватях, вдыхая вонь от испражнений и гнилостных ран, а туберкулез медленно пожирал их изнутри. Только весной 1945 года, когда земля отогрелась, у них появилась возможность хоронить своих умерших.


До этого заключенным обычно велели укладывать трупы в бумажные мешки, а потом их оттаскивали к краю берега. Там их складывали в ямки, которые при приливе наполнялись водой, а потом все доделывало море.


«Даже в смерти они были лишены человеческого достоинства. Это была расовая идеология Восточного фронта в худшем своем проявлении, когда и здесь, в Норвегии, советских военнопленных считали людьми второго сорта», — рассказывает Энгебретсен.


Будучи археологом и советником администрации губернии Вестфолл, она руководит проектом, цель которого — найти и сохранить оставшееся от старого лагеря. Лишь в последние годы обратили внимание на историческую ценность этого малоизвестного «чистого» лагеря смерти в Норвегии.


В последние годы группа добровольцев «Друзья Меллом Булэрне» убрала на территории лагеря всю растительность и восстановила гауптвахту и ворота, ведущие в лагерь. Они также предложили восстановить вышку.


Операция «Асфальт»


Из-за страха заразиться бараки сожгли осенью 1945 года. Но остатки фундамента бараков и двух вышек все еще сохранились.


Из сглаженных морем скал торчат железные прутья с острыми зубцами наверху, это верхушка изгороди из колючей проволоки. Надо быть осторожным — иначе можно пораниться до крови.


Это резко контрастирует с идиллией вокруг, где ветер и солнечные лучи играют с кронами деревьев. Наверняка туристы, приплывающие сюда на лодках, загорали на берегу, ничего не зная о том, что это стало последним пристанищем 28 военнопленных.


Кладбище находится в полукилометре от самого лагеря, на южной стороне острова. Оно было устроено здесь в самом конце войны, но заполнилось очень быстро. По словам представителей Службы, надзирающей за состоянием военных захоронений, останки умерших были выкопаны и перевезены на кладбище «Вестре гравлюнд» (Vestre gravlund) в Осло в 1953 году.


Перемещение останков было частью Операции «Асфальт», осуществленной правительством, министром обороны в котором был бывший участник Сопротивления Йенс Кр. Хауге (Jens Chr. Hauge).


Многие из военных захоронений находились поблизости от военных объектов. Во время холодной войны власти не хотели, чтобы русские могли разъезжать повсюду под предлогом посещения могил и вынюхивать все про норвежские военные объекты. Большинство останков были перевезены на «Русское кладбище» в Тьётта (Tjøtta), сегодня там захоронены 7 тысяч 551 военнопленный.


В 2012 году местоположение заросшего захоронения в Булэрне было локализовано и очищено от растений. С помощью георадара и металлоискателя была найдена бирка из алюминия, которую носили все заключенные. Фрагменты деревянных крестов, которыми изначально обозначались могилы, были также найдены в земле.


Хотя останки и были перевезены, Энгебретсен указывает на то, что есть аргументы в пользу того, что место все еще может иметь статус захоронения. Она по-прежнему ищет личные жетоны, которые могут содержать важную информацию для родственников и внуков погибших. Многие из них даже не знают, что их, например, дедушка погиб в Норвегии.


Военный преступник


Российские архивы должны содержать документы судебных дел, которые вела британская комиссия по раскрытию военных преступлений. Она, в частности, осудила эсэсовского коменданта лагеря, Вальтера Линдтнера (Walter Lindtner). Тем не менее, точно подсчитать количество погибших в лагере в Булэрне невозможно.


Но есть много свидетельств очевидцев от мая 1945 года, когда лагерь, в котором свирепствовали болезни, был открыт, а заключенных перевезли в губернскую больницу Вестфолла.


В информации комитета по расследованию немецких военных преступлений в Норвегии написано: «Страдающие туберкулезом военнопленные размещались в маленьких фанерных хижинах, условия в которых были ужасны для умирающих. Среди узников был врач, но у него не было никаких медикаментов. Врач-эсэсовец обычно посещал лагерь раз в неделю. Похоже, целью визита было наблюдать, как узники умирают, а не оказывать им медицинскую помощь».


Если верить спискам Бригады береговой артиллерии Эстландет (Østlandet), первые пленные умерли в марте. Потом количество смертей стало расти. В апреле заключенные умирали через день, в мае ежедневно умирало до трех военнопленных.


28 похороненных на местном кладбище пленных — это те, кто умер за два последних месяца войны. 9 мая 1945 года немцы перевели в Булэрне 120 военнопленных. На следующий день в лагерь вошли представители Красного Креста и Милорга (организация военного Сопротивления в Норвегии в годы Второй мировой войны — прим. ред.). 45 наиболее тяжелых больных из числа узников были в тот же день переведены в инфекционную больницу, но половина из них после госпитализации все равно умерла от туберкулеза.


Находки


В развалинах, в которые превратился после пожара один из бараков, где жили заключенные, в остатках кирпичей привлекает внимание что-то блестящее.


Катрине Энгебретсен осторожно счищает землю с кусочка олова, который когда-то, возможно, был крышкой коробки. Если свет падает на него сбоку, можно разглядеть изображение женщины, выцарапанное на металле.


Кажется, что пленный, который от тоски по дому выцарапал эту картинку почти 70 лет тому назад, пытается говорить с нами.


«Ужасно интересно работать с предметами, которые так близки к нам во времени», — с энтузиазмом признается археолог.


Лагерь смерти по-прежнему преподносит сюрпризы.


Русские военнопленные


Почти 102 тысячи советских граждан, согнанных на принудительные работы, и военнопленных были отправлены в Норвегию во время Второй мировой войны. Из них около 13 тысяч 700 погибли от голода, болезней или истощения. Многие были казнены за попытку к бегству или за какие-то незначительные проступки. На принудительные работы в Норвегию было также отправлено много сербов и поляков.


Военнопленные из СССР и Югославии строили не только оборонительные сооружения и аэродромы, но также части шоссе Е6 и железную дорогу через губернию Нурланд. Когда лагеря открыли после окончания войны, они представляли собой жуткое зрелище. Наиболее ужасными были условия в лагерях Нурланда.


Летом 1945 году узники были репатриированы, но большинство из них родина встретила холодно, многие снова были направлены на принудительные работы. Приказ Верховного командования Красной армии сводился к тому, что надо было либо сражаться, либо умереть. Другой альтернативы не было. Поэтому все, кто сдался в плен, были заклеймены как предатели родины.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.