Выставку, открывшуюся в декабре в стамбульском музее Пера, одном из самых значительных культурных учреждений Турции, посетили более 45 000 любителей искусства. Представленные на ней 76 произведений — в том числе коллажи, раскадровки, костюмы, рисунки и фотографии — прибыли из музея Сергея Параджанова в Ереване. Это крупнейшая выставка собрания музея за рубежом.

Она состоялась несмотря на отсутствие официальных дипломатических отношений между Турцией и Арменией. Ожесточенный разрыв между этими странами продолжается уже четверть века, с тех пор, как Анкара в 1993 году закрыла границу в знак протеста против армянской оккупации Нагорного Карабаха, поддержав близкого союзника Турции, Азербайджан. Двусторонние отношения отравляет и более старая рана: насильственное переселение живших в Оттоманской империи армян во время Первой мировой войны привело к уничтожению тысячелетней культуры, причем армяне, как и большинство историков, утверждают, что эти массовые убийства были актом геноцида. Турция не признает, что случаи насилия были систематически организованными.

Тем не менее, взаимодействие между художниками, бизнесменами и общественными группами продолжается. Теперь музей Пера знакомит Турцию с Параджановым, крупным деятелем кинематографа ХХ века, также плодотворно работавшим в области изобразительного искусства. Выставка, продолжающаяся до 17 марта, приурочена к 95-й годовщине со дня рождения Параджанова, отмечавшейся в январе.

«Искусство — самый прямой путь к сердцу человека, — сказал Завен Саргсян, директор музея Сергея Параджанова, курирующий выставку в музее Пера. — Это мероприятие дает туркам возможность познакомиться с армянами. Жаль, что здесь не слышно армянских имен. Но этой выставкой мы устанавливаем связь». На самом деле на выставке, которая называется «Параджанов с Саркисом», также представлены работы одного из самых крупных и оригинальных деятелей турецкого современного искусства. Саркис, 80-летний художник армянского происхождения, продолжает создавать в своей парижской студии произведения, исследующие темы памяти, вытеснения и самосознания. По его словам, Параджанов оказал на него огромное влияние. Работы Саркиса, занимающие верхний этаж музея Пера, полностью посвящены Параджанову. Подпись режиссера армянскими буквами сделана из неоновых ламп, его фотография доработана акварелью и витражным стеклом, а скульптура, выполненная из дерева, ткани и ленты из видеокассет, названа «Портрет Параджанова».

«Мои инсталляции всегда находятся в диалоге с другими художниками, философами, музыкантами и кинематографистами, но Параджанов занимает для меня особое место, — сказал в интервью Саркис; по его оценке, он видел фильмы Параджанова более 100 раз. — И в его, и в моих работах присутствует слияние культур. Например, он использовал в своих фильмах азербайджанский, грузинский, армянский и турецкий языки. Эта смесь сущностей наполняет и мое творчество».

Параджанова, родившегося в Тбилиси в 1924 году, всегда увлекал водоворот разных культур, характерный для Закавказья. Когда Параджанов изучал музыку и танец в тбилисской консерватории перед поступлением в московский институт кинематографии — ВГИК — в столице Грузии еще существовала большая армянская община.

Его первые картины были жанровыми фильмами, снятыми при поддержке государства, но в 1962 году знакомство с «Ивановым детством» Андрея Тарковского подтолкнуло Параджанова к отказу от прежнего стиля работы и поискам собственного видения. В его следующих фильмах появляются сильно стилизованная актерская игра и живописные мизансцены, подчеркивающие цветовую насыщенность кинопленки советской эпохи и создающие зловещие, фантастические образы.

Хотя его самобытные поэтические идеалы вызывали восхищение таких мастеров как Федерико Феллини и Жан-Люк Годар, на родине отступление Параджанова от утвержденного государством стиля социалистического реализма породил сомнения в его политической благонадежности.

Замысловатые костюмы работы Параджанова сами являются выдающимися произведениями искусства. Некоторые из них представлены в музее Пера, в том числе сшитый из квадратных лоскутов кафтан, который использовался в фильме «Ашик-Кериб», снятом в 1988 году по мотивам азербайджанской сказки. Это был последний фильм, который завершил Параджанов.

Этажом выше, точно над кафтаном Параджанов, Саркис повесил свое собственное одеяние, украшенное фрагментами детской одежды и отороченное светящимися гирляндами. Оно парит над залом, застеленным килимами — традиционными кавказскими коврами, — среди которых расставлены старые телевизоры, показывающие сцены из фильма «Цвет граната», сюрреалистического шедевра Параджанова.

Этот снятый в 1968 году биографический фильм о Саят-Нове, великом армянском поэте XVIII века, — лирическое авангардистское размышление о цвете и композиции. Однако советские цензоры увидели в религиозной и этнической иконографии «Цвета граната» свидетельство подрывных склонностей Параджанова. В 1973 году он был арестован по сфабрикованному обвинению в преступлении на сексуальной почве и провел четыре года в лагерях.

В музее Пера выставлены произведения, которые Параджанов создал в тюремной камере — с использованием шариковой ручки, лака для ногтей, вырезок из журналов и металлических обломков. После освобождения ему запретили снимать кино, и он посвятил себя другим видам искусства, в том числе трансформации предметов повседневного быта. Некоторые из них — например, слоновью голову из кожаного чемодана и покрытые мозаикой барочные объекты из кухонных стульев — также можно увидеть на выставке. «Когда ему нельзя было снимать фильмы, ему пришлось найти другие способы самовыражения», — сказал в интервью Саргсян.

Еще одно тюремное заключение, в 1982 году, подорвало здоровье Параджанова, и он умер восемь лет спустя в возрасте 66 лет. Лишь незадолго до этого, во время оттепели, вызванной политикой гласности, он вернулся в кинематограф, а за год до смерти Параджанов посетил Турцию, где ему вручили приз жюри Стамбульского кинофестиваля за фильм «Ашик-Кериб».

Утверждается, что после показа фильма в Стамбуле он получал угрозы в связи со своими высказываниями по вопросу Нагорного Карабаха. На выставке показаны четыре работы, которые Параджанов создал во время своего пребывания в Стамбуле.

Как фильмы Параджанова, так и его работы в других видах искусства находятся на грани между истиной и воображаемым. Для самого кинематографиста эта грань всегда была нечеткой. В интервью, которое он дал в 1988 году перед премьерой «Ашик-Кериба», Параджанов сказал: «Я спрашиваю: "Я это выдумал, или это правда?" Все говорят: "Это выдумка". Нет, просто это правда, как я ее воспринимаю».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.