Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Финал Кубка Африки в Марокко неожиданно привел к общественному взрыву, пишет NZZ. Беспорядки среди болельщиков выплеснулись на улицы, и волна протестов против чернокожих не пощадила никого — ни мигрантов, ни собственных граждан.
Касем Эль Газзали (Kacem El Ghazzali)
Расизм разгорается, подпитанный кампанией травли в Сети. Корни ненависти уходят глубоко в неосмысленное наследие рабства.
"Не покупай раба без палки в придачу, ведь рабы — грязные жалкие создания". Есть горькая ирония в том, что именно Абу-т-Тайиб Ахмад ибн аль-Хусейн аль-Мутанабби, великий поэт X века, в эти дни переживает в Марокко новое "возрождение". В 2026 году его строки превратились в пошлый, но крайне опасный лозунг. Их накладывают на фотографии главного тренера сборной Сенегала Папы Тиаву или на портреты произвольно выбранных чернокожих людей.
Насколько жестоко эти слова прорастают в реальность, показывает видео с севера страны, которое сейчас расходится по соцсетям. На кадрах марокканец грубо, по-расистски оскорбляет чернокожего мужчину. Он складывает пальцы в "заячьи уши", яростно жестикулирует перед беззащитным человеком и кричит: "Вы животные!" Тот стоит неподвижно, словно оцепенев, а рядом женщина, не сдерживаясь, осыпает его новыми оскорблениями.
Алжирцы подлили масла в огонь
Поводом для этого общественного взрыва стал финал Кубка африканских наций, проходивший в Марокко. То, что задумывалось как праздник, обернулось хаосом. Финальный матч Марокко – Сенегал на 97-й минуте превратился в скандал. Сначала Сенегалу не засчитали гол — решение арбитра вызвало споры. Затем после вмешательства видеоассистента арбитра Марокко назначили пенальти, который многим показался сомнительным. Сборная Сенегала в знак протеста покинула поле, на трибунах начались беспорядки. Лишь после долгой паузы пенальти все же пробили, но мяч в ворота не попал. А в дополнительное время Сенегал забил победный гол.
Эскалация не ограничилась Марокко. По данным марокканских СМИ, в Сенегале марокканцы стали целью ответных нападений. Сообщения об атаках на марокканских предпринимателей в Дакаре подстегнули спираль ненависти, которая раскручивалась еще до стартового свистка: алжирские СМИ целенаправленно распространяли версию о том, что Марокко подкупает арбитров. Когда вмешался видеоассистент, многие сенегальские болельщики восприняли это как подтверждение подозрений.
Вытесненное наследие
Однако тот факт, что реакция в Марокко приобрела столь расистский характер, невозможно объяснить одним лишь футболом. Вопреки популярному постколониальному представлению, будто расизм и рабство — "европейская болезнь", марокканский историк Шуки Эль-Хамель (Chouki El Hamel) в своей книге "Черное Марокко" (Black Morocco) фиксирует неудобную истину: расизм в Магрибе — следствие исторической амнезии.
Эль-Хамель утверждает, что Марокко так и не осмыслило собственную историю рабства. В марокканском представлении слова "черный" и "раб" до сих пор звучат как синонимы.
Исторические факты опровергают тезис о том, что расизм пришел на Восток лишь с колониализмом. Ибн Хальдун (Ibn Khaldun), один из крупнейших арабских историков XIV века, писал без обиняков: "Черные народы по причине малой человечности и близости к животному состоянию пригодны для рабства". А арабский ученый Абу аль-Хасан аль-Масуди (Abu al-Hasan al-Mas’udi) описывал чернокожих людей как "развязных, заносчивых и глупых" и объяснял их цвет кожи божественным наказанием.
"Улицы — без чернокожих"
Тот факт, что эти исторические корни дают побеги и сегодня, видно по эпизодам по всему североафриканскому пространству. Когда президент Туниса Каис Саид в 2023 году назвал чернокожих мигрантов "демографической угрозой" и этим спровоцировал волну насилия, отголоски докатились и до Марокко: в Танжере люди выходили на демонстрации под шокирующим лозунгом "Улицы — без чернокожих".
Это, действительно, повторяющаяся бесчеловечная схема, проходящая через весь регион. В Алжире в 2017 году сотни мигрантов из стран к югу от Сахары вывозили в пустыню, фактически оставляя их там на верную смерть. В Ливии до сих пор чернокожих мигрантов продают на открытых рынках рабов.
О том, как глубоко укоренившийся расизм отражается на жизни людей, говорят и те, кто старается удержать ситуацию от дальнейшего кризиса. Специалист по коммуникациям Билаль Альджухари (Bilal Aljouhari) в видеообращениях призывает к спокойствию и рассказывает, что его друзья из стран к югу от Сахары из страха перед нападениями уже не решаются выходить из дома.
Философия изоляции
Ненависть не видит различий по национальности. Паника давно захватила и собственных граждан — чернокожих марокканцев, которые боятся, что в пылу событий их примут за мигрантов. Чернокожий комик Мохамед Зуани (Mohamed Zouani) прокомментировал это горькой сатирой в Instagram*. Под одним из видео он написал: "Я сделал вид, что ничего не слышу, когда некоторые увидели меня и решили, что я из стран к югу от Сахары. Сегодня они меня побьют".
В этой накаленной атмосфере и современную интеллектуальную мысль превращают в инструмент пропаганды. Сейчас массово распространяют видео философа Абдаллы Ляруи (Abdallah Laroui). В нем он использует метафору "островного государства": Марокко как остров, а значит, его гражданам следует вести себя как островитянам.
Интернет-пользователи переосмысляют такую идею в политическом ключе: Марокко должно отгородиться от "токсичного" географического окружения. В комментариях полно требований с призывами отвернуться от воспринимаемой как обуза африканской реальности и вместо этого искать новых союзников, например Израиль.
Целенаправленная кампания травли
Цифровое поле боя при этом стремительно расширяется. В соцсетях термин "ремиграция" — кодовое слово новых правых для насильственного выселения чернокожих — теперь открыто применяют против мигрантов из стран к югу от Сахары. Данные о прозрачности страниц в сети Facebook* также показывают, что некоторые из самых агрессивных расистских площадок управляются с территории Алжира. Однако интеллектуалы из Марокко предупреждают: нельзя искать виновных только за рубежом.
Эссеист Ахмед Ассид (Ahmed Assid) в видеообращении назвал эту кампанию "абсолютно неприемлемой". В разговоре с газетой NZZ он пояснил: "В Марокко есть четыре вида расизма — по цвету кожи, по религии, по языку, по происхождению, — и все они связаны с неправильным воспитанием". На вопрос о роли государства Ассид ответил прямо: "Да, ответственность государства неоспорима. Оно должно принять четкие законы и изменить школьные программы".
Его позицию поддержала Сеть профсоюзов по вопросам миграции, которая в пресс-релизе заявила: травля "морально неприемлема и является вопиющим нарушением конституции Марокко".
Проблеск чувства солидарности
Еще жестче высказывается журналистка Жор Баки (Zhor Baki). Она осуждает молчание исполнительной власти и требует немедленного вмешательства правосудия. "Прокуратура должна начать публичное расследование и с жесткостью и строгостью преследовать всех: и группы, и публичных лиц, кто подстрекает к расизму", — пишет она, указывая на двойные стандарты: политические высказывания блогеров нередко приводят к реальному наказанию, тогда как толпе расистов сейчас позволяют действовать безнаказанно.
То, что человечность еще не утрачена окончательно, показывает другое видео — с рынка в Марракеше. На кадрах чернокожий мужчина плачет после расистских оскорблений. Однако здесь ситуация не перерастает в насилие: молодые марокканцы окружают мужчину и, утешая, целуют в макушку. Один обращается к толпе: "Оставьте этого отца семейства в покое, он не имеет никакого отношения к футболу". Фраза, звучащая как противоядие во времена, когда всё выходит из-под контроля.
*Принадлежит экстремистской компании Meta, запрещенной в России.
12
"В марокканском представлении слова "черный" и "раб" до сих пор звучат как синонимы" —- может, всё-таки "негр и раб"? Или слово "негр" уже запрещено?
Обсудить
