Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
НАТО и порядок, основанный на правилах, терпят крах, пишет ведущий блога Steigan. Европейские глобалисты спешат поплясать на костях старого миропорядка, чтобы не пойти ко дну и сохранить остатки контроля. Но их усилия говорят лишь об одном: они понимают и боятся, что их ненавидят миллиарды людей.
Дональд Трамп крушит старые союзы и взъелся на союзников, Марк Карни хоронит “порядок на основе правил”, а Фридрих Мерц ополчился на зарегулированность и бюрократизм ЕС. Можно подумать, что глобалисты из Давоса чему-то да научились. Но чем пристальнее изучаешь содержание ежегодного собрания монополистов большого капитала, тем больше оно напоминает срочные антикризисные меры, подконтрольный снос или встречный пал.
В этом году тон саммиту Всемирного экономического форума задал генеральный директор BlackRock Ларри Финк. (Само его выступление должно раз и навсегда поставить точку в дискуссии о том, считать ли BlackRock пассивным или активным инвестором. Трудно представить себе более активное вмешательство, чем речь Финка в Давосе).
На встрече клуба миллиардеров Финк намеревался ни много ни мало изменить курс крупных финансовых компаний. Глобализм, каким его из года в год проповедовал Клаус Шваб, потерпел оглушительный крах. Мировой порядок под господством США прекратил свое существование. НАТО потерпела окончательное поражение на Украине, и США освобождаются от старых обязательств, готовясь к битве гигантов с Китаем. На Глобальном юге БРИКС и Шанхайская организация сотрудничества становятся серьезными соперниками Бреттон-Вудской системы, созданной под эгидой США после Второй мировой войны.
Финансовому капиталу нехотя приходится вносить коррективы. Они же не хотят пойти ко дну, словно “Титаник”. Они хотят быть частью следующего этапа, причем желательно его возглавить.
Поэтому на встрече Давосе они порешили разжечь встречный пал. Они собственноручно разрушают всё шаткое и неустойчивое, чтобы сохранить контроль над тем, что действительно важно для них.
Убедительный аргумент в пользу такой трактовки — речь премьер-министра Канады Марка Карни. Он фактически похоронил старый порядок и признал, что он был лжив и что он сам и иже с ним были его частью, хотя и прекрасно это осознавали, — поскольку это служило их собственным интересам.
Кто же, спрашивается, это сказал? Да, человек из спрута под названием Goldman Sachs, возглавлявший Банк Канады и Банк Англии. Так что, если кто и олицетворяет нынешнюю систему, так это Марк Карни собственной персоной.
То же самое — быть может, даже в большей степени — относится к выступлению канцлера Германии Фридриха Мерца.
Помимо прочего, Мерц назвал ЕС “чемпионом мира по зарегулированности”. Единый рынок изначально создавался для того, чтобы стать самой конкурентоспособной экономической зоной в мире, но вместо этого из-за чрезмерного регулирования стал полной противоположностью.
Бюрократия душит на корню свободу предпринимательства и всякие новшества — Мерц признал, что чрезмерное регулирование и “неуместный перфекционизм” мешают бизнесу, глушат экономическую динамику и делают Европу менее привлекательной для роста и инвестиций.
Он предложил:
— радикально сократить европейскую бюрократию;
— ввести “стоп-кран” для нового законодательства — механизм предотвращения дальнейшей бюрократизации;
— собрать лидеров ЕС на специальный саммит 12 февраля, чтобы обсудить этот вопрос, и пообещал выдвинуть конкретные требования по борьбе с зарегулированностью.
При этом он не коснулся ни причин, ни следствий этой зарегулированности. Он даже не упомянул ни о “Зеленом курсе”, ни о “Зеленой перестановке”, ни о “Чистом нуле”. Он ничего не сказал о том, как эта политика разрушила промышленность Европы и самой Германии. Наоборот, Мерц подчеркнул “обязательство” Германии следовать этому курсу. Чтобы его можно было воспринимать всерьез, ему следовало призвать Европейскую комиссию уйти в отставку, отменить директивное управление и отказаться от “Чистого нуля”.
Таким образом, нельзя не согласиться с Алисой Вайдель из “Альтернативы для Германии”, которая не услышала в его речи “ничего нового”. Осознание Мерца, что с мировым порядком на основе правил покончено, она назвала “запоздалым”. Она считает, что это признание несвоевременно и не подкреплено реальными новыми идеями.
Наконец, выгораживая Европейскую комиссию, у Мерца хватило наглости обвинить немецких рабочих в лености, потому что они работают на 200 часов меньше, чем швейцарцы.
Ларри Финк и “смена курса”
Генеральный директор BlackRock и временно исполняющий обязанности сопредседателя ВЭФ после Клауса Шваба Ларри Финк открыл встречу в Давосе необычайно откровенной речью, в которой признал, что форум многим кажется неуместным в эпоху популизма и глубокого недоверия к устоявшимся институтам.
“Капитализм после падения Берлинской стены создал огромные богатства, но распределил их несправедливо: они непропорционально сосредоточены в руках малочисленной элиты, и так дальше продолжаться не может. [И это говорит глава крупнейшего в мире инвестиционного фонда, разбогатевший на этом как никто другой!]
ИИ рискует повторить ошибки глобализации: тогда пострадали “синие воротнички”, сегодня ИИ угрожает “белым воротничкам” (юристам, аналитикам и так далее), а прибыль разделят те, кто владеет моделями, данными и инфраструктурой.
ВЭФ должен восстановить доверие, начать прислушиваться к собеседникам, расширить число участников и не превращаться в замкнутый мирок, а иначе он потеряет всякую актуальность”.
Финка величают мэром Давоса, но сейчас он стремится разорвать связь с альпийским курортом и перенести часть дискуссий в такие города, как Детройт, Дублин, Джакарта или Буэнос-Айрес, чтобы показать, что они не просто заседают себе в Альпах и диктуют оттуда свою волю.
Остальные дискуссии на мероприятии это подтвердили: ИИ как “следующий провал капитализма”, если он не охватит рабочий класс; спрос на энергию ИИ, чреватый дороговизной для обычных людей; и общее ощущение, что старая система перестала работать.
Избавиться от самого ненавистного и ядовитого, чтобы сохранить контроль
Этот спектакль с Финком в главной роли для внимательного слушателя и реформатора выглядит как попытка раздуть встречный огонь, чтобы спалить самое ядовитое (“зеленую” бюрократию и высокомерие) и спасти главное: власть элиты над риторикой, технологиями и движением капитала.
Это театр. Есть сценарий, и есть пропаганда.
Но черного кобеля не отмоешь добела. Однако одно то, что богатейшие капиталисты мира сейчас действуют именно так, показывает, что в глубине души они прекрасно понимают, насколько их мало, что они боятся и что миллиарды людей против них.
