Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Кампания Трампа по устранению давних раздражителей США разворачивается в сторону Карибского бассейна, пишет The Atlantic. Трамп уже определился со следующей целью. Ею может стать Куба. Однако реализация этих планов сопряжена с большими рисками.
Вивиан Салама (Vivian Salama)
В подвальной ситуационной комнате Белого дома и в покрытом позолотой защищенном помещении Мар-а-Лаго шепотом говорят о грандиозном плане Трампа, который многие в Вашингтоне и других столицах по всему миру ранее считали немыслимым: свергнуть не один, не два, а целых три автократических режима, которые изводили многие поколения американских президентов. Американские и израильские ракеты в эти выходные падали на Иран, и произошло это спустя всего несколько недель после того, как Дональд Трамп приказал нанести молниеносный удар по Венесуэле, по результатам которого президент этой страны оказался в зале заседаний нью-йоркского суда. Между тем Трамп уже заглядывается на следующую цель, которой должна стать Куба.
Один чиновник из администрации сказал мне: "Президент ощущает себя на волне успеха; ему кажется, что все идет как надо".
Президент открыто высказывался о том, что он хотел бы видеть на Кубе. Беседуя в пятницу с репортерами в Белом доме, он упомянул возможность "дружественного захвата" острова с населением 11 миллионов человек. Он сказал, что госсекретарь Марко Рубио ведет переговоры с кубинскими лидерами на "очень высоком уровне" в целях "заключения сделки". Как написало издание Axios, Рубио также находится в контакте по неофициальным каналам с Раулем Гильермо Родригесом Кастро, внуком бывшего президента Рауля Кастро, брата и преемника Фиделя. Трамп неоднократно подчеркивал тяжелое экономическое положение Кубы, а в прошлом месяце заявил журналистам, что там "нет нефти, нет денег, нет ничего". Он также сказал, что кубинский режим после Кастро исключительно слаб, и что его разложение неизбежно сделает всю работу за армию вторжения.
Но такая идея сопряжена с рисками. Если Куба окажется в состоянии хаоса, в Соединенные Штаты хлынет поток беженцев, и произойдет это в момент, когда администрация пытается обратить вспять приток иммигрантов. Военная кампания может подготовить почву для восстания, но после почти семи десятилетий правления репрессивного режима в этой стране практически не осталось организованной оппозиции. В такой ситуации урегулирование путем переговоров, в результате которого режим останется на месте, но Америка будем всем руководить (как в Венесуэле), кажется весьма заманчивым вариантом. Но такой исход не позволит превратить Кубу в новую демократию, что является целью для многих сторонников Трампа из Южной Флориды и шагом, который позволил бы президенту заявить, что он не только сменил лидеров, но и изменил фундаментальный характер этой страны.
За публичными размышлениями президента о Кубе скрывается нечто большое и личное, о чем мне рассказали чиновники из администрации и доверенные лица Трампа. Президент считает себя первым современным американским лидером, которому хватило мужества сделать то, о чем другие только размышляли: начать преобразования во всем мире и перекройку карты планеты. По мнению Трампа, это укрепит его наследие и поставит его самого выше Рональда Рейгана (победившего Советский Союз в холодной войне), Джимми Картера (который обеспечил подписание в 1978 году Кэмп-Дэвидских соглашений между Израилем и Египтом) и Ричарда Никсона (восстановившего отношения США с Китаем). Отказавшись от изоляционистской риторики, которая была характерна для трех его предвыборных кампаний и первого срока в должности, Трамп сейчас проводит тройную смену режима в странах, которые уже давно раздражают американский внешнеполитический истеблишмент.
Ядерные амбиции Ирана, его близость к врагам Америки и угрозы в адрес военнослужащих США привели к тому, что Трамп взял Тегеран в перекрестье прицела. Он вышел из подписанного Ираном договора по ограничению ядерных разработок и выразил недовольство тем, что Тегеран, по его мнению, не хочет идти на достаточные для заключения нового соглашения уступки. Трамп также вспоминает захват американских заложников в 1979 году и неудачную операцию с применением вертолетов по их спасению, видя в этом огромное унижение для Соединенных Штатов.
Венесуэла и Куба вписываются в часто озвучиваемую администрацией задачу по укреплению американского господства в Западном полушарии. После переизбрания Трампа в рамках этого плана звучат угрозы аннексировать Гренландию, захватить Панамский канал и сделать Канаду 51-м штатом Америки.
Эти предложения вызывают возмущение у некоторых однопартийцев Трампа, которые хотели бы, чтобы президент сосредоточился на внутренних проблемах страны и не ухудшал отношениям с союзниками и соседями Америки. Но Куба — это нечто иное. В течение почти 70 лет свержение коммунистического режима на этом острове остается нереализованной мечтой президентов из обеих партий. Трамп уже давал понять, что ему небезразлично, какую оценку даст ему история. В своем видеообращении о начале военных действий в Иране он подчеркнул, что несмотря на возможные потери со стороны США, "мы сделаем это ради будущего". Президент, по словам его помощников, с которыми мне удалось побеседовать, больше, чем когда-либо считает, что только он может навести порядок, будь это Венесуэла, Иран или Куба.
Я спросила историка президента Тимоти Нафтали о намерениях Трампа в отношении Кубы. Он ответил, что этот момент напомнил ему декабрь 2001 года. Та легкость, с которой американские военные смогли свергнуть режим талибов в Афганистане после терактов 11 сентября, вселила уверенность в администрацию Джорджа Буша, которая заговорила о необходимости заняться Саддамом Хусейном. "Он был нарывом на заднице американской внешней политики, и после 11 сентября страна уже не хотела мириться с этой угрозой, и была готова сделать мир более безопасным ", — сказал Нафтали, работающий научным сотрудником на факультете международных и общественных отношений Колумбийского университета.
Идея захвата Кубы по соображениям национальной безопасности проста и понятна: эта страна с социалистическим правительством, находящаяся в 140 километрах от Флориды, полная решимости дестабилизировать США и дающая удобный плацдарм России и Китаю, может представлять угрозу для Америки. Гавана постоянно вызывает раздражение и недовольство у обеих партий, Она унизила США в заливе Кочинос, довела ситуацию до ракетного кризиса во время администрации Джона Кеннеди и создала "гаванский синдром", как называют серию загадочных инцидентов неясного происхождения, которые изматывали американцев и ухудшили состояние их здоровья.
В ответ президенты США обращаются с Кубой как с политическим лабораторным экспериментом. Рейган назвал Кубу государственным спонсором терроризма в 1982 году и ввел мощные санкции. Его примеру последовали оба президента Буша. Билл Клинтон запустил тайную программу по продвижению демократии в сочетании с экономическими санкциями, чтобы добиться падения Кастро. Барак Обама отменил определение "спонсора терроризма" и стремился к улучшению отношений, что позволило американцам более свободно посещать эту страну. Трамп в свой первый президентский срок восстановил статус Кубы как спонсора терроризма. Джо Байден в последние дни своего президентства заявил, что снова отменит данное определение, но так этого и не сделал.
"Каждый, за исключением, я бы сказал, Обамы, проводил политику, которая так или иначе была нацелена на свержение кубинского правительства", —сказал мне Уильям Леогранде, написавший в соавторстве книгу "Секретные каналы связи с Кубой" (Back Channel to Cuba), где изложена история переговоров между Вашингтоном и Гаваной.
Это лишь общеизвестные меры. Фидель Кастро, как хорошо известно, пережил множество покушений, организованных при поддержке США, причем некоторые из этих попыток были прямо-таки из арсенала Q (вспомним книги про Джеймса Бонда): моллюск, взрывающийся во время подводных погружений Кастро, подруга с ядовитыми таблетками в банке с кремом, шприц в виде ручки для впрыскивания яда и отравленные сигары. (Этот метод устарел, когда Кастро бросил курить в 1980-х годах.)
Ничто из этого не сработало. Кастро передал власть своему брату Раулю в 2006 году, а в 2016 году в возрасте 90 лет умер от естественных причин.
В этом году остров снова стал горячей точкой. Драматический захват американской администрацией Николаса Мадуро ясно показал, что Трамп готов зайти очень далеко ради того, чтобы добиться смены руководства. А прочные связи между экономикой Венесуэлы и Кубы (Каракас поставлял нефть Гаване, а Гавана отправляла в Каракас своих разведчиков, врачей, учителей и других специалистов) означали, что отголоски от этого рейда ощутит весь Карибский бассейн.
Однако в то время высокопоставленные чиновники из администрации отвергали предположения о том, что предпринимаются какие-то попытки провести аналогичную операцию по смене режима на Кубе. Один из них засмеялся, когда я задала этот вопрос. Они в один голос утверждали, что в отличие от Венесуэлы, у которой издавна существуют демократические институты и есть явный лидер оппозиции, проблемы на Кубе будут слишком велики для США.
Что же может пойти не так, если Трамп отважится на более решительные действия? "О Боже, — сказал Нафтали. — Что может пойти не так? Это то, что может пойти не так в Иране. Когда есть полицейское государство с населением без будущего, для которого уже готово проамериканское правительство-преемник, у властей нет стимула сдаваться, и они обладают монополией на огневую мощь".страны, которая прямо или опосредованно поставляет нефть на Кубу. Американские войска начали перехватывать суда, направляющиеся на Кубу, действуя в рамках масштабной стратегии изоляции (хотя для осуществления таких действий не было дано никаких юридических полномочий). А еще действует жесткая блокада (хотя администрация недавно разрешила американским компаниям продавать топливо и перепродавать венесуэльскую нефть исключительно частным кубинским предприятиям и гуманитарным организациям).
На прошлой неделе появилось новое свидетельство того, насколько обострились отношения. Кубинские военнослужащие обнаружили и открыли огонь по приближавшемуся к берегу катеру с 10 людьми на борту, убив четверых и ранив шестерых человек. Кубинское правительство заявило, что этот зарегистрированный во Флориде катер открыл огонь первым, а его пассажиры пытались проникнуть в страну, чтобы вести террористическую деятельность. Рубио сказал, что это не была операция правительства США, и инцидент этот быстро исчез с первых полос, так как появились более свежие новости.
Официальный представитель Белого дома сказал мне, что в настоящее время акцент делается на переговорах с Кубой для достижения соглашения. "Куба — это несостоятельное государство, чьи правители потерпели огромную неудачу, лишившись поддержки со стороны Венесуэлы, а Мексика перестала поставлять им нефть", — сказал этот чиновник.
Что же может пойти не так, если Трамп отважится на более решительные действия? "О боже, — сказал Нафтали. — Что может пойти не так? Это то, что может пойти не так в Иране. Когда есть полицейское государство с населением без будущего, для которого уже готово проамериканское правительство-преемник, у властей нет стимула сдаваться, и они обладают монополией на огневую мощь".
Армия США уже напряжена до предела, действуя от Карибского бассейна до Персидского залива. "Никто не проводил открытые военные операции со времен высадки в заливе Кочинос", — сказал мне Леогранде, добавив с усмешкой: "Да и та прошла не очень-то хорошо".
Оправдание нападения неотвратимыми угрозами для США также не очень понятно. Мадуро был схвачен на основании федерального ордера на арест по обвинению в наркоторговле. Трамп сказал, что с Ираном надо разобраться из-за его ядерной угрозы и пагубного влияния на весь регион. "Но на Кубе таких оснований нет, — сказал Леогранде. — Да, Куба внесена в список государств-спонсоров терроризма — и я полагаю, что они могут указать на нечто подобное. Но даже когда приводятся такие доводы, это все равно нелепо".
В прошлом месяце генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш предупредил, что недавние действия администрации Трампа по лишению Кубы поставок нефти могут превратить уже и без того тяжелый экономический и гуманитарный кризис в гуманитарную "катастрофу". Кубинская экономика, сильно пострадавшая от пандемии коронавируса, в настоящее время сталкивается с тяжелейшими проблемами. Уровень жизни у большинства кубинцев быстро снижается. Самый верный союзник Гаваны Россия не в состоянии оказать ей большую поддержку, так как сама сталкивается с трудностями при проведении военной операции на Украине.
На прошлой неделе десятки организаций гражданского общества направили в Конгресс письмо с призывом отказаться от нынешней политики США по отношению к Кубе. В письме говорится: "60 с лишним лет блокады не привели к достижению объявленных целей этой политики. Эмбарго не содействует проведению реформ; напротив, оно усиливает осадный менталитет и сужает пространство для деятельности гражданского общества и сторонников реформ внутри политической системы".
Тем не менее в мире Трампа громко звучат призывы к действиям. Рубио — внук кубинских эмигрантов, и он давно уже выступает за свержение режима Кастро, который сейчас возглавляет Мигель Диас-Канель. Многие из ближайших советников Трампа родом из Южной Флориды, где кубинские и венесуэльские эмигранты являются влиятельным и постоянно увеличивающимся блоком избирателей. Успех на Кубе на условиях Трампа серьезно укрепит позиции его будущего преемника из Великой старой партии.
Чиновники из администрации рассказывают, что Рубио уже много лет думает о смене режима, хотя публично он не уточняет, кто должен возглавить страну, и не выдвигает конкретные экономические планы по восстановлению Кубы после многолетних санкций. Вместо этого Рубио сосредоточился на попытках сменить однопартийную систему на демократическую, оказывая содействие немногочисленным диссидентам и группам гражданского общества, оставшимся на Кубе, и помогая им подняться и возглавить сопротивление. Во многом это похоже на действия Трампа, который призвал иранских протестующих взять власть в свои руки, когда закончатся американские и израильские бомбардировки.
Дальнейшие действия Трампа, по крайней мере, частично, будут определяться исходом двух начатых им операций. В Венесуэле относительно спокойно после захвата Мадуро, так как Трамп решил сотрудничать с вице-президентом Делси Родригес. Некоторые политзаключенные вышли на свободу, а венесуэльская экономика окрепла благодаря организованным США продажам нефти. Но администрация Трампа не говорит ни о каких сроках по продвижению в сторону демократии. Возможно, удаления Мадуро со сцены было достаточно, чтобы удовлетворить амбиции Трампа.
Удары по Ирану, в ходе которых был убит верховный лидер аятолла Али Хаменеи, настолько свежи в памяти, что невозможно определить, что там произойдет дальше. Режим в Гаване, по-видимому, надеется, что США в очередной раз застрянут на Ближнем Востоке, как это было после вторжения в Ирак в 2003 году, и что это отобьет у Трампа охоту проводить смену режима № 3. Но внутри администрации Трампа давление, скорее всего, только усилится. "Существующее положение дел на Кубе неприемлемо, — сказал Рубио журналистам на прошлой неделе. — Куба должна измениться".
Вивиан Салама — штатный автор журнала The Atlantic. Ранее работала в The Wall Street Journal, освещая деятельность Белого дома. Начало журналистской карьеры Вивиан провела за границей, работая зарубежным корреспондентом. Среди прочего, она возглавляла багдадское бюро Associated Press и вела репортажи из более чем 85 стран. Также является адвокатом и членом адвокатской коллегии округа Колумбия.
