Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Макрон предлагает Европе укрыться под своим "ядерным зонтиком", пишет NZZ. Но даже если в ЕС и захотят принять защиту от Франции, финальное решение все равно останется за Елисейским дворцом. Кроме того, отсутствие во французском арсенале тактического ядерного оружия, делает его инструментом тотального уничтожения, а не гибкого сдерживания.
Армин Арбайтер (Armin Arbeiter)
Париж продвигает идею общеевропейского сдерживания. Однако контроль над ядерным арсеналом остается строго национальной прерогативой. Кроме того, появляется вопрос, как на отношения двух стран повлияют следующие выборы во Франции.
Франция намерена наращивать свой ядерный арсенал и привлекать другие европейские страны, в том числе Германию, на свои учения. Президент Франции Эммануэль Макрон в понедельник, по сути, заявил: Франции следует рассматривать сдерживание в европейском масштабе и выходить к концепции "продвинутого сдерживания". Стратегическая автономия Европы, по его словам, сегодня стала насущной необходимостью.
Помимо Германии интерес к совместным с французами учениям по ядерному сдерживанию проявили, среди прочих, Греция, Бельгия, Нидерланды и Польша. Канцлер Германии Фридрих Мерц недавно заметил, что немецкие боевые самолеты тоже могли бы нести французские ядерные боеприпасы, однако подтверждений со стороны Парижа пока не было. В любом случае сотрудничество планируют углублять: Франция и Германия хотят создать "руководящую группу по ядерным вопросам", а бундесвер должен участвовать во французских учениях ядерных сил. Сформируется ли здесь ядерный "щит", который сделает Европу менее зависимой от США в вопросах безопасности?
К более тесному сотрудничеству только присматриваются
Все не так просто. Во-первых, французский ядерный арсенал считается сердцем независимой обороны Франции. Он не встроен в структуры НАТО, и Париж не хочет, чтобы какие-либо другие государства участвовали в его финансировании. Французские ядерные боеприпасы, по крайней мере пока, должны запускаться только с французских самолетов или подводных лодок, а разрешить их применение может исключительно президент Франции.
Насколько Германия вообще сможет извлечь выгоду из французской инициативы, пока неясно, даже если Мерц в принципе не отвергает более тесную кооперацию в этой сфере. Можно представить, что две страны, помимо совместных учений, теснее синхронизируют системы раннего предупреждения, радиолокационные и разведданные, а также расширят взаимодействие в области обычной противовоздушной обороны. На фоне роста глобальных угроз это шаг далеко не второстепенный.
Подготовка на истребителях F-35
Кроме того, Германия по-прежнему входит в программу ядерного участия НАТО под руководством США. Если Вашингтон в самом крайнем случае, по решению Североатлантического совета, санкционирует ядерный удар, немецкие самолеты Tornado с американскими ядерными бомбами могли бы подняться в воздух и сбросить их.
Около 100 американских ядерных боезарядов размещены в ряде европейских стран и сейчас модернизируются. Это признак того, что Соединенные Штаты вряд ли в ближайшее время выведут свой ядерный арсенал из Европы. В ближайшие годы эту роль должны взять на себя новые F-35A, которые заменят устаревающие Tornado. В этом году первые немецкие военные летчики проходят в США подготовку на этих машинах, а в 2027 году должен быть поставлен первый самолет.
Боевые самолеты — чувствительная тема для Германии и в контексте французского сдерживания: проект Future Combat Air System (FCAS) оказался на грани срыва. Изначально FCAS задумывался как система, которую совместно разработают Германия, Франция и Испания: пилотируемый истребитель в сопровождении беспилотников.
Разногласия между Парижем и Берлином
Именно этот истребитель, по крайней мере с точки зрения Макрона, должен был нести французское ядерное оружие. В конце января Мерц дал понять, что в этом вопросе у сторон разные представления. У Парижа и Берлина различаются стратегические требования к проекту.
В целом, как считают многие наблюдатели в сфере безопасности, дискуссия о ядерном участии Германии может заслонить другие, куда более срочные вопросы обороны страны. Публичный разговор вскоре может свестись к одному: зачем нужны дорогие вооруженные силы, если атомная бомба и так обеспечивает достаточное сдерживание.
Однако ядерный удар — это всегда ultima ratio, крайняя мера. Даже Россия, которая в ходе боевых действий на Украине неоднократно угрожала применением ядерного оружия, неизменно оставалась в рамках этой доктрины. Реальная атака этим оружием несла бы слишком высокий риск эскалации. По-прежнему, даже в формирующемся многополярном мире, действуют принципы соразмерности. Здесь добавляется и то, что у Франции нет тактического ядерного оружия, чья мощность была бы ниже, чем у примерно 290 стратегических ядерных боезарядов, которыми располагает страна.
Даже если граница между тактическими и стратегическими ядерными вооружениями размыта: американские бомбы B61, размещенные в Европе, начинаются с 0,3 килотонны в тротиловом эквиваленте. Самые "легкие" французские боеприпасы, как утверждается, примерно со 100 килотоннами. Для сравнения: мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму, составляла около 14 килотонн.
Не гарантия безопасности
Иными словами, даже в случае ядерной эскалации французский "зонтик" мог бы открыться лишь на уровне, который почти не оставляет пространства для гибкости. В этом и состоит сила французского сдерживания. Но остается вопрос, подходит ли эта логика другим европейским государствам, прежде всего потому, что решение о применении в любом случае принималось бы в Париже, а у Германии не было бы самостоятельных рычагов давления. Настоящей гарантией безопасности это оружие не является.
Поэтому бундесверу в первую очередь нужны достаточные конвенциональные силы, способные сдерживать других игроков. Атомная бомба не заменит ни противовоздушную оборону, ни артиллерию, ни логистику, ни личный состав. Все это необходимо — независимо от того, будет ли Германия участвовать во французском ядерном "зонтике" или нет.
Кроме того, уже со следующего года Францией может руководить президент от партии, которая не заинтересована в том, чтобы предоставлять инструменты французского ядерного сдерживания в распоряжение других европейских государств.
