Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Европейские лидеры вновь без колебаний поддержали военную линию США, рискуя безопасностью собственного континента, пишет NYT. Такая зависимость делает Европу уязвимой. Испания уже показывает пример, как можно было поступить — пора и другим начать думать своей головой.
Антон Йегер (Anton Jäger)
"Это хуже преступления. Это грубый просчет". Так отреагировал один из видных французских политиков на известие о том, что Наполеон казнил герцога из лагеря противников в 1804 году.
Высказывание, отражающее силовую политику XIX века, сегодня вновь обрело болезненную актуальность. Ни Соединенные Штаты, ни Израиль не могут представить внятного плана своей военной кампании против Ирана. Лучшее, что могут придумать стратеги, — это нечто вроде сирийского сценария: разрушение политической системы силами авиации, без присутствия иностранных войск, внутренних пропагандистских кампаний или долгосрочного планирования архитектуры безопасности. Старый стиль смены режима ушел в прошлое. Все, что предлагается, — это свержение правительства ценой огромных глобальных издержек.
Изречение французского политика наполеоновских времен легко применимо и к современным европейским лидерам. Несмотря на то, что израильско-американская операция в Иране застала их врасплох, большинство выразили поддержку — пусть и несколько осторожно — и оказали военную помощь, предоставив базы, военные корабли и самолеты. По факту же европейцы потерпели крах, позволив себе стать сильно зависимыми от прихотей Америки, которой руководит непредсказуемый президент. И вот так они сами стали виноваты в том, что теперь их безопасность под угрозой.
Последствия могут быть катастрофическими. Цены на энергоносители подскочили мгновенно и продолжают расти — все из-за блокирования Ормузского пролива, — а лидеры стран сталкиваются с давлением, из-за которого им приходится многим жертвовать ради "блицкрига" президента Трампа. Сегодня существует риск распространения войны на Европу; вскоре ситуация может привести к кризису беженцев, поскольку люди начнут покидать разоренный Ближний Восток. Однако большинство европейских лидеров почти ничего не делают, чтобы противостоять этим угрозам и самой зависимости, которая их подпитывает.
Вместо этого они предпочли пассивное наблюдение или активную поддержку. Поначалу отказавшись, премьер-министр Великобритании Кир Стармер все же разрешил США использовать британские базы, а канцлер Германии Фридрих Мерц поддержал усилия "по избавлению от этого ужасного террористического режима". Эммануэль Макрон был более осторожным в словах, но и более решительным: он направил в регион несколько военных кораблей. Не желая отставать, премьер-министр Италии Джорджа Мелони предложила США базы своей страны и направила системы ПВО в Персидский залив.
Чем объясняется такая уступчивость? Один из возможных ответов — энергетика. После того как конфликт России и Украины, начавшийся в 2022 году, фактически отрезал континент от поставок газа, Европа была вынуждена искать альтернативные источники энергии. В частности, она перешла на сжиженный природный газ, большую часть которого импортирует из США. (Небольшой объем поступал из Катара, но эти поставки прекратились из-за войны.) Одна зависимость от политически ненадежного поставщика была заменена другой. Находясь в подчиненном положении, европейские политики, похоже, предпочитают следовать политике Белого дома, а не наоборот.
Безопасность — еще одна причина. Европа значительно увеличила военные расходы и сейчас выступает в качестве основного спонсора военных действий Украины. Но до тех пор, пока не будет создана по-настоящему самостоятельная военная промышленность, европейцы остаются зависимыми от американских поставок и разведданных, необходимых для сдерживания потенциального наступления России. Противостояние администрации Трампа может привести к тому, что они окажутся беззащитными перед Москвой — это особенно беспокоит восточный фланг континента. Ситуацию едва ли улучшает недавняя угроза Трампа вторгнуться в Гренландию.
Наряду с этими материальными ограничениями существуют и идеологические. Современные европейские лидеры выросли в мире, основанном на тотальной американской мощи, и по-прежнему считают ее стержнем любого мирового порядка. Поклонение Соединенным Штатам — естественный рефлекс для поколения, которое никогда не учили думать или принимать решения самостоятельно. Подхалимство Марка Рютте — нынешнего генерального секретаря НАТО, бывшего премьер-министра Нидерландов — представляет крайнее проявление более широкой проблемы.
Альтернативы этим васальным отношениям существуют. И действительно, Испания демонстрирует, как мог бы выглядеть более независимый курс. Премьер-министр Педро Санчес — единственный критик целевого показателя военных расходов, принятого в прошлом году европейскими правительствами по настоянию Трампа, — отказался предоставить испанские базы для использования американцами. Он не пацифист: громко заявляя о своей поддержке Украины, он призвал к созданию европейской армии, которая объединила бы многочисленные, но разрозненные армии континента в единое целое.
В энергетической сфере Санчес проводит большую кампанию по сокращению выбросов углекислого газа. Наряду с борьбой с изменениями климата это также снизит зависимость от импорта нефти и газа. С этой целью он стремится к партнерству с Китаем — вопреки европейскому консенсусу — для содействия сотрудничеству в экологических проектах. Каждый пункт его программы взаимно дополняет друг друга: сокращение выбросов углекислого газа способствует энергетической независимости, что, в свою очередь, ослабляет военное давление со стороны США. Разумеется, это также обеспечивает Европе более прочную экономическую основу.
Такой курс потребовал бы отхода от привычной политической линии. Пока же многие европейские политики фактически противопоставляют экологическую повестку попыткам оживить экономику континента. Обычно под "оживлением" понимают сокращение зарплат и социальных расходов, а также наращивание военных ресурсов. Между тем масштабные государственные инвестиции в зеленые технологии могли бы решить сразу две задачи: дать экономике мощный импульс и одновременно ослабить зависимость Европы от США.
Несмотря на отдельные заявления поддержки, лишь немногие европейские лидеры присоединились к более широкому курсу Санчеса на автономию. В конце концов, для поколения политиков, выросших в эпоху американской однополярности, подчинение оказывается куда более привычным, чем разговоры о независимости. В 2026 году политических ошибок и просчетов хватает. Но, как понимал один из государственных деятелей наполеоновской эпохи, совершать их можно лишь до определенного момента — рано или поздно они приводят к поражению.
