Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Мечты Франции о создании европейского ядерного щита выйдут боком для Старого Света, пишет Al Arabiya. Это подтолкнет другие страны, например, Польшу, к мыслям о создании собственного ядерного оружия, а также углубит трансатлантические разногласия и еще больше ослабит НАТО, считает автор статьи.
Эмиль Амин
Президент Франции Эммануэль Макрон 2 марта выступил в Бретани с речью, которую многие сочли одним из самых важных заявлений западного лидера по вопросам ядерной политики со времен окончания холодной войны.
В своей речи на острове Иль-Лонг, где базируются французские атомные подводные лодки, Макрон затронул тему стратегического изменения во французской ядерной энергетике. Что именно он имел в виду?
Он распространил французское ядерное сдерживание на Европу в рамках концепции "расширенного сдерживания". Иначе говоря, речь идет о том, что французский ядерный потенциал рассматривается как элемент безопасности не только самой Франции, но и других европейских стран. В случае кризиса возможно развертывание французских самолетов, способных нести ядерное оружие, на территории союзников и более тесное сотрудничество с ними в оборонной сфере.
Традиционно Париж опирается на так называемое "суверенное сдерживание", располагая ядерным арсеналом примерно в 300 боеголовок. Решение об их применении принимает исключительно президент Франции, а их назначение ограничено защитой национальных интересов страны.
Франция увеличивает количество ядерных боеголовок, одновременно скрывая точные размеры своего арсенала – в рамках политики стратегической ядерной двусмысленности. Это делается для того, чтобы усложнить расчеты потенциальных противников, особенно России, и подчеркнуть, что ее сдерживание носит не символический, а реальный характер.
В своей речи Эммануэль Макрон представил эти изменения как ответ на все более нестабильную стратегическую обстановку, заявив, что следующие 50 лет станут "эрой ядерного оружия".
В то же время Елисейский дворец объявил о планах спуска на воду новой атомной подводной лодки в 2036 году. Предполагается, что будущая французская атомная подводная лодка будет называться Invincible ("Непобедимый").
Что имел в виду Эммануэль Макрон, говоря о "нестабильной обстановке", в целом понятно и не является секретом. Это стало особенно очевидно в пятницу, 1 мая, когда министр обороны США Пит Хегсет объявил о выводе из Германии примерно пяти тысяч военнослужащих – около 15% американского контингента в Европе.
В последние несколько лет, особенно с 2016 года, европейцы все чаще задаются вопросом: "Находимся ли мы на перепутье после восьми десятилетий трансатлантического альянса?" Это заставило европейские страны задуматься о возможной потере главной гарантии их безопасности – американского "ядерного зонтика". Сегодня он воспринимается как менее надежный, и в ближайшие годы его роль может быть пересмотрена или сокращена. В таком случае Европа окажется в более уязвимом положении перед российскими стратегическими вооружениями, включая ракеты с ядерными боеголовками и подводные носители в международных водах, что считается серьезным риском для ее безопасности.
Сегодня Европа – во главе с Францией – постепенно переходит от зависимости от американского "ядерного зонтика" к попыткам создать более независимую систему ядерного сдерживания. Это свидетельствует о фундаментальной трансформации, происходящей в основе французской ядерной доктрины. Французский передовой ядерный потенциал сдерживания – это важное и смелое изменение во французской стратегии со времен 1960 года. Но при этом он в основном сохраняет идеи, которые заложил тогдашний президент Шарль де Голль.
Например, государствам-партнерам не будет предоставлено никаких явных гарантий, и только президент Франции сохранит за собой исключительное право решать, когда применять ядерное оружие в случае необходимости.
Некоторые обеспокоены подходом Франции к ядерному сдерживанию, особенно учитывая, что европейцы, кажется, более склонны его поддерживать. Разве не удивительно, что Великобритания, Германия, Польша, Нидерланды, Бельгия, Греция, Швеция и Дания согласились участвовать в формировании стратегии передового сдерживания? Некоторые голоса в Европе выражают обеспокоенность по поводу "предложения Макрона", которое, по их мнению, способствует возвращению политики силы и разделения на сферы влияния. Они опасаются, что инициативы Макрона, хотя и представляются как меры для укрепления мира и сдерживания, могут восприниматься как провокационные по отношению к России.
Президент Польши Дональд Туск приветствовал решение Франции, заявив в социальной сети Х: "Мы вооружаемся вместе с нашими друзьями, чтобы наши враги никогда не осмелились напасть на нас".
© AP Photo / Petros Karadjias
Президент Франции Эммануэль Макрон
Означает ли это, что "новая прекрасная эра", которая длилась от падения Берлинской стены до начала конфликта на Украине, подошла к концу? И, что еще важнее: может ли совместное франко-британское сдерживание заменить американское? Многие аналитики считают, что, несмотря на усилия Франции по распространению своего "ядерного зонтика" на Европу, он все равно не сможет заменить более масштабный американский ядерный щит. Если говорить о цифрах, то французский арсенал – около 300 ядерных боеголовок – выглядит относительно небольшим на фоне российского. Москва обладает крупнейшим в мире ядерным арсеналом: примерно 5580 боеголовок, из которых около 4309 находятся в состоянии боевой готовности, установлены на носителях или размещены на оперативных базах.
Из этого можно понять масштабы этого явления, получившего широкое распространение в Европе, –"русофобии", то есть страха и предвзятого отношения ко всему, что связано с Россией.
Это заставляет задуматься: действительно ли Россия представляет реальную угрозу европейской безопасности – как сейчас, так и в будущем?
Многие политические решения европейских стран, особенно Германии, вызвали резкую реакцию со стороны президента России Владимира Путина, в частности,из-за поставок Украине более современного вооружения. В ответ Москва неоднократно заявляла о возможных жестких и далеко идущих мерах.
На этом фоне особое внимание привлекают заявления заместителя председателя Совета безопасности РФ Дмитрия Медведева, который не раз ссылался на российский ядерный потенциал и предупреждал о жестком ответе на любые угрозы безопасности и интересам России – как внутри страны, так и за ее пределами.
И что же дальше?
Идея создания европейского "ядерного зонтика", независимого от Соединенных Штатов, несомненно, усиливает внутренние разногласия между странами НАТО, которые соберутся 5-6 июня в Анкаре. Это поднимает важный вопрос: попытается ли "Дядя Сэм" успокоить европейских союзников и тем самым предотвратить поспешное создание нового внутриевропейского ядерного щита? Если этого не произойдет, опасения в Европе могут только усилиться. Это, в свою очередь, способно углубить трансатлантические разногласия и открыть путь к разговорам о возможном ослаблении важнейшего западного геополитического альянса последних восьми десятилетий. В любом случае, обсуждение европейского "ядерного зонтика" неизбежно поднимает серьезные вопросы о распространении ядерного оружия и риске наступления более опасной эпохи. Это может подтолкнуть некоторые крупные страны, например, Польшу, к рассмотрению возможности создания собственного ядерного оружия. При этом нет гарантий, что другие важные европейские государства, включая Италию, не пойдут по тому же пути. Даже оставаясь под защитой американского "ядерного зонтика", Европа все активнее обсуждает развитие собственных ядерных возможностей.
Короче говоря, похоже, что до дальнейшего уведомления Европе придется мириться с доминированием американского ядерного потенциала.
