Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Визит Трампа в Пекин доказал: великая держава должна быть сильной, пишет Le Journal du Dimanche. Именно так действует Китай, и США теперь говорят с ним на равных. На этом фоне Европа представляет собой жалкое зрелище — по вине Брюсселя, который привык глядеть в рот Вашингтону.
Поль Мелен (Paul Melun)
В Доме народных собраний — средоточии китайской культуры — председатель КНР Си Цзиньпин принимал своего американского коллегу Дональда Трампа с размахом, достойным тысячелетней цивилизации. Помимо атрибутов растущей державы Китай являет миру древнее великолепие. В эпоху, когда все меняется слишком быстро, он опирается на свою имперскую историю, искусство и образ жизни — словно все это осталось незыблемым перед лицом времени. Неизменное величие, подчеркнутый патриотизм, а также защита национальных интересов — вот составные части общения китайского лидера с главой американского государства.
Как в вопросе о более широком допуске американских компаний, так и в чувствительной тайваньской проблеме Китай демонстрирует силу. Если в экономике он проявляет гостеприимство, то в военном плане умеет заставить себя уважать. Американцев предупредили: судьба Тайваня зависит от воли Пекина. Остров является суверенной территорией Китая, который намерен однажды вернуть эти земли.
Учитывая логику силы, которой придерживается президент Трамп — особенно ярко проявившуюся в Венесуэле, Панаме, на Кубе, а завтра, возможно, и в Гренландии — китайцы намерены поступать так же. Никогда со времен падения Берлинской стены стремление к защите территории не было столь мощным. Будь то Россия с Украиной, Китай с Тайванем или США с возвращением доктрины Монро — повсюду торжествует логика силы.
Пока китайские и американские гиганты сверлят друг друга взглядами в Пекине — под залпы пушек, военные парады, демонстрацию исторической гордости и развевающиеся флаги — Брюссель кажется аморфным, вялым, выпавшим из игры. Европа, некогда правившая миром, превращается в холодную и бездушную техническую структуру, которая препятствует национальным суверенитетам и затыкает рот любым попыткам вернуть могущество.
Евросоюз — гигантский безвольный стеклянный дворец — не раз пресекал инициативы, направленные на обретение силы. Брюссель, например, подталкивал Францию к сокращению ядерной энергетики — хотя именно от нее зависит промышленная и экономическая мощь страны. Тогда же, в 2019 году, Еврокомиссия заблокировала сближение Alstom и Siemens, которые хотели объединить свои железнодорожные мощности, чтобы создать европейского гиганта, способного конкурировать с китайским CRRC — мастодонтом, поддерживаемым Пекином. А в военной сфере ситуация и вовсе абсурдна. Когда Эммануэль Макрон в 2019 году заявил, что НАТО находится в "состоянии смерти головного мозга", Урсула фон дер Ляйен бросилась на помощь альянсу, утверждая, что "историю Европы нельзя рассказывать без истории НАТО". Наследница традиции, по которой Европа находится в подчинении у США, глава Еврокомиссии, как и ее предшественники, упорно разрушает военную самостоятельность континента (которая сводится в основном к французской армии — единственной в Европе, способной вести полный спектр военных действий).
Евросоюз возводит слабость континента почти в абсолют. Страны ЕС живут под началом Комиссии, которая считает логику силы устаревшей и предпочитает язык глобализации языку идентичности. Это серьезная ошибка. Все великие нации мира работают над укреплением своей культуры — первого инструмента сплоченности, необходимого для логики силы. От Японии до США, в Индии и Китае — все крупные страны мира говорят на этом языке. С точки зрения Европы, это почти что речи крайне правых.
ЕС клеймит во имя неких "ценностей" (мы до сих пор не знаем, каких именно) любые формы цивилизационного или национально-культурного строительства — хотя именно они являются краеугольным камнем возвращения силы. В мире империализма, завоеваний и торговых войн желание стереть национальные культуры Европы — это верное самоубийство. Если Европа хочет оставаться сильной, она, как ни парадоксально, должна вернуть свободу составляющим ее государствам и принять логику альянсов на службу континентальной мощи.
Проектов не счесть: оборона, промышленность, цифровые технологии... Во всех этих сферах между европейскими государствами существует взаимодополняемость. Нужно лишь, чтобы Брюссель был помощником, а не препятствием. Что касается цивилизационного уровня, то французская, итальянская, немецкая и другие культуры ничуть не уступают индийской, китайской или американской. Нужно лишь позволить европейским странам вернуться к своим культурам, не приравнивая любые попытки вновь обрести патриотизм к всплескам национализма или популизма.
Единственный путь для выживания Европы в современном мире — это логика силы. Она предполагает всеобъемлющее перевооружение континента. Не отказываясь от гуманистических ценностей, воздвигнутых начиная с эпохи Возрождения и воплощенных в Декларации прав человека, но и не забывая добиваться уважения. Без этой интеллектуальной революции через несколько десятилетий Европа превратится просто в игровую площадку для воинственных и нелиберальных держав.
