Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Засуха в Европе, блокада Ормузского пролива, продолжающийся конфликт на Украине — эти три фактора вместе взятые привели к сильному росту цен на пшеницу, пишет автор статьи в The Telegraph. В прошлом сопоставимое повышение спровоцировало "арабскую весну".
Том Тугендхат (Tom Tugendhat)
Экспорт зерна из России и с Украины резко сокращается одновременно со снижением урожайности. Рост цен на продукты ранее уже приводил к массовым беспорядкам.
Украинские беспилотники на прошлой неделе вывели из строя три крупнейших российских зерновых терминала. Один из них в порту Новороссийска обеспечивал до трети российского экспорта зерна. <…>
Последний месяц также ознаменовался российскими атаками на Одессу — черноморский порт, через который проходит значительная часть поставок на Ближний Восток. Плюс к этому российские беспилотники атаковали Измаил — крупнейший украинский порт на Дунае и один из последних маршрутов вывоза продукции. <…> В разгар уборочной кампании движение в украинские порты остановилось на две недели. Это поставило зерновую продукцию под угрозу уничтожения и привело к падению экспорта на 76% в первой половине августа.
Россия, крупнейший в мире экспортер пшеницы, столкнулась с похожими проблемами: в июле она отправила лишь 1,5 миллиона тонн против среднего показателя за последние пять лет в 3,1 миллиона. <…>
Вопросы продуктовой безопасности касаются не только стран, непосредственно вовлеченных в конфликт. Зерно из этого региона обеспечивает питание людей по всему миру, и последствия уже ощущаются. Цены на пшеницу в этом году выросли на 30%, а индекс цен Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН в июле в среднем составил 131,1 пункта — это максимальный показатель более чем за три года.
Чтобы понять масштаб угрозы, достаточно вспомнить: в феврале 2011 года этот показатель составлял 137,7 пункта, это было незадолго до свержения президента Египта Хосни Мубарака. Возможно, здесь нет прямой связи, но жара 2010 года привела к тому, что Москва запретила экспорт зерна, вызвав рост цен на рынках Каира и Туниса.
Ожидается, что в этом году урожайность в Великобритании снизится из-за жары, а война с Ираном приведет к росту стоимости удобрений.
Пшеница — это культура, производство которой зависит от углеводородного сырья, если мы хотим получать объемы, способные прокормить половину мира. Чтобы сохранять высокую урожайность и низкие цены, фермерам необходим азот. А промышленный азот производят из природного газа.
В этом году проблема с поставками газа затронула всех. 28 февраля был закрыт Ормузский пролив, через который проходила примерно треть мирового объема мочевины — одного из наиболее распространенных азотных удобрений. В апреле цена мочевины почти удвоилась, достигнув 850 долларов за тонну.
Пока цены на продукты питания не выросли так резко, как в 2022 году, однако важно понимать причины. Значительная часть удобрений была закуплена до закрытия пролива, рынок газа оказался устойчивее, чем ожидалось, а грузовики смогли доставлять продукцию по суше в обход узкого места. Однако суровая реальность заключается в том, что все эти факторы уже остались в прошлом.
Нехватка удобрений или перебои с перевозками не приводят к немедленному росту цен на хлеб. Сначала снижается урожайность следующего года, потом сокращаются запасы зерна в хранилищах, которые затем не удается пополнить.
Во время "арабской весны" последствия проявились лишь через год. Для Великобритании следующий год может оказаться более тяжелым. Не только потому, что последний завод по производству аммиака в стране был закрыт несколько лет назад, но и поскольку механизм корректировки выбросов углерода приведет к росту стоимости импортных удобрений. Это может заставить фермеров использовать меньше удобрений, что снизит урожайность.
Это еще одна причина прислушаться к [британскому политику] Кеми Баденок, которая утверждает, что стремление к нулевым выбросам не приводит к созданию более экологичного будущего, а лишь увеличивает расходы для всех.
Было бы упрощением утверждать, что именно цены на продукты вызывают революции. Всегда существует множество других причин, однако цены могут стать спусковым крючком. От Парижа до Каира рост стоимости основных продуктов питания уже приводил к падению правительств.
Быстрых решений не существует, но уже сейчас можно предпринять конкретные шаги.
Во-первых, подобно тому, как Международное энергетическое агентство требует от стран-участниц иметь на случай чрезвычайных обстоятельств запасы нефти, эквивалентные 90 дням чистого импорта, Великобритания могла бы создать запасы удобрений. Министерству сельского хозяйства необходимо более стратегически подходить к вопросам обеспечения необходимыми ресурсами, если страна хочет добиться необходимого уровня продовольственной безопасности, и признать, что азот является стратегически важным сырьем.
Во-вторых, мы можем уже сейчас закупить продовольственную помощь, которая, вероятно, вскоре понадобится. Всемирная продовольственная программа заявляет, что 318 миллионов человек сталкиваются с голодом на уровне кризиса, а к середине лета организация смогла помочь лишь 45 миллионам.
В прошлый раз промедление привело к тому, что беспорядки, вызванные нехваткой продовольствия, смели президентов и вызвали перемещения населения между континентами. В отличие от 2011 года можно не ждать, чтобы понять последствия ударов по зерновым терминалам: мы уже видели подобное раньше.
Пора признать опасность и перестать игнорировать риски. Цены на продукты имеют значение для всех.
Том Тугендхат — бывший министр по вопросам безопасности, также занимал должность председателя комитета Палаты общин по иностранным делам
