Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
США расширяют военное и политическое присутствие в Латинской Америке и получают доступ к базам в Эквадоре, Перу, Колумбии и других странах, пишет JW. А за операциями против наркокартелей на самом деле стоит борьба за ресурсы и торговые пути.
Фолькер Хермсдорф (Volker Hermsdorf)
Резкий дрейф Латинской Америки вправо сопровождается открытым подчинением США и расширением американского военного присутствия в регионе.
К югу от пограничной реки Рио-Гранде растет готовность к вооруженным действиям. Еще в январе 2014 года все 33 государства — члена Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК) объявили регион "зоной мира". Однако на прошлой неделе несколько лидеров правого толка согласились на проведение операций американскими вооруженными силами на территории своих стран.
Официально эта кампания преподносится как борьба с наркокартелями. В действительности речь идет о реализации названной в честь президента США Дональда Трампа "доктрины Донро" (от имени Дональд и классической доктрины Монро), с помощью которой Вашингтон претендует на контроль над всей Латинской Америкой и ее ресурсами. Одновременно предполагается ослабить влияние в регионе других игроков, прежде всего Китая.
Вспоминая Пиночета
Необходимым условием для успеха военных планов по возвращению под контроль региона, некогда считавшегося американским "задним двором", стал произошедший в последние годы сдвиг вправо. В Перу Кейко Фухимори, дочь бывшего президента Альберто Фухимори, выиграла выборы в этом году с преимуществом менее 1%. В Колумбии мультимиллионер Абелардо де ла Эсприэлья в июне одержал победу со столь же незначительным отрывом. Эти две страны стали последними на сегодняшний день костяшками домино, упавшими этим летом.
Однако процесс проникновения США начался гораздо раньше. От почитателя Аугусто Пиночета Хосе Антонио Каста в Чили до Насри Асфуры в Гондурасе, Родриго Паса в Боливии, Хавьера Милея в Аргентине, бананового магната Даниэля Нобоа в Эквадоре, Луиса Абинадера в Доминиканской Республике и Найиба Букеле в Сальвадоре — в последние годы на выборах побеждали политики от правоконсервативного до ультраправого толка, тесно ориентированные на Вашингтон, хотя чаще всего и с небольшим перевесом.
Неолиберальные и либертарианские взгляды некоторых из этих лидеров напоминают об идеях американского экономиста Милтона Фридмана и его "чикагских парнях", оказавших влияние на политику чилийского лидера Аугусто Пиночета в 1970-е годы.
Каст, Милей, Букеле и другие представляют собой современную, более умеренную версию его экономического и внешнеполитического курса. Как и Пиночет, своей властью они, помимо прочего, обязаны вмешательству правительства США, хотя получили ее не в результате военного переворота, а на выборах.
В последние годы и месяцы представители правых сил в Латинской Америке по разным причинам брали верх над прогрессивными партиями и политиками. Однако после возвращения Трампа в Белый дом в январе 2025 года эта тенденция заметно усилилась.
Президент США без колебаний напрямую вмешивается в избирательные кампании. Так, в конце 2025 года он повлиял на промежуточные выборы в Аргентине, пообещав пакет помощи в размере 20 миллиардов долларов в случае победы партии Милея. В ходе выборов в Гондурасе Трамп пригрозил финансовыми санкциями. В Колумбии он также открыто поддержал де ла Эсприэлью.
В октябре на президентских выборах в Бразилии Флавиу Болсонару, сын бывшего президента Жаира Болсонару, при поддержке Трампа и американских технологических корпораций выступит против действующего президента Луиса Инасиу Лулы да Силвы.
Бывший профсоюзный деятель заранее призвал Трампа "не вмешиваться в бразильские выборы". Однако в преддверии промежуточных выборов в США в ноябре Белый дом, вероятно, использует все возможности, чтобы добиться выгодной для себя смены власти в крупнейшей и самой населенной стране Южной Америки.
Сдержать Китай
Венесуэла, обладающая крупнейшими в мире запасами нефти, фактически подвергается военно-экономическому давлению со стороны США. Никарагуа и Куба, словно маленькие "галльские деревни непокорных", продолжают отстаивать свой суверенитет, однако постоянные угрозы и удушающие санкции в значительной степени лишили их свободы действий. Помимо Бразилии, реализации планов Трампа по установлению контроля над всем континентом теперь мешает лишь Мексика.
Опубликованная в декабре 2025 года Стратегия национальной безопасности США определяет цели внешней политики Трампа под лозунгом "Америка прежде всего" в духе исторической доктрины Монро 1823 года. В целом задача состоит в том, чтобы "сохранить и приумножить величие США". Это подразумевает жесткую миграционную политику, наращивание американской военной мощи и подчинение международных отношений интересам Соединенных Штатов.
Одним из инструментов стала созданная в марте 2026 года коалиция "Щит Америк", куда Трамп пригласил 12 стран Латинской Америки и Карибского бассейна, правительства которых в политическом смысле устраивают Вашингтон. Помимо заявленной "борьбы с наркотрафиком", перед объединением поставлена задача ослабить влияние Китая.
В то время как другие государства почти не располагают собственными базами за пределами национальной территории, Соединенные Штаты, по данным антивоенной организации World Beyond War, к середине 2025 года имели более 877 военных баз в 95 странах. Это крупнейшая в мире сеть зарубежных военных объектов. Кроме того, с 2020 года в 20 странах появилась 81 новая американская база.
В Латинской Америке одним из важнейших военных партнеров США является Колумбия, где американцы используют 2 военно-морские, 3 военно-воздушные и 2 сухопутные базы. Военное присутствие США расширяется и в других странах региона, нередко вопреки сопротивлению местного населения.
На референдуме в Эквадоре в ноябре прошлого года более 60% проголосовавших выступили против размещения иностранных военных баз. Несмотря на это, в конце декабря президент Даниэль Нобоа разрешил военнослужащим ВВС США использовать авиабазу в прибрежном городе Манта в своих целях. Тогда же американские военные прибыли в Перу. Кроме того, США получили возможность использовать Галапагосские острова для военных операций, расширяя контроль над морскими путями в Тихом океане. Островное государство Тринидад и Тобаго также предоставляет свои аэропорты вооруженным силам США по их запросу.
Официально все эти меры объясняются борьбой с наркотрафиком. Однако спустя две недели после прибытия американских военных в Эквадор и Перу США провели операцию в Венесуэле, в ходе которой президент Николас Мадуро и его супруга Силия Флорес были похищены из страны.
В минувшую среду министр обороны США Пит Хегсет объявил о дальнейшем расширении операций. По его словам, вслед за Эквадором Колумбия, Гватемала и Гондурас также разрешили Соединенным Штатам проводить на своей территории "военные операции против преступных группировок".
"Все будет происходить так же, как вы видели во время ударов по судам наркоторговцев", — заявил Хегсет во время военных учений в джунглях Панамы.
В ходе более чем 60 атак на преимущественно гражданские суда, которые без представления доказательств обвинялись в перевозке наркотиков, американские военные уже убили свыше 200 человек. Хегсет пообещал добиться "такого же эффекта на суше".
Расширение военных операций знаменует "новый этап кампании Трампа по оказанию давления на правительства по всей Латинской Америке" с целью добиться "господства США в Западном полушарии", отмечает американское агентство Associated Press.
Цель — "Большая Северная Америка"
Сразу после прихода к власти Абелардо де ла Эсприэльи Колумбия вновь стала одной из главных опор стратегии США в Латинской Америке. Хавьер Милей также своим указом разрешил въезд американских военнослужащих в Аргентину и проведение совместных учений в обход предусмотренного конституцией одобрения конгрессом.
В отличие от прежних учений, теперь США обеспечили свое присутствие в стратегически важной части Южной Атлантики. Этот район имеет особое значение благодаря доступу к Антарктике и положению между двумя океанами, а Пентагон отводит ему особую роль в противостоянии с Китаем. Пит Хегсет объявил о создании "зоны безопасности в Западном полушарии", которую назвал "Большой Северной Америкой", простирающейся от Арктики до экватора.
Расширение влияния на американском континенте стало для Вашингтона приоритетом. Латинская Америка и Карибский бассейн богаты важнейшими ресурсами: литием, нефтью, газом, золотом, редкоземельными металлами и пресной водой. Одновременно регион служит важным коридором для мировой торговли. По мере обострения геополитической конкуренции и продолжающегося системного ослабления США Китай превратился в мировую экономическую державу и расширил свое присутствие в Латинской Америке за счет инфраструктурных проектов, торговых соглашений и инвестиций.
Дрейф региона вправо и тесная ориентация ряда правительств на политику Вашингтона влекут за собой глубокие структурные изменения. Под угрозой может оказаться вся система китайских инвестиций, прежде всего на побережье Андских стран, имеющем стратегическое значение для торговли с Азией.
Неопределенным стало и будущее инфраструктуры, созданной после открытия перуанского порта Чанкай, а также свободного прохода через Панамский канал в условиях вводимых США ограничений. Порт Чанкай, открытый в ноябре 2024 года, стал важным элементом китайской транспортно-логистической инфраструктуры в Южной Америке.
Политика Трампа также препятствует стремлению стран Латинской Америки осваивать новые рынки и диверсифицировать экспорт. Возможностей для торговли за пределами северной части американского континента становится меньше, что сужает пространство для самостоятельной торговой политики. Дипломатическая или торговая напряженность в отношениях с Китаем также может повлечь за собой трудно предсказуемые финансовые последствия.
Однако многие нынешние правые правительства и главы государств пришли к власти с минимальным преимуществом. Поэтому кажущийся сейчас единым фронт сторонников Трампа в Латинской Америке в действительности стоит на весьма шатком основании.
