Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В то время, как способности искусственного интеллекта быстро растут, уровень знаний школьников в ведущих странах Запада снижается, это показали результаты недавнего исследования. Нейробиолог Демюрже в интервью Die Welt предлагает свой рецепт решения проблемы.
Эжени Буале (Eugénie Boilait)
Не оказалось ли человечество в безвыходной ситуации? Уровень образования падает все ниже, а электронные устройства "знают" все больше. Нейробиолог Мишель Демюрже предупреждает о катастрофе, которую еще можно предотвратить, если нам удастся кое-что понять.
В Европе обеспокоены падением уровня успеваемости школьников, вызванным все более интенсивным использованием электронных устройств — это еще раз показало исследование по программе PISA (Международная программа оценки достижений школьников). Между тем технологические гиганты по ту сторону Атлантики предупреждают, что искусственный интеллект приобрел слишком широкие возможности. Нейробиолог Мишель Демюрже (Michel Desmurget) предупреждает, что в свете этого пугающего кризиса пора принимать меры.
Вопрос: На этой неделе в заголовках новостей фигурировали две темы: падение уровня успеваемости школьников в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в первую очередь из-за интенсивного использования электронных устройств, и опасения технологических гигантов по поводу искусственного интеллекта, который может обогнать нас, людей. Разве не парадоксально, что мы разрабатываем столь передовую технологию и в то же время молча соглашаемся с тем, что уровень интеллекта человечества в целом все больше снижается?
Мишель Демюрже: Если посмотреть на это сквозь призму цинизма, то следовало бы призвать к разработке еще более мощного искусственного интеллекта, чтобы таким образом компенсировать упадок человеческого разума. Это настоящий замкнутый круг: чем эффективнее становятся системы искусственного интеллекта, тем сильнее соблазн полагаться только на них и предоставить им право принимать решения — даже ценой того, что наша зависимость от них будет только расти.
Поэтому мы обязательно должны задаться вопросом: действительно ли мы готовы доверить себя этим инструментам? Действительно ли мы готовы позволить ИИ думать, действовать и принимать решения вместо нас, что, не говоря уже об этических и моральных соображениях, само по себе сопряжено с риском? Например, если поручить ИИ поддерживать чистоту в доме, он может прийти к выводу, что лучшим решением будет избавиться от людей, ведь именно они создают беспорядок.
Следовательно, цинизм — это определенно не лучший подход. На самом деле, чем мощнее станут эти инструменты, тем разумнее должен быть наш подход к работе с ними. Иными словами: если мы не хотим полностью передать контроль над нашей жизнью ИИ, мы должны и впредь сохранять способность понимать и оценивать то, что он нам сообщает. На практике это означает: если вы попросите ИИ рассказать вам о притеснениях уйгуров, он будет опираться на точную терминологию и столь же точные профессиональные знания, которыми вы должны владеть сами, чтобы понять ответ и распознать возможную предвзятость или потенциальные ошибки.
— Какой мир мы создаем? Осознаем ли мы вообще, что делаем?
— Исследователи из Стэнфордского университета* изучили, как школьники и студенты — от старших классов до университетов — воспринимают информацию, с которой сталкиваются в цифровом мире. Результаты удивили: они оказались довольно удручающими — и на то были веские причины. Школьники и студенты сталкивались с огромными трудностями при понимании информации, найденной в интернете, поскольку не обладали ни необходимой языковой подготовкой, ни общими знаниями.
По мнению авторов исследования, эта ситуация представляет реальную угрозу для демократии, ведь ее существование невозможно, если граждане не владеют терминологией и знаниями, необходимыми для участия в общественной дискуссии. Мы идем к диктатуре идиотов, управлять которой будут дезинформация и пропаганда. Отказываясь от интеллекта, мы отказываемся и от человечности.
Не знаю, понимают ли люди весь масштаб катастрофы. В Китае 55% учащихся демонстрируют отличные результаты по математике — во Франции же этот показатель составляет всего 5%. Это бедствие, которое уже в ближайшем будущем окажет весьма конкретное влияние на нашу экономику. Исследование, проведенное Европейским союзом, показало, что в случае повышения результатов PISA на 25 баллов к 2100 году наш ВВП вырос бы на 30%.
С 2012 года показатели Франции по чтению снизились почти на 50 баллов, по математике — на 40. К тому же, согласно заявлению министерства финансов, цифровая отрасль отнюдь не застрахована от негативных последствий (зависимость, неуспеваемость в школе, снижение производительности и т. д.). В среднесрочной перспективе это, по всей видимости, обойдется нашей экономике примерно в три процентных пункта ВВП — а это больше, чем совокупная сумма поступлений от налога на прибыль предприятий.
— Во Франции избранные представители ищут способ запретить или хотя бы ограничить доступ молодежи к электронным устройствам, однако пока что безуспешно. Не слишком ли мы наивны в отношении среднесрочных и долгосрочных последствий повсеместного распространения компьютеров и смартфонов?
— Нельзя сначала заваливать школьников всевозможными планшетами и другими цифровыми устройствами, а потом вдруг критиковать их за то, как они используют те устройства, которыми их так щедро одарили. Заключения счетной палаты и множество других экспертных отчетов показывают, что вложенные в цифровизацию системы образования миллиарды евро в конечном итоге оказались бесполезными.
По сути, наши политики вообще не уделяют внимания этой проблеме. Они выступают с громкими речами и заказывают исследования, результаты которых подтверждают, что экраны действительно опасны для наших детей. Затем какой-нибудь депутат приходит к выводу, что TikTok "разрушает" детский мозг. Президент заявляет: "Мы погубили целое поколение, это конец цивилизации". Но в итоге почти ничего не происходит.
Принимаются какие-то незначительные и малоэффективные меры, например, запрет на использование социальных сетей для детей младше 15 лет. Это полумеры, которые Конституционный совет быстро отклонит под надуманными предлогами. На мой взгляд, психическое и когнитивное здоровье наших детей должны цениться не меньше, чем принцип свободы слова — кстати, принцип, которым они не могут в полной мере воспользоваться. Социальные сети мешают им в этом, поскольку лишают подростков способности мыслить и выражать свое мнение.
Возможно, стоит также отметить, что запрет на использование социальных сетей для несовершеннолетних младше 15 лет уже действует. Согласно Общему регламенту по защите данных, для регистрации подростка в социальной сети требуется согласие родителей или опекунов.
— Какие уроки мы должны извлечь из результатов исследования PISA? Нужно ли принимать радикальные меры, чтобы предотвратить дальнейшее ухудшение ситуации?
— Ситуация катастрофическая, и если бы мне пришлось делать ставку, я бы не поставил ни гроша на то, что ситуация улучшится. Негативная динамика настолько существенна, что решение проблемы — если оно вообще существует — должно быть действительно быстрым и радикальным. Прежде всего речь идет о том, чтобы бороться с избытком экранного времени как таковым и помогать семьям, особенно в неблагополучных слоях населения. Лауреат Нобелевской премии Джеймс Хекман доказал, что инвестиции в развитие ребенка в раннем возрасте в долгосрочной перспективе представляют собой значительный экономический фактор: они положительно сказываются на снижении уровня неуспеваемости в школе, улучшении здоровья, снижении уровня преступности и так далее.
Еще один аспект, конечно же, связан с государственной системой образования. Поэтому один из важнейших подходов заключается в работе с учителями, чье влияние, как известно, весьма значительно — гораздо более значительно, чем влияние каких-либо цифровых инструментов. Данные в этом отношении однозначны: если мы хотим повысить успеваемость нашей молодежи, крайне необходимо совершенствовать отбор и подготовку учителей.
* Внесен в реестр организаций, деятельность которых признана нежелательной в РФ
