Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Германия засыпает Украину миллиардами, но не проявляет собственной инициативы в урегулировании конфликта, пишет BZ. Благодаря этой стратегии Берлин сохраняет моральную безупречность, избегает политических рисков и заодно помогает оружейным концернам заработать.
Томас Фасбендер (Thomas Fasbender)
Дорого и удобно — такова политика Германии в отношении конфликта на Украине. Мы платим, сохраняем моральную чистоту и позволяем другим обсуждать компромиссы. Анализ ситуации.
Чем руководствуется Федеративная Республика Германия, когда проводит ту или иную политику в отношении конфликта вокруг Украины, который тлеет с 2014 года и разгорелся в 2022 году? Представленное общественности обоснование всем хорошо известно. Когда в феврале 2022 года Россия начала военную операцию на Украине, она нарушила сформированный после 1990 года и основанный на правилах европейский мирный порядок: теперь его нужно восстановить, а Москву — наказать.
Отсюда и проистекает обязательство поддерживать Украину "столько, сколько потребуется". В публикации министерства обороны, которая вышла в начале года, даже говорится о "развитии стратегического партнерства" и приводятся слова министра Бориса Писториуса: "Мы должны защитить Украину от любой будущей агрессии со стороны России".
На самом же деле у Германии нет никаких обязательств в рамках альянса перед Украиной, которая и не является членом НАТО. Писториус проявляет такую же щедрость, как и последний немецкий император, который летом 1914 года выписал Австро-Венгрии бланковый чек. Из верности немцам, из чувства немецкой справедливости. И со всеми последствиями, о которых позже пришлось сожалеть.
Министерство обороны с гордостью заявляет: "С общим объемом около 55 миллиардов евро (по состоянию на начало 2026 года) ФРГ остается крупнейшим донором для Украины в Европе". Кильский институт мировой экономики приводит несколько иные цифры: 41,7 миллиарда евро прямой двусторонней помощи и 35,9 миллиарда — на нужды украинских беженцев в Германии, а также на экспортные и инвестиционные гарантии. В сумме это составляет 77,6 миллиарда с 2022 года.
Отсутствие инициатив со стороны Берлина
Как обстоят дела с готовностью Германии активно способствовать урегулированию конфликта путем переговоров? По мнению федерального правительства, Берлин считает своей основной ролью координацию: с Киевом, с европейскими столицами, с промышленно развитыми странами Запада, членами G7. В центре стратегии находятся поддержка переговорной позиции Украины и давление на Россию — как военное, так и посредством санкций. Собственных немецких инициатив не предусмотрено.
Германия хочет участвовать в формировании мирных переговоров, но на определенных условиях: участие Украины, участие европейцев и готовность России к прекращению огня до начала переговоров. Таков был и основной тон после консультаций G7 в июне. Федеральное правительство выступает за "настоящие и серьезные переговоры" о прочном мире; прекращение огня — обязательное условие для этого; санкции призваны усилить давление на Россию и заставить ее сесть за стол переговоров.
Эта позиция вновь и вновь повторяется в заявлениях канцлера и других правительственных политиков, а также в заявлениях Совета национальной безопасности. Цель всегда одна: в переговорах в конечном итоге должны участвовать Россия, Украина, Европа и США. Наряду с "поддержкой столько, сколько потребуется", вторым принципиальным положением считается то, что "об Украине нельзя говорить без Украины".
29.10.2026
Между тем США придерживаются совершенно неестественного подхода. Два человека, которые не являются дипломатами — зять президента США Джаред Кушнер и магнат в сфере недвижимости Стив Уиткофф — в качестве личных доверенных лиц Дональда Трампа встречаются с российскими переговорщиками и президентом России. Они также ведут переговоры с его оппонентом, Владимиром Зеленским, и его окружением. Что из этого выйдет и выйдет ли что-то вообще — пока неизвестно. Факт остается фактом: Соединенные Штаты активно участвуют в процессе и остаются в игре. Европейцы наблюдают за происходящим — и должны все оплачивать. В первую очередь это касается Германии.
Однако Берлин идет на риск лишь в финансовом плане, никак не в политическом или военном. Уже сам факт постоянного отказа от поставки дальнобойных крылатых ракет, таких как Taurus, о которых украинцы просят уже много лет, свидетельствует о том, с какой осторожностью федеральное правительство старается откреститься от статуса участника конфликта.
В политическом плане выбирают путь наименьшего сопротивления. ФРГ, хотя и является экономическим тяжеловесом континента и, с точки зрения России, (когда-то, возможно) самой уважаемой европейской страной, воздерживается от любых инициатив. Ведь это могут истолковать как "немецкий особый путь", — так звучит аргумент сторонников этой сдержанности.
При этом немецкую стратегию можно продавать как внутри страны, так и за рубежом как твердость принципов. Тот, кто вступает в переговоры, уже делает первый шаг к признанию несправедливости, по крайней мере, в виде ненавистного права сильнейшего. В конце концов, Украина не добьется мира в результате победы, и тем более не будет восстановлен статус-кво, который существовал до февраля 2022 года. Россия выйдет из конфликта с территориальными приобретениями.
Германия же своим сдержанным поведением просто умывает руки. Берлин не сядет за стол переговоров ни через три месяца, ни через три года. Судя по текущей ситуации, все сводится к Финляндии и, возможно, Норвегии. Финский президент Александр Стубб пользуется доверием президента США, а финны и русские — проверенные соседи, даже будучи противниками.
Рост оборота на 75%
Кстати, конфликт приносит и положительные результаты. Страх перед Россией укрепляет сплоченность и является одним из немногих факторов, которые по-прежнему патриотически объединяют широкие слои населения в Германии, не относящиеся к крайним политическим течениям. Аналогичный эффект оказывает упомянутая принципиальность. Пусть другие идут на компромиссы — Германия остается верна своим ценностям.
И, наконец, на боевых действиях можно заработать. Об этом свидетельствует динамика оборота четырех немецких компаний, которые входят в список 100 крупнейших мировых производителей оружия, составленный шведским Институтом исследований проблем мира (SIPRI). Если в год, который предшествовал началу военной операции России, Rheinmetall, ThyssenKrupp, Hensoldt и Diehl достигли совокупного оборота в 7,86 миллиарда евро, что составило 1,57% от общего оборота 100 крупнейших компаний, то в 2024 году эти показатели выросли до 13,8 миллиарда евро и 2,19% соответственно. Рост оборота на 75% за три года — о таком результате другие предприятия могут только мечтать.
Оборонная промышленность получает выгоду не только благодаря рейтингу SIPRI. Согласно отраслевому анализу, объем венчурного капитала, инвестированного в немецкие стартапы и компании, которые выходят на новый уровень развития в сфере оборонных технологий — такие как Helsing или Quantum Systems — за период с 2021 по 2025 год составит около 2,2 миллиарда евро. В исследовании отмечается, что эта сумма могла бы быть значительно выше из-за "высокой доли сделок, суммы которых не разглашаются".
Промышленность и политика прекрасно уживаются с конфликтом, который (в том числе) подпитывается немецкими деньгами и немецким оружием, но в котором не гибнут немцы. Бывший вице-канцлер, министр экономики и иностранных дел Зигмар Габриэль (СДПГ), похоже, не против заседать в наблюдательном совете Rheinmetall, равно как и бывший министр обороны Франц Йозеф Юнг (ХДС), который занимал эту должность до 2022 года.
Взаимосвязь промышленности и политики
Подобным образом выделяются и другие. Депутат бундестага Бастиан Эрнст (ХДС) работал в Rheinmetall Electronics, а затем до февраля 2025 года — в Dynamit Nobel Defence. Он является членом комитета по обороне и с июня 2026 года на общественных началах входит в президиум Немецкого общества военной техники (DWT).
Его коллега Флориан Хан (ХСС), который с 2009 года является депутатом бундестага, а сегодня занимает должность государственного министра в министерстве иностранных дел, до 2017 года входил в состав наблюдательного совета IABG — компании, которая также предоставляет услуги для оборонного сектора. Бывший министр по вопросам развития Дирк Нибель (СвДП) работал в компании Rheinmetall до июня 2026 года — больше десяти лет.
Другие депутаты активно участвуют в работе таких ассоциаций, как "Группа развития немецких сухопутных войск" (Förderkreis Deutsches Heer), "Объединение сторонников ВВС Германии" (Interessengemeinschaft Deutsche Luftwaffe) или в деятельности DWT, зарегистрированной как общественная организация. В президиуме DWT, в свою очередь, заседают руководители компаний Rheinmetall и Helsing.
Кажется, что Германия вполне довольна тем, что конфликт продолжается. Как крупнейший сторонник Украины мы пожинаем лавры; отказ от переговоров с Москвой демонстрирует моральную позицию; компромиссы мы оставляем другим; не стоит опасаться, что Берлин пойдет особым путем; мы избегаем рисков — а некоторые еще и зарабатывают на этом.
