Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Мировой порядок меняется, пишет AT. После неминуемого краха мировой финансовой системы все изменится. Богатые ресурсами страны будут лидировать. Лишенные ресурсов рухнут и будут просить подаяние. Глобалисты-зеленые рисовали совсем иной "новый мировой порядок".
Глобалисты-зеленые представляли себе будущее иначе
"Мировой порядок" определенно меняется, не так ли?
Тенденция наметилась еще при Обаме: центральные банки мира начали избавляться от долларовых резервов и скупать золото. Все началось в 2014 году с желания наказать Россию за присоединение Крыма. Тогда администрация Обамы использовала статус доллара как мировой резервной валюты и рычаг США над международными финансовыми институтами, в частности, над платежной системой SWIFT. Позже администрация Байдена и Еврокомиссия применили те же финансовые инструменты — в дополнение к масштабным экономическим санкциям и заморозке активов — чтобы наказать Россию после начала боевых действий на Украине. Посыл миру был предельно ясен: чем сильнее государство зависит от доллара и подконтрольных Западу финансовых структур, тем оно уязвимее перед экономическим давлением.
В тот же период госдолг США продолжал неуклонно расти. Скоро он достигнет 40 триллионов долларов, а годовые процентные выплаты уже подбираются к одному триллиону. Еще при Джордже Буше-младшем вашингтонские политические и экономические эксперты подняли шум: мол, финансовое бремя войн в Ираке и Афганистане довело госдолг до 6 триллионов долларов. Некоторые аналитики тогда предупреждали: если федеральное правительство немедленно не обуздает свою расточительность, мировая финансовая система однажды рухнет. Эти предостережения остались гласом вопиющего в пустыне. Само слово "austerity" (жесткая экономия) стало ругательным. Государственные расходы в США, Европе и большей части мира продолжали расти как ни в чем не бывало. Упрямая арифметика глобальной долговой бомбы никуда не делась.
Экономическая система в том виде, в каком мы ее знаем сегодня, стоит на шатком фундаменте. Некоторые пророчат экономический Армагеддон уже два десятилетия кряду. (А кое-кто — еще с тех пор, как Федеральную резервную систему тайно создали на Рождество 1913-го, или по крайней мере с августа 1971-го. Тогда Никсон отвязал доллар от золота.) Другие же делают ставку на способность центральных банкиров-волшебников изобретать все новые финансовые инструменты — порой не более чем денежно-печатный скотч, запрятанный за сложностью экономического механизма Руба Голдберга. Среди них царят надежды на поддержание жизни в глобальной системе, несмотря на все более громкий рокот и тревожную дрожь, которая сотрясает всю эту конструкцию из фальшивых денег.
Несмотря на веру в будущее доллара или в мудрость элитной когорты руководителей центробанков, которые управляют не столь уж свободным рынком с помощью "наилучших суждений" управленческого класса, ясно одно: мощные экономические институты, которые якобы обеспечивают беспристрастную работу "международного порядка, основанного на правилах", являются неотъемлемой частью глобальной гибридной войны. Наряду с информационной войной (пропагандой и цензурой), промышленным саботажем, хищением коммерческих тайн, "цветными революциями" и "протестными" движениями, которые финансируются извне, разорением сельского хозяйства, операциями влияния (шантажом), атаками на гражданскую инфраструктуру, киберпроникновением, тайными убийствами и традиционным шпионажем, экономическая война является неоспоримой угрозой, которая определяет современное поле боя.
Доллар США продолжает выживать здесь, потому что действует как экономический аналог парадигмы холодной войны — "взаимного гарантированного уничтожения", которая сдерживала ядерные амбиции СССР и Соединенных Штатов. Угроза тотальной ядерной войны и взаимного уничтожения обуздывала безумие и диктовала сдержанность. Точно так же враги, противники и конкуренты Америки — чьи экономики неразрывно связаны с долларом как мировой резервной валютой — прекрасно осознаю́т: если они попытаются использовать уязвимости подконтрольной США глобальной финансовой системы, чтобы ослабить Штаты, то тем самым нанесут удар и по стабильности собственных систем.
В этом мексиканском противостоянии, где враждебные государства пытаются получить преимущество, не навредив собственным интересам, что делают нации, которых втянули в гибридную войну? Они вкладываются в реальные товары — золото и нефть. Эти реальные, осязаемые ресурсы, в свою очередь, обеспечивают странам долговременное суверенное богатство, которое можно использовать для поддержки будущей денежной системы, если нынешняя рухнет. Страны, которые сегодня скупают золото и углеводороды, страхуют себя от нестабильного будущего.
Если в будущем доллар рухнет, прочие фиатные валюты мира последуют за ним, как костяшки домино. Если децентрализованный биткоин не сможет заменить микроменеджмент фальшивых денег центральных банков, правительства введут собственные цифровые валюты под государственным контролем. Хотя некоторые американские законодатели уже подняли шум о необходимости предотвратить появление цифровых валют центральных банков. Их использование дает правительствам возможность отслеживать и контролировать все экономические транзакции, а также конфисковывать (за счет налогов) и перераспределять личные сбережения по своему усмотрению (от "привилегированных" групп к "жертвам"). Так, Европейский центральный банк уже продвигает планы по внедрению цифрового евро. Народный банк Китая выпустил цифровой юань несколько лет назад, что позволило коммунистическому режим (как никогда до этого) следить за пользователями цифровой валюты и корректировать их "социальные кредитные рейтинги" в зависимости от "положительной" или "отрицательной" истории транзакций. Если после длительного злоупотреблений центробанков печатным станком, дни ничего не стоящих бумажных денег подойдут к концу, обеспеченные реальными активами цифровые валюты станут для государств экстренным путем отхода.
После катастрофического финансового краха реальные товары станут основой любой новой системы. Природные ресурсы страны — включая сельскохозяйственную продукцию, полезные ископаемые, металлы, древесину, уголь, газ и нефть — становятся обеспечением любой валюты, которую государство выпускает. Страны, богатые углеводородами — такие как Россия и Соединенные Штаты, — имеют явное преимущество перед теми, кто сегодня импортирует энергию.
Сквозь эту призму сто́ит взглянуть на то, как президент Трамп позиционировал Соединенные Штаты относительно остального мира. В первую каденцию он развернул программу "Бури, детка, бури!", которая привела к буму американской нефтедобычи и превратила США в крупнейшего мирового производителя природного газа. Пока Китай, Индия и Европа страдают от экономических трудностей из-за фактического закрытия Ормузского пролива в ходе "военного разгрома" США иранского исламистско-террористического режима, американцы находятся в куда более выгодном положении. Внутренняя энергетическая политика Трампа позволила снизить зависимость Америки от энергоресурсов Ближнего Востока. Она импортирует из этого региона менее 3% своей нефти и менее 1% объема, проходящего через пролив. Заменив венесуэльского диктатора Николаса Мадуро на более дружественного американским интересам лидера, Трамп обеспечил себе дополнительный источник углеводородов куда ближе к дому. Для сравнения: около 80% нефти Персидского залива уходит в Китай и на другие азиатские рынки. США полностью самодостаточны в природном газе, а Европа и Азия сильно зависят от поставок с Ближнего Востока, в том числе из Катара, который был вынужден остановить значительную часть газовых операций.
Китаю будет гораздо дороже производить товары, если он будет платить за энергию в два-три раза больше. Европа, которая по глупости привязала свою экономику к несбыточным мечтам о ветровой и солнечной энергетике, уже подорвала свои промышленные сектора. Теперь она окажется в еще более отчаянном положении. Канцлер Германии Фридрих Мерц выразил позицию всех без исключения европейских лидеров-недоумков, когда заявил, что европейские страны откажутся защищать танкеры с нефтью, направляющиеся в европейские порты. Этим он ускорил экономическое самоубийство Европы. Трудно поддерживать цифровой евро, когда "зеленый" идиотизм отрывает континент от его природных ресурсов.
В нестабильные предстоящие годы страны, богатые ресурсами, выживут и будут лидировать. Страны, лишенные ресурсов, рухнут и будут просить подаяние. Тем временем американские производители углеводородов ведут свою торговлю. Глобалисты-зеленые рисовали себе "новый мировой порядок" совсем иным. Однако на горизонте — именно этот.
