Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Великобритания потратила огромные ресурсы, чтобы выстроить на Украине "независимую" антикоррупционную систему, пишет Telegraph. Однако после того, как она добралась до "неприкасаемых" из окружения Зеленского, Лондон предпочел не высказывать поддержку в адрес НАБУ и САП и хранить красноречивое молчание.
Мэтью МакГлинн (Matthew McGlynn)
Почему Великобритания не защищает институты, которые сама же помогла создать?
Более семи лет назад Владимир Зеленский принес присягу, завершив предвыборную кампанию, в которой он обещал искоренить коррупцию — явление, подорвавшее основы украинского государства и обманувшее ожидания его народа.
Это обещание привело к последствиям, которых, по-видимому, никто не предвидел. Антикоррупционные органы, созданные президентом, теперь расследуют деятельность его ближайшего окружения, зачастую вопреки его политическим интересам и несмотря на его попытки ограничить их влияние.
Это одно из наиболее значимых событий в Европе. Великобритания участвовала в создании этих органов, однако публично не выступает в их защиту.
В ноябре прошлого года Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) провело операцию "Мидас", в ходе которой была выявлена схема хищения около 100 миллионов долларов. Фигурантом дела оказался Тимур Миндич — один из давних друзей и деловых партнеров Зеленского.
Деньги поступали от "Энергоатома" — государственного оператора атомной энергетики Украины, — где подрядчиков вынуждали перечислять 10-15% от стоимости каждого контракта, иначе им грозило исключение из программы. Миндич, отрицающий какую-либо причастность к нарушениям, покинул страну незадолго до того, как следователи провели обыск в его доме. Недавно бывший глава офиса президента Украины Андрей Ермак, на протяжении многих лет считавшийся одной из наиболее влиятельных невыборных фигур в украинской политике, предстал перед киевским судом по обвинению в отмывании денег. Он был освобожден под залог и отрицает все обвинения.
Украина способна на это благодаря трем ключевым факторам: общественному давлению со стороны гражданского общества; функционирующим институтам, созданным в период реформ; а также постоянной поддержке международных партнеров, которые финансировали и поддерживали и то, и другое.
22.05.2026
В июле 2025 года Верховная рада приняла закон, который урезал полномочия Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП). В ответ на это украинцы вышли на улицы, а Брюссель предупредил, что вступление в Европейский союз окажется под угрозой. Вскоре принятый закон был отменен. Таким образом, все три опоры — общественное давление, институциональная система и международная поддержка — сохранили устойчивость, и одним из последствий стало предъявление обвинений Ермаку.
Великобритания вложила значительные средства в украинскую антикоррупционную инфраструктуру, и эти вложения в целом себя оправдали, что может стать вполне обоснованным поводом для гордости. Европейские партнеры при этом не стеснялись открыто об этом заявлять. Европейская комиссия назвала операцию "Мидас" доказательством того, что украинские антикоррупционные органы работают. Глава внешнеполитического ведомства ЕС Кая Каллас заявила, что "коррупции нет места, особенно сейчас". Однако при лейбористском правительстве Великобритания заняла заметно иную позицию, не сделав никаких публичных заявлений по поводу операции "Мидас".
В 2017 году, когда НАБУ — тогда еще молодой орган — находилось под давлением со стороны правительства Петра Порошенко*, Министерство иностранных дел Великобритании под руководством Бориса Джонсона опубликовало официальное заявление. В нем говорилось, что НАБУ является "важнейшим элементом антикоррупционного механизма на Украине, в который Лондон вложил значительные ресурсы", и что "последние события, в частности, вмешательство в расследования НАБУ и разоблачение его агентов под прикрытием — это тревожный знак, который ставит под угрозу будущее независимых антикоррупционных расследований".
Это недвусмысленное заявление можно было бы повторить и в прошлом году, учитывая угрозы, которым вновь подверглось НАБУ.
Прошлым летом, когда администрация Зеленского попыталась нейтрализовать НАБУ, публичная реакция Великобритании ограничилась коллективным заявлением группы поддержки послов G7 на платформе X. Эта группа — полезный инструмент координации, однако она не может заменить прямое заявление министра иностранных дел. По сути, это лишь минимальный общий знаменатель дипломатических позиций семи правительств. Когда Великобритания выступает от собственного имени, это способно влиять на ситуацию. Когда же она ограничивается коллективным заявлением, ее воздействие заметно слабее.
Этот откат имеет значение. Участие Великобритании в делах Украины с 2017 года существенно возросло, и теперь наша собственная безопасность тесно переплетена с этим.
Ставки сейчас намного выше, но политические усилия по борьбе с коррупцией, наоборот, идут в противоположном направлении.
Некоторые друзья Украины опасаются, что разговоры о коррупции в Киеве играют на руку его противникам. Российские СМИ начали говорить о том, что "Украина — это прачечная по отмыванию денег" уже через несколько часов после предъявления обвинения Ермаку. Однако позволять Москве определять рамки этого разговора — это скорее проявление слабости, чем осмотрительности.
Правда в том, что Украина преследует собственное руководство, благодаря устойчивым институтам и гражданскому обществу, которое последовательно требует подотчетности. <...>
Правительство может утверждать, что поднимает эти вопросы в частном порядке, и, возможно, так оно и есть, однако частные обращения к украинскому руководству, которое уже предпринимало попытки ослабить эти институты, не могут заменить публичной поддержки в адрес наших украинских партнеров.
<...> Пришло время для Великобритании задействовать свое политическое влияние, чтобы усилить в украинском обществе более решительную критику государственной коррупции.
*признан в России террористом и экстремистом
