Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Украина усиливает свое присутствие в Африке в попытке ослабить влияние России в регионе, пишет Raseef22. Стремление открыть новый фронт в противостоянии с Москвой приносит лишь хаос в продолжающиеся на континенте конфликты и превращает его в полигон для испытания нетрадиционного оружия.
Мухаммед Шаабан (محمد شعبان)
В последние годы все чаще появляются сообщения о расширении присутствия Украины в арабских странах. Речь идет как о государствах, охваченных внутренними конфликтами, таких как Судан и Ливия, так и о более стабильной Мавритании. Это присутствие рассматривается как часть продолжающегося соперничества с Россией — попытки подорвать ее позиции в регионе и перекрыть источники финансирования, позволяющие Москве обходить западные санкции.
<…>
В апреле 2026 года два ливийских чиновника сообщили Associated Press, что украинская армия имеет реальное военное присутствие на западе Ливии и напрямую причастна к атаке беспилотников на российский танкер-газовоз Arctic Metagaz в Средиземном море. По их словам, целью атаки было нанесение ущерба российскому нефтяному флоту.
Нуакшот (столица Мавритании, — прим. ИноСМИ) также попал в поле зрения Киева в контексте его давнего соперничества с Россией. Специальный представитель Украины по Ближнему Востоку и Африке Максим Субх заявил о готовности Киева продолжить подготовку офицеров и представителей вооруженных сил Мавритании на фоне роста напряженности на мавританско-малийской границе. Эти меры являются частью более широкой стратегии Украины по ослаблению российского влияния в регионе Сахеля.
Украинские официальные лица, в том числе Андрей Юсов из Главного управления разведки Украины (ГУР), признавали, что Украина предоставляла туарегским повстанцам разведывательную информацию и обучала их, в частности, использованию беспилотников для борьбы с поддерживаемыми Россией силами, включая ЧВК "Вагнер", ныне известную как "Африканский корпус". Это свидетельствует о расширении участия Украины в регионе Сахеля и одновременно подчеркивает растущее значение Мавритании, граничащей с Мали.
Вопрос в том, чего Украина хочет добиться в арабо-африканском регионе?
"Активный игрок в сфере технологической безопасности" в Судане
"Действия Украины в Судане выходят далеко за рамки традиционной дипломатической или консультативной поддержки и приобретают характер прямых, технологически сложных военных операций. В них задействованы элитные подразделения украинской военной разведки, в частности бойцы спецподразделения „Тимур“, которые проводили целенаправленные операции против российских военизированных формирований, поддерживающих Силы быстрого реагирования", — заявляет суданский политолог Мухаммед Мекки ат-Тахир.
Ат-Тахир отмечает, что благодаря украинской технической и оперативной поддержке суданским вооруженным силам удалось перехватить инициативу на нескольких направлениях. По его словам, Украина передала Судану ряд современных технологий, апробированных в боях в Восточной Европе. Среди них — высокоточные ударные беспилотники, а также тактики минирования, применяемые для блокирования ключевых маршрутов снабжения Сил быстрого реагирования.
По мнению политолога, действия Украины направлены на ослабление российской геополитической и экономической инфраструктуры в Африке, прежде всего в Судане, сразу по трем направлениям. Во-первых, речь идет о противодействии ЧВК "Вагнер", или так называемому "Африканскому корпусу", в частности об отслеживании и нейтрализации их бойцов. Во-вторых, Киев стремится перекрыть каналы вывоза суданского золота, добываемого в Дарфуре, тем самым лишив российскую военную экономику доходов от его реализации. Наконец, третье направление связано с попытками помешать военно-морским планам России в Красном море, в частности созданию военно-морской базы в Порт-Судане. По словам политолога, это соответствует более широкой цели Запада — не допустить появления у Москвы постоянного военного присутствия на одном из ключевых мировых торговых и морских маршрутов.
Добиваясь этих целей, Украина стремится закрепиться в роли "активного игрока в сфере технологической безопасности", сотрудничая с суданскими военными там, где их интересы совпадают. По мнению ат-Тахира, Киев опирается на элитные подразделения и собственные военные технологии, стремясь ослабить позиции России как в экономическом, так и в военном плане.
Суданский политолог вновь подчеркивает, что действия Украины в Судане во многом совпадают с интересами Запада, стремящегося сдержать расширение российского влияния и обеспечить безопасность международного судоходства. По его мнению, это дает Киеву возможность опираться на политическую и дипломатическую поддержку Запада, а также использовать доступную ему разведывательную информацию для реализации собственных целей.
Однако действия Украины имеют и обратную сторону, усиливая риски для региональной безопасности и провоцируя новую гонку вооружений. Силы быстрого реагирования стремятся получить ударные беспилотники и современные средства противоракетной обороны, способные доставлять боеприпасы на значительные расстояния. Это может привести к тому, что Судан станет открытым полигоном для испытания нетрадиционного оружия.
Политолог также отмечает, что наибольшую опасность представляет связь между внутренним конфликтом и транснациональными интересами. По его мнению, это способствует затягиванию войны, превращая ее в самоподдерживающуюся экономическую систему, выгодную международным сетям контрабанды и торговцам оружием. В результате политическое урегулирование отодвигается, а и без того тяжелые последствия войны для суданского народа продолжают усугубляться.
"Независимый игрок и экономический партнер в сфере безопасности" в Ливии, которая после свержения Муаммара Каддафи в 2011 году остается ареной борьбы за власть и влияние, стала еще одним направлением деятельности Украины. Киев стремится противостоять российским интересам в Северной Африке и перенести соперничество с Москвой в южное Средиземноморье. По словам политолога Хишама Кадри, международные доклады указывают на растущее присутствие украинских военных и сотрудников служб безопасности на западе Ливии, контролируемом Правительством национального единства.
Он поясняет, что присутствие Украины в Ливии выходит за рамки разведывательной деятельности и военной помощи. По его словам, в стране находятся около двух тысяч украинских военнослужащих, размещенных в таких районах, как Эз-Завия и Триполи. Их присутствие направлено на ограничение доступа России к стратегическим ресурсам, которые могут использоваться для финансирования военных действий против Украины.
Кадри отмечает, что в рамках стратегии экономического давления Киев стремится воздействовать, в частности, на российский нефтяной флот. Речь идет как о маршрутах в районе Красного моря, так и о морских путях вдоль африканского побережья, включая Ливию.
Политолог считает, что "Киев стремится использовать Африку как площадку для создания новых союзов, расширяя противостояние с Россией за пределы Европы и противодействуя российской политической и информационной повестке". При этом Украина пытается изменить свое восприятие в Африке: от государства, зависимого от Запада, к самостоятельному игроку, способному выступать надежным экономическим партнером и партнером в сфере безопасности.
Однако Кадри сомневается, что активность Украины в Африке поможет разрешить конфликты в пользу одной из сторон. Напротив, по его мнению, она может лишь усилить политический раскол и нестабильность в странах, где Киев недавно начал действовать.
По его мнению, это объясняется двумя причинами. Первая — масштабы украинской поддержки в Африке пока значительно уступают российским. Вторая — Киев не ставит перед собой задачу создавать там долгосрочное политическое или военное присутствие. Основная цель Украины, как считает политолог, — ослабить позиции России, ограничить ее доступ к важным ресурсам и сократить источники финансирования СВО.
С этим мнением согласен и политолог Алаа Фарук. По его словам, Киев стремится укрепить свои позиции в Ливии, поддерживая местных союзников и одновременно противодействуя России. В частности, Украина оказывает поддержку Правительству национального единства (запад страны), которое выступает против российского влияния на востоке Ливии. Кроме того, по его словам, украинская сторона уже наносила удары по российским кораблям в территориальных водах Ливии.
Фарук считает, что влияние Украины в Ливии пока остается ограниченным и вряд ли способно серьезно изменить политическую ситуацию. По его мнению, этому препятствуют недавние изменения в отношениях между противоборствующими сторонами, американские предложения по объединению ливийских институтов и распределению власти между Востоком и Западом, а также перспективы прекращения боевых действий под давлением стран региона, международного сообщества и ООН. Поэтому, считает Фарук, необходимости в дальнейшем усилении украинского присутствия в Ливии нет.
"Секретный канал" через Мавританию
Ситуация в Западной Африке, по мнению Фарука, во многом схожа: Украина рассматривает Мавританию как потенциальную военную базу или "негласный канал" доступа на африканский континент. Это, в свою очередь, могло бы позволить Киеву поставлять оружие и поддерживать отдельные группы и фракции, выступающие против пророссийских правительств. По мнению Фарука, такая стратегия связана с тем, что Мавритания находится в зоне российских интересов в регионе.
Политолог считает, что присутствие Украины в Мавритании нанесло значительный ущерб силам ЧВК "Вагнер", поддерживающим правительство Мали, что в конечном итоге привело к разрыву дипломатических отношений между Бамако и Киевом. По его мнению, деятельность Украины в Сахеле направлена на формирование альтернативы российскому влиянию, которое опирается на исторические и стратегические связи Москвы со странами региона. Одновременно Киев стремится противодействовать усилиям России по мобилизации этих государств против Украины — как на региональных и международных форумах, так и на уровне местных органов власти по всему африканскому континенту.
Фарук заключает, что Украина в своих действиях как в Мавритании, так и в Ливии использует новый интерес США к Африке для противодействия растущему российскому влиянию на континенте. По его мнению, это дает Киеву возможность расширить свое присутствие в Африке при поддержке сильного союзника. Однако он предупреждает, что поддержка Украиной повстанческих групп и отдельных фракций, в частности в Мали, уже нанесла ущерб ее репутации, что может помешать реализации этого проекта.
Заигрывание с Европой
Главный редактор Центра арабо-евразийских исследований Ахмед Дахшан заявил, что у Украины есть ряд стимулов для дальнейшего расширения своего присутствия в Африке, особенно в Ливии и Мавритании. Среди них — противодействие российскому влиянию в регионах, откуда Москва вытеснила европейские страны. По его словам, Украина стремится продемонстрировать своим европейским партнерам, что их поддержка приносит много пользы. В частности, это позволяет Киеву оставаться буфером между Европой и Россией как в Восточной Европе, так и в Африке.
Дахшан отметил, что Украина также стремится экспортировать оружие, разработанное и усовершенствованное в ходе конфликта с Россией. По его словам, Киев располагает проверенными в боевых условиях военными технологиями, что делает их привлекательными для экспорта. Это позволяет Украине укреплять свои позиции на африканском рынке и одновременно снижает доверие импортеров к российскому оружию, для которого Африка традиционно является важным рынком сбыта.
Напротив, присутствие Украины лишь усиливает и затягивает существующие конфликты и разногласия, превращая регион в поле для более масштабного противостояния, которое выходит далеко за его пределы и не отвечает интересам местных жителей и участников конфликтов.
Это свидетельствует о том, что российско-украинский, или, скорее, российско-натовский конфликт, вышел за пределы Украины и начал распространяться на регионы российского влияния, в том числе на те районы Африки, где Москва может укрепить свои позиции. Дахшан считает, что обе стороны фактически согласились перенести противостояние в Африку, а не в Европу, чтобы не допустить его дальнейшего расширения. По его словам, этому есть две причины: во-первых, европейские страны не хотят расширения конфликта, а во-вторых, Россия понимает, что его перенос в Европу может привести к прямому вмешательству НАТО, чего Москва стремится избежать.
