Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
США больше не способны воевать по всему миру, но упорно отказываются это признавать, пишет FA. Американская армия истощена, дорогостоящее вооружение изнашивается, а запасы боеприпасов стремительно сокращаются. Вместо очередного увеличения военного бюджета Вашингтону пора умерить свои глобальные амбиции.
Барри Позен (Barry R. Posen)
Почему глупо наращивать истощенные вооруженные силы США
8 октября авианосец USS Abraham Lincoln и его ударная группа вернулись в Соединенные Штаты после 320 дней в море. Поход этот, едва ли не рекордный для нынешней американской армии, вызвал пересуды. Чем дольше корабли соединения проводили в море без единого захода в порт, тем стремительнее ухудшались условия службы. Моряки сообщали о нехватке снабжения, проблемах с сантехникой и загрязнении воды. Моральный дух заметно упал; восемь моряков даже пытались покончить с собой. К тому времени, как корабли наконец покинули Ближний Восток, их тяготы попали в заголовки по всей стране.
Беды "Линкольна" — лишь одна из многих историй о ВС США, встревоживших публику с начала иранской войны в феврале. Военные аналитики выражали беспокойство по поводу затяжных миссий других авианосных групп. Они досадовали на решение властей Трампа перебросить солдат и технику из ИТР на Ближний Восток. Но сильнее всего их, вероятно, тревожило то, что Америка истощает арсенал высокотехнологичных боеприпасов.
У всех этих бед одна и та же первопричина: американская армия не рассчитана на почти непрерывную эксплуатацию, какой подвергается десятки лет. Еще со времен холодной войны американские стратеги выстраивали ВС США в расчете на одновременное ведение двух крупных войн. На практике это значит, что Вашингтон создал армию, рассчитанную на победу в коротких, стремительных войнах. Потому-то военным и не хватает ни частей, ни вооружений, ни людей, чтобы вести нескончаемые войны и одновременно держать силы по всему миру — для острастки противников и успокоения партнеров.
Теперь в Вашингтоне пробуют понемногу расширить вооруженные силы. Но главное — они уповают на то, что колоссальные денежные вливания приумножат мощь уже имеющихся сил. Но осуществить эти перемены будет исключительно трудно — и они не нужны. США — страна надежно защищенная, с множеством могущественных и богатых союзников. Ей не нужен оборонный аппарат, способный воевать везде и сразу. Куда лучше было бы сосредоточить внимание на меньшем круге вопросов и соответственно урезать масштабы.
На пределе сил
Обычные, неядерные силы США, на которые уходит более 80% военного бюджета, имеют структуру и численность под конкретные обстоятельства: в настоящее время — стычка с Китаем, Россией либо с обеими почти в одно время. Поэтому вооружения военных рассчитаны на максимальную поражающую мощь и выживаемость в условиях, которые штабисты считают немыслимо опасными. С этой целью Пентагон делает упор на закупку точного, дальнобойного и малозаметного оружия. Оно должно взломать врата обороны противника и открыть путь прочим дорогим передовым системам — истребителям F-35, бомбардировщикам B-2 или B-21, — чтобы те обрушили массу чуть менее изощренных, но оттого не менее смертоносных высокоточных боеприпасов.
Вашингтон никогда не рассчитывал, что такие войны будут долгими. Напротив, он воображает, что под страшным давлением, какое породят подобные конфликты, противник взмолится о пощаде, либо война перерастет в ядерные угрозы или — хуже того — в применение ядерного оружия. В годы холодной войны, к примеру, США и союзники готовились к предельно ожесточенной, примерно тридцатидневной войне с Советским Союзом. Сегодняшние стратеги, вероятно, исходят из похожих допущений насчет войны с Пекином или Москвой. По американской логике, мощные обычные силы вкупе с угрозой ядерной эскалации призваны отпугнуть агрессора. Если сдерживание сорвется, американцы надеются встать врагу поперек дороги и взвинтить риски эскалации до такой степени, чтобы неприятель одумался и пошел на попятную.
Однако подобная логика приводит к тому, что у Вашингтона нет средств для затяжных войн великих держав. Истребитель F-35 стоимостью 100 миллионов долларов за штуку, опора ВВС, ВМФ и морской пехоты, попросту не рассчитан на массовое производство. Как и дальнобойные ракеты класса "воздух—поверхность", какие стали бы излюбленным боеприпасом в первые дни подобной войны. Американская армия разработала хитроумную систему противоракетной обороны театра военных действий, однако предназначена она прежде всего прикрывать войска США и важнейшие военные объекты, а не города, веси и гражданские предприятия. При определенных условиях ее можно применить и для этого, но так быстро истощается запас ракет. В войне с Китаем или Россией мирным жителям соседних союзных стран придется позаботиться о себе самим.
В войне США с Ираном эти беды сделались совершенно наглядными. Америка, видимо, мнила, что быстро совладает с исламской республикой — в лучшем случае средней державой, хотя и с большими притязаниями. Ведь при благоприятном раскладе американская армия с легкостью берет верх над подобными врагами — как над Ираком в войне в Заливе 1990-91 гг. Но с тех пор враги Вашингтона поумнели. Они более не производят просто уменьшенные и менее боеспособные версии вооруженных сил великих держав, которые американские силы призваны сдерживать и сокрушать. Напротив, они настроились выдерживать удары и не прекращать бой — пусть даже с небольшой отдачей.
Много обещаний — мало отдачи
Чрезмерно честолюбивые военные планы и порочная политика — не единственная причина трудностей вооруженных сил США. Немало трудностей порождает и политика. Поскольку американский народ неохотно поддерживает войны за рубежом, политики США готовы на все, лишь бы избежать потерь. То есть дорогостоящие вооружения, предназначенные для сокрушения обороны великих держав, они расточительно изводят на региональные конфликты. Подобным же образом они бросают дефицитные средства ПВО на прикрытие городов союзников — лишь бы те не вздумали искать себе других покровителей и не пошли на мировую с врагами.
Кроме того, американские власти в целом злоупотребляют армией. Политические деятели обожают сопровождать дипломатические заявления действиями — отчасти оттого, что в саму дипломатию они уже не верят, а это толкает их демонстрировать или пускать в ход армию куда чаще, чем следует. Когда командующим велят действовать, они отдают честь и соглашаются. А некоторые просто не могут усидеть на месте. Ведь все они взвалили на себя эту ношу именно потому, что жаждали чем-нибудь покомандовать.
Результат — изношенная армия. Военная пресса пестрит историями о кораблях и самолетах, вышедших из строя из-за чрезмерно долгой эксплуатации и отложенного обслуживания. Это, в свой черед, порождает трудности с ремонтом у других частей. Когда корабль вынужден дольше обычного стоять в сухом доке для ремонта, другие корабли дольше ждут обслуживания — а значит, и их нужды растут. В итоге флот располагает меньшим числом вполне готовых к бою кораблей, случись схватка с великой державой. У сухопутных войск беды сходные: боевая и вспомогательная техника прибывает на ремонтные базы в неожиданно плачевном состоянии. В ВВС доля F-35, "полностью годных к выполнению задач", и без того невысокая, с 2021 года упала с 38% до 25%. А общая боеготовность самолетов ВВС в последние годы снизилась, отчасти просто из-за переработки.
А тем временем американские солдаты, матросы, летчики и морпехи вечно стоят на страже — давят на врагов, отпугивают их и обнадеживают союзников. Это тоже создает высокий уровень активности, что может негативно сказаться на удержании кадров. Хотя в последние годы военным в целом удавалось удерживать старший сержантский состав, скоро они могут столкнуться с трудностями. С 2024 года боевые корабли ВМС раз за разом уходили в плавание с неполными экипажами. Предельный результат этого перенапряжения — острие военной мощи тупится, а стальной клинок слабеет.
Соответствие назначению
В американском оборонном ведомстве понимают: проблема налицо. Конгресс, например, судя по всему, готов поднять так называемый базовый бюджет Пентагона — в него входят, по определению Бюджетного управления Конгресса, "устойчивые расходы на комплектование, обучение и оснащение армии" — более чем на 25%, до 1,1 триллиона долларов на 2027 финансовый год. В последующем законопроекте Пентагон надеется получить дополнительно 350 миллиардов долларов сверх базового бюджета. Также там хотят пополнить армию более чем 40 тысяч военнослужащих. Но это в лучшем случае прибавка в 3% личного состава — чересчур мало, чтобы укомплектовать дополнительные части, необходимые для устранения нынешних изъянов боеготовности. Да и наимоднейшее оружие, какое Конгресс ждет от военных, не снимет напряжения от непрерывных походов и череды войн. Оборонно-промышленная база едва поспевает за нынешними запросами, а набор большого числа новых военнослужащих, вероятно, потребует куда более высоких зарплат, которые затем придется распространить на всех остальных. Траты на личный состав начнут забирать все бо́льшую часть оборонного бюджета. Чиновники США могли бы вместо того ввести призыв, но это вызовет ответную волну возмущения.
Но есть и иной путь — умерить размах. Вместо притворства, будто Вашингтону по силам разом вести две войны великих держав, ему надлежит кроить политическое пальто по наличной ткани. Пусть он и дальше готовит войска к крупным поворотам — например, к сдерживанию авантюр Китая. Но политикам следует договориться о замедлении других проектов. Конгрессу надлежит возложить на Пентагон ревизию вооруженных сил и разработку бюджета активности, основанного на оценке того, сколько реальной военной активности — летных часов, судо-дней в море, учебных дней в поле — можно осуществить, не нанося ущерба боеготовности всех сил. Затем он распределит эту активность надлежащим образом. Опираясь на то, что им положено знать о скрытом износе, накопленном армией за 30 лет сверхнагрузки, командующим надлежит определить, какой объем учений, передовых миссий и региональных войн армия и впрямь вытянет, не повредив тем возможностям, которые желательно держать наготове каждый день — для сдерживания войны великих держав и, если придется, для умелого ее ведения. ВМС США уже знают уровень активности, который может выдержать их флот, что подробно изложено в Плане оптимизированного реагирования флота. Но американские президенты и министры обороны просто игнорировали этот план всякий раз, когда хотели развернуть больше сил.
Бюджет активности не следует засекречивать — он должен быть публичной информацией вместе с долларовым бюджетом, который Пентагон публикует ежегодно; объемистые сводки можно найти на сайте контролера Министерства обороны. Когда политики захотят превысить уровни активности, о которых договорились ранее, им придется объяснить, почему и как они планируют восстановить силы после усиленной эксплуатации. Командующим следует думать об этом как о вопросе этики. Время от времени необходимо уходить в отставку, если сверхнагрузка оборачивается серьезными проблемами.
Чтобы облегчить свою ношу, Вашингтону придется передать часть ответственности другим. Это должно быть осуществимо, несмотря на необходимость управлять агрессивными импульсами Москвы, которые считаются предполагаемой причиной одного из сценариев — войны с Россией, — направляющих американское оборонное планирование (Никакие "агрессивные импульсы" Москва никому не посылает и не планирует войну с США, — прим. ИноСМИ). Главные европейские государства располагают более чем достаточными экономическими и технологическими ресурсами, чтобы справиться с Россией самостоятельно, если пожелают. Посему трансатлантическому уговору надлежит прямо сказать об ограниченной мере ответственности, какую США готовы принять на себя за оборону континента.
В Национальной оборонной стратегии администрации Трампа этот факт признается прямо, однако масштабы военной деятельности и развертываний США в Европе показывают: Америка так и не урезала всерьез свою роль в европейской обороне. Верховным главнокомандующим силами НАТО в Европе все еще остается американец, хотя занять этот пост надлежало бы европейцу. По всей Европе все еще расквартированы десятки тысяч американских военных; многим из них следовало бы вернуться на родину. Сайты Пентагона и американских командований в Европе пестрят длинными списками учений и маневров по всему континенту, в которых участвуют не только передовые силы США, но и части, временно перебрасываемые из Америки. Эти цифры тоже должны уменьшиться.
Американским властям, быть может, и хотелось бы улаживать бо́льшую часть мировых угроз безопасности, попросту накупив побольше войск. Однако гораздо лучший выход для США — пересмотреть большую стратегию и действовать осмотрительнее. У Вашингтона попросту нет ни воли, ни ресурсов, чтобы обеспечить оборону и Азии, и Европы, одновременно ведя затяжные конфликты в других местах — в последнее время на Ближнем Востоке. Впрочем, ему это и не нужно. США по природе своей — страна надежно защищенная. Она состоятельна, обильна природными богатствами, отрезана от мира огромными океанами, а соседи ее слабы и уступчивы. Лишь коренные перемены в политическом раскладе сил в Азии, Европе или на Большом Ближнем Востоке могли бы серьезно повлиять на безопасность США.
Вашингтону надлежит обзавестись немалой военной силой и запастись сырьем впрок — на случай подобных сдвигов. Но в целом он может позволить себе быть менее инициативным. Смена большой стратегии, может быть, даст Америке возможность уре́зать военные расходы. Если тревоги из-за растущих американских дефицитов оправданны, Пентагону придется поучаствовать в оплате счетов, чтобы выправить положение.
