Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Европарламент начал проверку в отношении двух депутатов из-за контактов с Москвой, пишет BZ. Политиков обвиняют в нарушении кодекса поведения, хотя оба утверждают, что все требования прозрачности были соблюдены. ЕС продолжает упрямо избегать диалога с Россией.
Йонас Прин (Jonas Prien)
Спор о границах свободы слова и депутатского мандата обостряется. Европарламент намерен принять меры в отношении двух депутатов, которых обвиняют в контактах с Москвой.
С кем может общаться депутат? И главное — с кем ему нельзя общаться? Некоторые политики считают контакты с представителями России необходимым условием для того, чтобы в будущем урегулировать конфликт на Украине дипломатическим путем. Однако для председателя Европейского парламента Роберты Метсолы это, по всей видимости, табу. Сейчас с такой проблемой столкнулись депутат Европарламента от Люксембурга Фернан Картхайзер и его немецкий коллега Томас Гайзель. Об этом свидетельствуют документы, оказавшиеся в эксклюзивном распоряжении газеты.
Обоих депутатов подозревают в нарушении кодекса поведения членов Европарламента из-за неофициальных контактов с депутатами российской Госдумы. Сейчас Консультативный комитет по вопросам поведения депутатов проводит проверку, инициированную председателем Европарламента. О разбирательстве комитет сообщил в письме от 16 сентября этого года с пометкой "конфиденциально".
Речь идет о возможном нарушении статей 1, 6 и 7 кодекса поведения — основных принципов, а также правил, касающихся получения подарков и обеспечения прозрачности. В центре внимания оказались встречи с российскими парламентариями и так называемая Санкт-Петербургская декларация.
Встречи с представителями России: что произошло на самом деле?
Бывший дипломат и депутат Европарламента от Люксембурга Фернан Картхайзер организовал несколько неофициальных встреч и открыто призывал коллег принять участие в Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) в июне 2026 года.
В своем заявлении от первого октября Картхайзер пишет: "Я горжусь тем, что организовал неофициальный диалог, как в онлайн-формате, так и в ходе личных встреч — между заинтересованными депутатами Европарламента и комитетом Государственной думы по международным делам".
Он также критикует ЕС: "К сожалению, делегация, отвечающая за отношения между ЕС и Россией, (...) в ее нынешнем виде совершенно бесполезна". Далее Картхайзер пишет: "Откровенно говоря, я отвергаю эту провалившуюся политику изоляции".
Томас Гайзель, экс-депутат от партии "Союз Сары Вагенкнехт" (BSW) и бывший обер-бургомистр Дюссельдорфа, в своем ответе от 30 сентября 2026 года подтвердил, что участвовал в нескольких встречах. Среди них — видеоконференция 17 декабря 2025 года, личная встреча с представителями Госдумы 16 и 17 апреля 2026 года в Стамбуле, а также еще одна видеоконференция 10 июля 2026 года.
По словам Гайзеля, на этих встречах обсуждались актуальные вопросы внешней политики, прежде всего российско-европейские отношения. Картхайзер приглашал к участию в переговорах всех депутатов Европарламента.
Гайзель подчеркивает, что указал соответствующие встречи в реестре прозрачности. Никакой финансовой или иной поддержки со стороны третьих лиц он не получал. Он также не подписывал "Санкт-Петербургскую декларацию" от 4 июня 2026 года и не участвовал в ее подготовке.
Критика позиции Метсолы по России
Почему такие контакты вообще считаются проблемой? Фернан Картхайзер в открытом письме Роберте Метсоле от первого октября ссылается на более раннее письмо председателя Европарламента депутату Жилю Буайе от 11 июня 2026 года.
В нем изложена позиция Европейского парламента: официальное сотрудничество с российской Государственной думой прекращено. Эту линию нельзя пересекать и с помощью личных встреч, в каком бы формате они ни проходили.
Именно в этом заключается суть политического конфликта. Картхайзер считает такой курс ошибочным и контрпродуктивным. По его мнению, дипломатия особенно необходима тогда, когда политические отношения переживают сложный период. Если представители правительств и министры иностранных дел вновь налаживают контакты с Москвой, такая возможность должна быть и у парламентариев.
Встречи носили исключительно неофициальный характер. Никто из их участников не заявлял, что выступает от имени Европейского парламента. Более того, политическая изоляция России сама была одной из тем обсуждения. Поэтому Картхайзер расценивает разбирательство как посягательство на свободу осуществления своего депутатского мандата. Он намерен продолжать диалог с российской Госдумой.
В чем конкретно обвиняют депутатов?
Консультативный комитет задал Томасу Гайзелю пять групп вопросов. Комитет потребовал сообщить, в каких встречах он участвовал, были ли опубликованы сведения обо всех соответствующих контактах, в каком качестве он выступал, получал ли финансовую или материальную поддержку от третьих лиц, а также подписывал ли он "Санкт-Петербургскую декларацию" или участвовал в ее подготовке.
Три статьи кодекса чести депутата, на которые ссылается комитет, касаются разных вопросов.
Статья 1 обязывает депутатов соблюдать принципы добросовестности и открытости, а также поддерживать достоинство и репутацию парламента.
Статья 6 регулирует получение подарков и приравненных к ним преимуществ. При определенных условиях необходимо также декларировать оплату третьими лицами расходов на проезд и проживание.
Статья 7 обязывает публиковать сведения о запланированных встречах, связанных с парламентской деятельностью, в том числе с представителями государственных органов третьих стран.
Гайзель отвергает обвинения. Он считает разбирательство необоснованным и указывает на отсутствие конкретных причин для подозрений. По его словам, все требования прозрачности были соблюдены, никаких финансовых преимуществ он не получал и никогда не выдавал себя за официального представителя Европарламента.
Какие санкции возможны?
Особое значение имеет вопрос о том, какие последствия могут грозить депутатам, если комитет действительно установит нарушение. Правило 183 Регламента Европейского парламента предусматривает несколько видов санкций разной степени строгости.
В крайнем случае возможны следующие меры.
Финансовые санкции: депутата могут лишить права на получение суточных на период от двух до 60 парламентских дней. При этом обычный денежный штраф или полное лишение депутатского вознаграждения в перечне санкций не предусмотрены.
Отстранение от парламентской деятельности: депутат может быть на период от двух до 60 парламентских дней отстранен от всех или отдельных видов деятельности Европарламента. При этом он сохраняет право голосовать на пленарных заседаниях.
Ограничение представительских полномочий: депутату могут запретить представлять Европарламент в межпарламентских делегациях, на конференциях или межинституциональных форумах на срок до одного года.
Отстранение от должности: председатель Европарламента может предложить Конференции председателей временно отстранить депутата от одной или нескольких парламентских должностей либо освободить его от них.
При повторных нарушениях некоторые санкции могут быть удвоены. Депутат вправе в течение двух недель обжаловать назначенную меру в Бюро Европарламента. До рассмотрения жалобы применение санкции приостанавливается.
Разбирательство с политическими последствиями
Пока никаких санкций не назначено. Консультативный комитет изучает обстоятельства дела и должен подготовить рекомендацию для депутатов. Окончательное решение принимает председатель Европарламента.
Поэтому для репутации Европейского парламента ключевым станет вопрос о том, идет ли речь о расследовании конкретных нарушений правил поведения депутата или о попытке наказать депутатов за неугодную внешнеполитическую позицию.
